Том 2. Рассказы - Жан Грива

Начался бой под Кырне.

* * *

3-й батальон рабочей гвардии, называвшийся истребительным батальоном, был организован в первые дни Отечественной войны. Размещался он в самом начале бульвара Бривибас, в помещении клуба завода ВЭФ. Основной костяк батальона состоял главным образом из вэфовских рабочих, уже с первого дня войны выполнявших сторожевую службу не только в Риге, но и далеко за городом.

В ночь с 26 на 27 июня батальон получил винтовки, ручные пулеметы и гранаты. Остаток ночи прошел в чистке оружия от толстого слоя вазелина и в ознакомлении рабочих с материальной частью оружия и обращения с ним.

В штабе, куда входили командир батальона председатель месткома завода ВЭФ Фридрих Вейсенфельд и пятеро прикомандированных к батальону представителей ЦК КП(б) Латвии, бывших участников боев в Испании — Я. Беникис, Ж. Фолманис, А. Липкин, М. Морковников и М. Гуревич, — шла напряженная работа. Батальон надо было разбить на роты, взводы и отделения. В каждое подразделение следовало назначить командира и его заместителя. Это оказалось нелегким делом, так как было неясно, кто из рабочих больше подходил для этого. Согласны были все, но доверить эти должности можно было только самым лучшим. Следовало также выяснить, кто имеет какую-нибудь военную подготовку.

На рассвете в новую боевую часть прибыли три младших лейтенанта, командиры Красной Армии. Благодаря им решение этого вопроса ускорилось. Ротными командирами были назначены лучшие рабочегвардейцы, их заместителями — прибывшие командиры, а политруками рот — те, кто имел опыт боев в Испании. Командиром батальона остался вэфовец Вейсенфельд, я стал его заместителем, Я. Беникис — начальником штаба, А. Липкин — адъютантом. Забурлила жизнь настоящей боевой части. Вскоре штаб получил штатный состав всех рот и имеющегося оружия. Ночью провели учения. Батальон ждал первого боевого приказа.

Вскоре тот пришел, краткий и лаконичный: двум ротам батальона до 19.00 занять позиции на правом берегу Даугавы возле Икшкильской переправы. Задача — оборонять переправу от противника и помогать частям Красной Армии переправляться через реку, потому что дорога на Ригу была уже отрезана. Одну роту с таким же заданием направить в Кегум.

27 июня в 11.00 отправились в путь первые автомашины. Вторая колонна выехала в 14.30.

На город один за другим следовали налеты вражеской авиации. Местами слышались пулеметные очереди. И все-таки батальон провожали сотни рижан. В близлежащих магазинах вскоре не осталось цветов: их несли охапками и одаривали ими уходящих на фронт рабочегвардейцев.

Зазвучала народная песня «Ну прощай, Видземите». Одетая в синюю форму, с красными цветами в руках, колонна рабочих пришла в движение и медленным маршем по бульвару Коммунаров направилась в сторону вокзала. Несколько впереди шли передовой отряд и патрульные. Они освобождали проход на улицах, забитых людьми, которые приветственно махали платками. На тротуарах плакали и мужчины и женщины. 3‑й латышский батальон рабочей гвардии начал свой тяжелый и долгий боевой путь.

Несколько стычек местного характера произошло уже на территории Латвии. Но настоящие бои начались только в Эстонии. 6 июля в маленьком пограничном городке Торви собралось вместе несколько вооруженных рабочих отрядов — наш батальон, комсомольская рота, часть 2‑го батальона рабочей гвардии и еще несколько небольших подразделений. Явилась мысль объединить все эти силы. Так родился 1‑й латышский добровольческий истребительный полк, формирование которого закончилось в Виланде. Там к нему присоединились отряд под командованием А. Пуны, Тукумский уездный отряд А. Жуниса и несколько более мелких частей. А из Виланде выступил уже командуемый А. Жунисом вышеуказанный истребительный полк, который 18 июля стал регулярной частью Красной Армии под названием 1‑й латышский добровольный стрелковый полк.

В середине июля, выдержав несколько тяжелых боев, полк находился в окрестностях городка Тюри, в четырнадцати километрах к югу от уездного города Пайде. Впервые против врага выступила компактная боевая часть в составе трех батальонов. Это было первое серьезное крещение огнем для каждого бойца, особенно для комсомольцев, впервые державших в руках оружие. Они были собраны в 3‑ю роту 3‑го батальона, которая была известна под названием Комсомольская. Командовал ею Арвид Рендениек.

В бою под Тюри был смертельно ранен заместитель командира этой роты Ниедра. Во время боя он переползал из окопа в окоп и учил совсем еще юных бойцов правильно окапываться, правильно целиться и стрелять из винтовок и ручных пулеметов, обращаться с ручными гранатами. Если не считать краткого обучения первой ночью в Риге, то все остальные навыки бойцы приобрели на поле сражения.

Бой под Тюри был одним из самых кровопролитных. Особенно тяжелые потери понесла комсомольская рота. Укрываться от противника и зарываться в землю многие в то время считали признаком слабости. Необходим был горький урок, чтобы каждый, даже самые отчаянные сорвиголовы, понял наконец, что одной отвагой и презрением к смерти врага не одолеешь.

После отступления из Тюри 1‑й и 2‑й батальоны нашего полка закрепились к северо-западу от города, а 3‑й батальон, перебравшись через реку, занял позиции на холме возле железной дороги Тюри — Пайде. Для немцев это не было направлением главного удара. Основные силы противник сконцентрировал для наступления на уездный центр Пайде. Но дорогу им преграждал населенный пункт Кырне, захват которого решил бы и судьбу города Пайде. В направлении Кырне были брошены танки, множество артиллерии, минометов и живой силы.

Подходы к Кырне защищал один из батальонов регулярной армии. В ожесточенных боях он был обескровлен. Создавшуюся брешь следовало заполнить свежими силами. За это сложное задание взялся 3‑й батальон под командованием Вейсенфельда.

Наступил темный и дождливый июльский вечер. Вокруг грохотала артиллерия. Время от времени стучали пулеметы. С винтовками и ручными пулеметами на плече взвод за взводом, рота за ротой отправлялись в путь.

По прямой Кырне был недалеко. Его можно было разглядеть за железнодорожной линией и верхушками деревьев. Но по этой дороге пройти туда было нельзя. Надо было двигаться в обход километров пятнадцать.

По дороге батальон остановился в лесу, в расположении штаба 10‑й дивизии Восьмой армии. Чувствовалось, что в ближайшие дни можно ожидать жестоких боев. Мы проверили оружие. Оно оставляло желать лучшего. У многих винтовок не было штыков, ручных гранат осталось считанное число, да и патронов тоже. Но самое главное — мы не располагали необходимым количеством ручных и станковых пулеметов. Особенно плохо обстояло дело со средствами связи: до сих пор ее поддерживали только вестовые либо на