Unknown - Александр Куринь
Словом - выложил все то, что и было написано в прокламациях бабы-Ванги. Не вдаваясь в технические детали, коснулся и причин трагедии, а в конце, порекомендовал всем кушать побольше морской капусты. К счастью, этим продуктом у нас завалены полки всех магазинов.
Как и предполагал, это спонтанное выступление не осталось без внимания начальства. Уже на следующее утро, двадцать седьмого апреля, меня вызвали в кабинет директора.
- Сиверинский, ты чего это вчера своим наговорил? Откуда все взял? Неужели и ты той бабке поверил? Панические настроения вздумал распространять? Ты это мне брось - знаешь, что у нас за такое бывает?
Вообще-то, Иосиф Михайлович, относился ко мне неплохо, ведь именно с его подачи я и попал в этот институте, и до сих пор мне удавалось оправдывать его доверие. Но сейчас, вопрос был скорее политическим, и я решил идти ва-банк.
- Товарищ директор, лучше не спрашивайте, откуда мне все это известно, - после слова "это", я со значением посмотрел в сторону люстры. – Давайте не будем торопится, а немного подождем, уверен, через несколько дней и до вас эту информацию доведут. А пока, я бы и вам порекомендовал не затягивать, а отправить своих родных за пределы города.
Иосиф Михайлович на секунду задумался, словно взвешивая мои слова, а затем решив, что несколько дней погоды не сделают, забросал меня кучей уточняющих вопросов. Поскольку, в кабинете мы были одни, я выложил директору практически всю известную мне информацию: о причине аварии, о возможных последствиях и об угрозе здоровью жителям города. Сообщил, что на днях в Киев должна прибыть правительственная комиссия, которая сформирует штаб под руководством одного из заместителей председателя Совета министров СССР. Сам я и не подозревал, что это напрямую коснется меня.
Услышав такие подробности, Михайлович засомневался, решил, что мне что-то известно - ведь просто так выдумать все, было невозможно. Как бы там ни было, из кабинета директора я вышел без последствий.
Прошло три дня, и мой авторитет у руководства поднялся едва ли не до уровня первого заместителя. Теперь, меня приглашали на все совещания – и это меня, работавшего всего лишь на должности заведующего сектором.
Первомайская демонстрация состоялась в соответствии с устоявшимися традициями, хотя и не в прежних масштабах. Может и я приложил к этому руку? Обстановка в городе не говорила, что что-то у нас что-то не так: обычная спокойная, мирная жизнь. Вот и сейчас смотрю, как какая-то сердобольная бабушка крошит на канализационном люке полбатона для стайки голубей.
- И зачем это она?? Отсюда, до элеватора второго хлебозавода рукой подать. Она что, не видит, какие они упитанные - словно поросята.
Сам я, также решил убраться подальше. Срочно собрал команду своих единомышленников с детьми, и в конце мая мы отправились в путешествие на байдарках по Днестру. Единственно, перед походом мне пришлось смотаться в Крым, и доставить оттуда двух членов свего экипажа - Вету и Свету.
Отдых удался, мы плыли не торопясь, надолго останавливались в красивых местах, бродили днестровскими каньонами, ходили на экскурсии и совсем не торопились возвращаться в Киев. Поэтому, наше плавание растянулось почти на три недели. А вот по возвращении, меня поджидал сюрприз. Пожалуй, впервые в этой жизни я обрадовался, что мобильников ещё не придумали - иначе выдернули бы прямо с маршрута. Неужели без Сиверинского обойтись не могут?
Как выяснилось, один из заместителей министра строительства товарища Новикова, был назначен членом штаба по ликвидации последствий аварии, который сформировался в Чернобыле. Одной из задач, стоявших перед строительным департаментом, было не допустить загрязнения Припяти радиоактивными отходами, которые вместе с дождевой водой постепенно стекали в реку. Ну а кто у нас считается главным специалистом по строительству дамб и защитных сооружений? Все знают, разумеется, это Герой Сирии Сиверинский. Словом, не успел я переступить порог квартиры, как услышал телефонную трель. Подняв трубку, я с удовольствием узнал, что меня срочно отзывают на работу - даже законный отпуск догулять не дали. Отказаться возможности не было: не те нынче времена. Собственно, я и не собирался этого делать - ведь в той, прошлой жизни, мне так же довелось поработать в зоне, пускай и в ином качестве. Вот вам и тот снаряд, который в одну воронку не падает.
На сборы и оформление разрешительных документов мне выделили одни сутки - и вот я стою на верхней палубе теплохода "Ракета", который мчит меня в Чернобыль.
Здесь, всё было знакомым: тот же крутой подъём от пристани к городу, центральная площадь с безальтернативным памятником Ильичу и длинный ряд кирпичных трёхэтажек. Здесь, на площади, в здании райсовета, товарищи министры и развернули свой штаб.
Не откладывая, меня ввели в курс дела и познакомили с помощником, который прибыл на два дня раньше. Тот оказался грамотным специалистом и уже успел составить подробный план местности. Он же передал и список техники, которую мы сможем получить в свое распоряжение. После чего, познакомил с будущим коллективом. Обстановка и правительственная комиссия требовали скорейших действий, так что времени на раскачку нам не дали.
Через день, к берегу пришвартовались две баржи с камнем - и работа пошла. Защитные валы и дамбы росли буквально на глазах, неплохим стимулом была увеличенная в несколько раз зарплата, а к ней - целая куча премий и бонусов в виде почётных грамот.
Вообще-то, в самом городе было относительно безопасно. Это продолжалось до тех пор - пока нам не поручили выполнить обваловку водоёма-охладителя. Этот бассейн располагался непосредственно на территории станции. Здесь, уровень радиации зашкаливал за верхнюю планку более чем в сотню раз. Помня прежний опыт, я организовал шесть смен по полчаса каждая, и тем не менее, желающих отличиться было предостаточно. Ещё бы: в так называемой первой зоне коэффициент зарплаты составлял четыре, а что касалось повышенного в десятки раз уровня радиации - так она ведь не пахнет! Многие были абсолютно уверены, что авось переживут. И таки оказались правы, хотя и не все.
Однажды, и мне пришлось немного поволноваться. Да что там немного - мы с мужиками едва в колготки не наложили. Распоряжением штаба в моё распоряжение был выделен военный гусеничный МТЛБ с водителем Тарасом, или, как