Призраки Белого Мыса - Олеся Павлова

Архив находился на Васильевском, в старом здании с облупившимся фасадом и вечно скрипучей дверью. Глеб поднялся по лестнице и толкнул тяжёлую створку читального зала. Пахло пылью и старой бумагой - запах, знакомый с детства, когда он часами рылся в книгах, оставшихся от деда. В зале было пусто, если не считать одинокой фигуры за дальним столом у окна.

Женщина сидела спиной к нему, низко склонившись над разложенными подшивками. Короткие волосы торчали в стороны - то ли от влажности, то ли от привычки ерошить их, когда думаешь. Глеб узнал этот силуэт, эту манеру сидеть, подперев голову одной рукой, а другой быстро, почти не глядя, делать пометки в блокноте. Ульяна. Он не видел её с прошлого выезда, но она совершенно не изменилась.

Он подошёл ближе, стараясь не топать, но половицы предательски скрипнули. Ульяна подняла голову и, увидев его, не удивилась, только отложила карандаш и чуть прищурилась.

- Ершов, - произнесла она, и в голосе мелькнуло что-то среднее между «ну наконец-то» и «я так и знала».

- Давно ты здесь? - спросил он, присаживаясь напротив.

- С восьми утра. - Она подвинула к нему тонкую папку. - Полицейские рапорты за 1914-й. Пропажа людей. И список умерших в госпитале сорок четвёртого года. Девять человек за один день. Все шли на поправку.

Глеб пролистал страницы, задержался на последней. Почерк писаря, выцветшие чернила. Имена, даты, сухие формулировки. Он поднял глаза и встретился с её прямым, оценивающим взглядом.

- Ты веришь в совпадения? - спросил он.

- В такие - нет. - Ульяна постучала карандашом по столу. - Твой блогер, Денис Комаров, пропал именно там, верно? Я видела заметку в новостях. А раз ты здесь и смотришь эти документы, значит, уже решил ехать. Я права?

Глеб усмехнулся.

- Почти.

- Я еду с вами.

- Я и не сомневался.

Она захлопнула блокнот и поднялась.

- Тогда до вечера. У меня ещё статья горит, а ты пока обзванивай своих. И не забудь про того, который с термосом.

- Ивара?

- Его. Пусть берёт чай нормальный. Мяту я с ним пить не буду.

Она ушла, оставив после себя запах кофе и бумажной пыли. Глеб посмотрел на папку, потом на часы. До вечера оставалось несколько часов, нужно было звонить остальным.

***

В издательство он вернулся, когда город уже начал гудеть вечерними пробками. В кабинете было тихо, на столе ровной стопкой лежали неразобранные с утра рукописи. Он снял куртку, повесил её на спинку стула, вымыл оставшуюся с утра кружку и только потом сел к телефону. Папка, которую передала Ульяна, лежала перед ним. Глеб открыл её ещё раз, пролистал копии рапортов, задержался на списке умерших. Девять фамилий. Девять человек, которые шли на поправку и не дожили до утра. Закрыв папку, потянулся за телефоном.

Первым набрал Ивара.

- Ивар? Нужно сегодня встретиться. Приезжай ко мне в издательство.

На том конце помолчали - ровно секунду, не больше.

- Понял. Буду через час.

Гудки оборвались, Глеб невольно хмыкнул. Ивар умудрялся быть самым немногословным человеком из всех, кого он знал, но при этом единственным, с кем не требовалось договаривать.

Следующий номер. Евгения. Она ответила после третьего гудка, и по голосу было слышно, что отвлекли её от чего-то важного - или, наоборот, от чего-то, чем она была бы рада не заниматься.

- Глеб? Что-то случилось?

- Собираемся у меня через час, новое дело.

- Интересное?

- Скорее, тревожное.

- Тревожное - это интересно. Буду.

Ульяне отправил короткое сообщение: «В семь у меня. Не опаздывай». Через минуту пришёл ответ: «Буду. Закажи пиццу».

Остался Артём. Этот номер Глеб набирал с лёгкой заминкой, потому что каждый разговор с Русановым требовал особого подхода. Артём не любил телефоны, не любил город, не любил, когда его отрывали от леса. Гудки шли долго, Глеб уже решил, что сбросит и напишет сообщение, когда на том конце что-то щёлкнуло, и низкий, с хрипотцой голос произнёс:

- Да.

- Артём, привет. Нужна твоя помощь. Дело касается одного места в Карелии, усадьба «Белый Мыс». Слышал о таком?

Пауза. На этот раз дольше, чем у Ивара. Глеб услышал, как на том конце потрескивает что-то - то ли костёр, то ли помехи.

- Слышал, - наконец сказал Артём, и в его голосе появилось что-то, чего Глеб раньше не замечал. Не страх - скорее, старая, застарелая боль. - Это дурное место.

- Знаю. Именно поэтому я тебе и звоню. Сможешь приехать в Питер сегодня? Возможно, уже завтра с утра поедем на место.

Снова пауза, потом короткий выдох - не то вздох, не то согласие.

- Буду к ночи.

И гудки. Глеб отложил телефон и потёр виски. Команда собиралась, пять человек, каждый со своим прошлым, со своими демонами. Он знал, что поступает правильно, знал, что один бы не справился. Но где-то глубоко, под слоем уверенности, шевелилось знакомое, липкое чувство. Он снова подвергает людей опасности, тех, кто ему доверяет, тех, кто может не вернуться. Как тогда. Он тряхнул головой, отгоняя мысль, не сейчас.

***

Первой пришла Ульяна. Она появилась в дверях издательства ровно через сорок минут после сообщения. Растрёпанная, в джинсах и лёгкой куртке, короткие волосы торчали в разные стороны, будто она сушила их на бегу. Под глазами не была ни грамма косметики, только усталость и цепкий, оценивающий взгляд.

- Я перечитала выписки из архива. Девять смертей в госпитале за один день - это не просто совпадение. Ты уже смотрел видео блогера, которое выложилось автоматически?

Глеб кивнул.

- Денис Комаров. Пропал четыре дня назад.

- Есть какая-то информация, живой?

- Не знаю. Но на записи он явно кого-то увидел. И этот кто-то… похож на женщину с портрета. Веру Штальберг.

Ульяна нахмурилась и что-то черкнула в блокноте.

- Кого ещё позвал?

- Ивара, Евгению, Артёма. Всех, кто был в прошлых выездах.

- Хорошо. - Она захлопнула блокнот. - Тогда ждём остальных.

В прихожей звякнул колокольчик, кто-то вошёл в издательство. Глеб поднялся, выглянул в коридор. Это был Ивар. Он вошёл без стука - высокий, подтянутый, в старой серой ветровке с выцветшим логотипом «Метростроя». Ему было слегка за сорок, но держался он прямо, без сутулости, а в тёмных волосах, зачёсанных назад, серебрилась ранняя седина - ровно столько, чтобы