Жилец дома №5. Мистические истории о русской нечисти - Виктория Ли

На следующий день в восемь утра новый архитектор уже обозревал место будущего «родового гнезда» клиента. Шея ныла, голова раскалывалась. Ей-богу, последствия семейных склок – похлеще похмелья, там хотя бы в начале весело. Спал в прошлую ночь он просто отвратно. И дело было не столько в том, что Владу достался хлипкий короткотулый диван со следами атак моли и кошек (Полина ожидаемо заняла единственную в доме кровать), сколько в колючей, удушливой атмосфере ссоры. Том осязаемом неприятии, выносить которое ему всегда было тяжелее всего. Молодой человек слегка надавил на затекшие плечи, помассировал. Нет уж, надо думать, как умилостивить жену, иначе нормального сна ему не видать.

Мысли эти прервал бодрый голос:

– Выглядишь не очень, Владислав Вадимович!

Ага, спасибо за откровенность.

Пожимая руку много раз всуе помятого прораба, пробормотал:

– Новый проект, Глеб Алексеевич, много задач, сами понимаете.

– Понимаю, – ухмыльнулся тот, и Влад догадался, что он действительно все понял. Сочувственно хлопнув архитектора по плечу, мужчина продолжил:

– Знаю, что вам достался домишко не ахти. Я, если честно, сам невольно приложил к этому руку, – тут он слегка замялся – привык, знаешь, заранее вопросы размещения решать.

Влад молча кивнул – ну да, кто успел, тот и съел. Закон джунглей. Однако Глеб Алексеевич удивил:

– Я уже своим ребятам сказал, чтобы они – с вашего с женой разрешения, конечно – заглянули, ну и подшаманили там по мелочи че надо. Трубы посмотрели, отопление. Мой старшой тут одну даму из соседнего села знает. Так вот она согласилась прийти и помочь, – прораб причмокнул на поварской манер, хваля то ли саму женщину, то ли ее клининговые умения, – марафет навести…

Влад опять выдал механический кивок, отлично сознавая, что скорее всего смотрится глупо и даже невежливо, однако более путного ответа дать не получалось. Он одновременно ощущал почти детские благодарность и ломящий стыд за свои вчерашние мысли в адрес этого человека. Не командировка, а просто гилт-трип какой-то.

В следующую неделю занимались обустройством. Глеб Алексеевич не обманул и действительно отправил целый взвод строителей. Те деловито принялись «улучшать обстоятельства», как это называл старшой прораба – Айрат. Сам Влад тоже сложа руки не сидел: съездил и купил обогреватель на бензине, генератор, кипятильник, кровать-матрас и, конечно, биотуалет. О том, чтобы пользоваться уличной отхожей будкой, речи и не шло. Все расходы клиент-Палыч великодушно разрешил записать в счет рабочих трат. Правда вопрос с горячей водой для душа еще не был решен, но выручила соседка – добрая душа.

Она носила книжное чопорное имя Аврора Карповна. Как оказалось, в честь одноименного бронепалубного крейсера – кто бы мог подумать. Вообще эта семидесятисемилетняя женщина оказалось одной из самых общительных жителей Полеховки, которые хоть и безропотно приняли на постой строительную бригаду, но держались слишком уж отчужденно и настороженно, даже по деревенским меркам. Сказывались, видно, редкие связи с внешним миром. А вот у Авроры Карповны имелся образцовый внук, который жил в городе-миллионнике, отлично зарабатывал и во время частых наездов неустанно обустраивал комфорт любимой бабули. Старушка, имевшая не только суперсовременный бойлер, но и просторную ванную с купелью, предложила «милой девочке» (Полине) захаживать, когда той удобно и пользоваться благами цивилизации.

Работы у Влада на начальной стадии их проекта – расчистке участка и последующем рытье котлована – практически не было. Он, конечно, все равно появлялся на стройке каждый день и, как и напутствовал клиент, «держал руку на пульсе». Однако пульс этот под умелым руководством прораба бился сильно, ровно и не требовал никаких вмешательств. В другое время, молодой человек был бы рад такой передышке. Последние восемь лет он работал на имя – то есть сверхурочно, практически без выходных и с большим объемом задач. Однако сейчас ссора с женой, перешедшая в состояние тлеющего конфликта, заставляла чувствовать себя измотанным и ненужным. Но в один день ситуация изменилась.

Началось все с печки. Деятельный Айрат, которому, похоже, немного нравилась стройная и хорошенькая Полина, отнесся к помощи по обустраиванию избы с большим энтузиазмом. Он постоянно заглядывал, чтобы что-то подправить, починить, прибить и проверить. Профессионалом Айрат, как и все люди Глеба Алексеевича, был отменным и вскоре главная комната – убранная, вымытая, с заново выкрашенным полом и заставленная обновками смотрелась почти мило. Оставался только один изъян – печка. Она была сложена практически в центре комнаты с выходящим на чердак дымоходом. Когда-то белая и нарядная, сейчас краска на ней облупилась, зев покрылся слоем копоти и мелкой трухи, словно выпачканный грязью рот, а огонь внутри гореть решительно отказывался.

– Ну вот, – изогнув брови скорбным домиком, произнесла Полина, – такая красота пропадает. Ведь это же почти камин! Можно было бы принести кресло-качалку, вот как у Авроры Карповны, и сидеть с пледом и книжкой. Ну хорошо же!

Эта уютная зарисовка предназначалась не Владу, а Айрату, который в очередной раз что-то «подправлял» в доме, но муж находился рядом и тоже все слышал.

«Угу, – сварливо думал Влад, – с книжкой. Книжку ты, дорогая, последний раз держала в 2018 году, когда нарядилась на Хэллоуин Гермионой Грейнджер. Да и ту купила ради обложки».

Айрат же, который не видел никакого диссонанса в описываемой Полиной сцене, легко согласился.

– И правда, Поля, отличная идея. Сейчас подумаю, как можно решить ваш вопрос.

Полина счастливо и музыкально засмеялась. Влад закатил глаза – посмотрите-ка, и тут нашла решальщика. Тем не менее именно ремонт печки подвел Полю к примирению. Верный своему слову старшой действительно за пару дней разобрался и с дымоходом, и с побелкой. Новая печь теперь смотрелась строго, солидно и, как выразилась жена, «аутентично». А дальше случилось неожиданное. Помимо готовки, Поля умела еще кое-что – отлично рисовать. Она никогда не стремилась получить художественного образования (по ее же словам «не видела в этом смысла»), хоть муж и предлагал. Однако врожденный талант позволял девушке интуитивно создавать живописные наброски. И вот, при виде белого холста печки, на Полину нашло. Она достала где-то краски и буквально за полдня расписала печку странными (Влад никогда таких не видел), но довольно изящными, узорами.

– Ну что за красотища, – восхищалась заглянувшая в гости Аврора Карповна, – Поленька, да ты просто волшебница!

Девушка довольно улыбалась в ответ, разглядывая собственное творение, а затем обернулась к Владу и молча, но крепко обняла его. Реабилитированный муж сперва застыл, а затем прижавшись губами к ее гладким волосам произнес на ухо:

– А ведь соседка права, даже я не знал, что ты так