Жду тебя на безлюдной станции - Инудзюн

Потом доктор рассказывал про химиотерапию, но я вряд ли что-то понял – я мог только механически кивать. Только выйдя из комнаты, я заметил, что измял потными ладонями все брюки.

Я безвольно шёл по коридору, упорно твердя себе, что всё это – просто дурной сон, но, как бы крепко я ни зажмуривался, сколько бы раз ни закрывал и открывал глаза, пробуждение никак не наступало.

Нажав кнопку вызова лифта, я вдруг заметил, что держу что-то в руке. Это были бумаги, про которые только что рассказывал доктор. Моя подпись была поставлена до смешного дрожащим почерком. Кривые иероглифы подтверждали реальность происходящего.

Я вошёл в кабину лифта и нажал на кнопку восьмого этажа – именно там располагалась палата Сихо. Дверь бесшумно закрылась, лифт поехал вверх, и от ощущения полёта даже немного закружилась голова. Приехав на восьмой этаж, я направился к дальней палате по правой стороне коридора.

Я вошёл в палату. Сихо подняла глаза от книги и улыбнулась.

– С возвращением.

– А… ага.

Я подошёл ближе. Жена казалась точно такой же, как всегда.

– Книжки принёс?

– А… ага, – снова ответил я и передал Сихо пакет из книжного магазина. Жена радостно прижала его к груди.

Медсестра позвала меня, как только я добрался до палаты, а потому сразу передать пакет я просто не успел. Тогда я даже не думал, что мне предстоит услышать такое.

– Ого, как много! Здорово. Долго искал?

– В том книжном, как оказалось, работает Судзумото. Вот я удивился, когда она меня окликнула!

Судзумото – домохозяйка, живёт в квартире напротив нашей.

Сихо рассмеялась:

– Да ты чего, я же тебе рассказывала! Она там не первый год работает. Тогда ты тоже удивился. Эх ты, ничего-то у тебя в памяти не держится.

– Что-то не припомню.

Я ещё наполовину не понимал, что говорю.

– Но всё-таки – вот так везение! Никак не ожидал, что в таком небольшом книжном окажется всё, что я искал. Правда, в самом магазине искал не я, а Судзумото.

Сихо кивнула.

На работе мне пришло сообщение от жены. Там был список из более чем десяти книг, а под ним – приписка: «Поищи, пожалуйста, эти книги – буду очень рада, если удастся собрать хотя бы часть».

Каким-то чудом мне удалось купить их все.

Я сел на стул и уставился на супругу. Бледной она не выглядела, да и врач, помнится, говорил, что после операции проблемы со здоровьем должны закончиться. Наверное, там всё-таки что-то напутали – по виду и не скажешь, что Сихо скоро умрёт.

Она по одной вытаскивала книги из пакета и рассматривала каждую из них. Бережно брала книжку, будто это какое-то сокровище, и улыбалась каждой обложке. Глядя на то, как жена переворачивает томики, читая аннотацию на обратной стороне, я почувствовал, что дышать наконец стало легче.

Мы поженились сразу после окончания университета. На втором курсе мы внезапно обнаружили, что родились в один день, и незаметно для нас самих наши отношения переросли в романтические. Не то чтобы мы очень спешили пожениться, просто брак показался нам естественным продолжением отношений.

С тех пор, как мы расписались прямо в наш день рождения, второго декабря, шёл уже одиннадцатый год. В начале зимы нам обоим исполнится тридцать четыре.

– Представляешь, что мне тут только что наговорили? – Я попытался перевести недавний разговор с врачом в шутку.

– Интересно, а я их все прочитаю? – быстро перебила меня Сихо.

Я растерялся, а жена нежно улыбнулась мне. Эта её улыбка всегда придавала мне сил.

– Успею ли я?

Мне показалось, будто по мне что-то поползло.

– Чт… – Я не хотел это слышать.

– Доктор Мацуура тебе всё рассказал, разве нет?

Прошу тебя, ни слова больше…

– Прости, что ничего не говорила.

«Ни слова!» – кричал я мысленно, но Сихо не могла этого услышать.

– Ты ведь справишься без меня?

Неужели это и впрямь происходит в реальности…

Это Сихо захотела, чтобы мы перебрались в кооперативное жильё. Я был вполне согласен на обычную квартиру в многоэтажке или даже съёмную комнату, но жена настояла на своём. Обычно она никогда не упрямилась, а потому её внезапная настойчивость меня удивила. Я спросил, почему ей так хочется пожить именно в таком доме, а она, помнится, с горящими глазами заявила, что в кооперативном доме шумно и весело, как в большой семье.

Сама Сихо была единственным ребёнком в семье работающих родителей.

– После школы я приходила домой и ждала маму в полном одиночестве. Мне было страшно одной, так что я включала весь свет в доме, но так дом казался ещё более просторным и пустым, – рассказывала она.

Её семья действительно жила в сильно вытянутом в длину старом одноэтажном доме, и, пожалуй, одной ей там и правда было не по себе.

Мы поселились на третьем этаже старой кооперативной четырёхэтажки. В парке под окнами с самого утра шумели дети – так всегда бывает по воскресеньям. У соседей сверху ребёнок носится по квартире, снизу постоянно кричит младенец. В этом доме никогда не бывает тихо, но к окружающему шуму я давно привык.

На улице резко похолодало. Пришла настоящая осень. Я выбрался из-под одеяла. Голова побаливала от недосыпа.

Я открыл холодильник. На средней полке одиноко лежал тофу. Кроме него в холодильнике было только пиво и какие-то непонятные приправы.

Прошло три дня. Я подумал, что сегодня точно надо сходить в больницу, но реальность всё ещё не укладывалась в голове. Желание и нежелание навестить Сихо попеременно накатывали, как волны.

– Какая у нас, оказывается, большая квартира, – пробормотал я, едва не падая.

Без Сихо она казалась слишком большой и пустой. Должно быть, именно так жена чувствовала себя в детстве, когда сидела одна в пустом доме.

Я постоянно прокручивал в голове события того дня. Слова врача и самой Сихо развеяли последние надежды на благополучный исход. Я даже не думал, что однажды мне придётся столкнуться с такой ужасающей реальностью…

Я улёгся прямо на полу и заметил, что в тумбе под телевизором начала скапливаться пыль. До госпитализации Сихо всегда держала квартиру в чистоте, и теперь я увидел, как быстро эта чистота сменяется беспорядком.

«Раз нечем заняться – надо идти в больницу», – твердил я себе, но сил на это у меня не было.

В спальне что-то пиликнуло. Сообщение от Сихо. Но даже после этого сигнала я не мог найти в себе силы, чтобы подняться, и какое-то время тупо рассматривал узоры на ковре.

Ну и что я вообще делаю?..

Я наконец встал