Байки книготорговца - Елена Нещерет
– Девушка, вы знаете, с такой грудью, как у вас, работать в продажах… неприлично.
Это сказано было таким тоном, будто я уже сотни правоверных совратила своим неподобающим видом. При этом на мне была форменная красная футболка на три размера больше, и даже не мокрая. Я растерялась и ответила вопросом на вопрос:
– А как давно вы поняли, мадам, что вас возбуждает женская грудь?
Она поджала губы и решила не отвечать. Мне бы тоже стоило пропустить сам вопрос мимо ушей, но спокойствие в таких ситуациях приходит с опытом, которого у меня тогда было маловато.
Однажды к нам начал ходить Дед. Устраивал такое паломничество раз примерно в полторы-две недели. Иногда появлялся в 9:59, ровно к открытию магазина, иногда ближе к полудню. Сначала мне казалось, что у Деда отвратительное чувство юмора, но он, разумеется, считал, что отличное. Или кто его знает – может, специально был противным, чтобы поразвлечься на пенсии.
Когда я впервые его заметила, это было целое представление.
Ввалился в магазин, шумно фыркая. Посмотрел на нас с коллегой Максом от входа. Молча.
– Здравствуйте, – говорю.
Он в ответ молчит. Потом проходит два шага к кассе и невероятно громко и внезапно гаркает, глядя в упор на Макса через пластиковую антиковидную перегородку:
– Привет, девчата!
– Привет, – говорю (в эту игру можно играть вдвоем).
Макс прилежно делает вид, что невероятно занят статьей на «Горьком» и вообще совсем не может говорить.
– Детективы у вас хорошие появились?
– Появились. Даже, можно сказать, всегда были, – отвечаю я.
– А почему вы еще не показываете?
– А вот уже и показываю. Вот английские, вот скандинавские.
Взял в руки «Водоворот» Гранхуса, держит эдак с опаской, как дохлую ящерицу:
– А это что?
– А это наша, – говорю, – гордость. Норвежский писатель, классно закручивает интриги, и язык перевода хороший, и мрачная атмосфера что надо.
– А кто это вообще сказал, что он хороший?
– Я сказала. – Готовлюсь защищаться, приводить какие-то аргументы… Но Дед просто молча топает к кассе, кидает на прилавок Гранхуса и деньги за него, молча забирает сдачу, молча скрывается.
Как-то раз он взял тяжеленную двухтомную энциклопедию преступлений и просто идиотских деяний человечества за авторством Монестье, заплатил за нее пять с лишним тысяч рублей и очень ругался, что у нас все дорого, да еще и нести тяжело.
А потом, придя, ругался, что хрень редкостная, и он до президента дойдет, расскажет, как мы людей обманываем.
Я, понятное дело, в ответ с огромным удовольствием повторяла: «Да, пожалуйста, отправляйтесь прямо к президенту».
Когда я сделала короткую стрижку и это впервые увидел Дед, он даже не сказал свое обычное «Привет, девчата». Кстати, «девчата» он говорил, только если на смене была я и кто-то из ребят. Если мы были вдвоем с Ирой или Настей, он говорил просто «Здравствуйте» или даже «Здравствуйте! Кто здесь?!». Но когда я впервые явилась с короткой стрижкой, о… Это было шоу.
– Привет! А вы кто? Девушка? Нет, вы не девушка. Или девушка? – Он подошел совсем близко, уперся в пластиковый карантинный экран носом, немного поизучал сквозь него мое лицо.
– Я – это я, – уточнила я.
– А по стрижке и непонятно, девушка или парень. Может, все-таки парень? Вы точно не парень?
– Да не знаю. Просто я – и все, – ответила я и приготовилась дальше слушать вопросы о природе вещей и выдавать на них до смешного очевидные ответы, но Дед легко сдался:
– Ладно. А есть книга «Птицы Ленинградской области»?
– Есть у букинистов. У нас нет, – ответила я, радуясь вопросу по делу.
– А будет?
– Пока не будет. Не переиздают. Идите в магазины старой книги.
Дед купил биографию Веры Фигнер, изданную, кстати, коллегой Максом, и ушел.
Дней через пять он почтил нас присутствием лишь на две минуты. Но они были очень информативны.
– Привет, – говорит.
– Здравствуйте.
Он помолчал, потом спросил с сомнением, но как бы с надеждой:
– Девушка?
Топ-топ, топ-топ – он этими своими тяжелыми, но как бы загребающими землю шагами часто сбивал в комок тяжелый прорезиненный ковер у двери – подполз поближе к экрану, прищурился и с радостным узнаванием наконец завопил:
– Девушка! – С удовольствием понаблюдал, как я от резкого вопля подпрыгнула, и уже нормальным голосом попросил: – Посмотрите в компьютере И-ви-на. Я про одну его книгу в «Литературной газете» прочитал.
– У нас нет, – ответила я, удивленно подумав что-то вроде «Ого, фигашеньки, так вот кто выписывает “Литературную газету”».
– Как это вы сразу знаете?
– Я тут все знаю.
– Эх, ладно. А вот тогда английский автор, про шпионов пишет… Ле Карре? Не, вроде не он. Вылетело. А вы знаете?
– У нас пока английских шпионских детективов нет, так что и я не вспомню, эх. А хотите русского? У нас недавно вышел Мухин, «Годы грядущие». Он как раз про дипломатические игры всякие.
Сначала Дед вроде как слушал мою мини-презентацию, но на словах «дипломатические игры» вдруг подпрыгнул и нервно указал на лекторий:
– А?! У вас там кто-то есть! Там звуки! Кто-то чужой!
– Не, это свои, это коллега музыку пытается включить.
– А пароль у него есть, раз он свой?
– Какой пароль? Не, нету.
– А позывной?
– Господи, да зачем? Какой позывной? Я в лицо его знаю.
– Ну у вас хоть оружие есть?
– Мы мирные книжники, мы и книжкой убить можем. Ну так надо Мухина?
– Из головы пишет? Не-е, не надо.
– Да нет, он как раз сам служил во внешней разведке много лет.
– А почему тогда его не расстреляли? Нормально писал бы