Нас предупреждали - Челси Ичасо

– Надо заглянуть в этот дом, – беззаботно говорит Виктория, поднимаясь по ступенькам. – Я-то знаю, что мне не страшно.

Диего послушно следует за ней, а Джеймисон, не желая отставать, щелчком отправляет окурок на землю.

– Отличная мысль.

Огонек сигареты мерцает в траве – достаточно небольшого порыва ветра, и все вокруг загорится. Затоптав его, Джеймисон следует за Викторией. Потом оборачивается и спрашивает, с ухмылкой глядя на меня:

– Ты идешь, Стаффорд?

– Не обращай на них внимания, – шепчет Калеб мне на ухо, отчего по моему телу пробегает дрожь. – Ты не обязана это делать. Можем пойти вместе поискать Генри. – Он смотрит мне прямо в глаза, буравя черепную коробку, а может, проникая в самую душу. Какая-то часть меня хочет поверить в его искренность.

Но я, естественно, не верю. Вместо этого я, задрав нос, поднимаюсь вслед за «шутниками» по лестнице, ведущей в жуткий дом.

Внутри царит густая, всепоглощающая тишина. Сначала мне кажется, что они уже прячутся от меня. Но Калеб, переступив порог, освещает фонариком их неподвижные фигуры.

– Ну, так что ты видела? – свистящим шепотом спрашивает Джеймисон.

– Я… я н-ничего не видела,– запинаясь, отвечаю я.

– Конечно, она ничего не видела, – фыркает Виктория, – поэтому мы и…

– Ни фига себе! – неожиданно восклицает Диего, пятясь назад. – Что, блин, это было? – Он указывает прямо пред собой, на тени, сгустившиеся в дальнем углу гостиной.

Меня так и подмывает закатить глаза, но я продолжаю смотреть на ту темную кляксу, пока она медленно растворяется в темноте, словно ее и не было.

А потом приходит в движение.

Быстрая, как взмах крыльев, гибкая и лишенная лица – так не похожая на массивное тело Джеймисона, завернутое в мантию. Фигура медленно отделяется от теней и вплывает в световое пятно, образованное несколькими лучами фонарей.

Мое сердце пускается галопом. Я потихоньку отступаю, упираясь прямо в грудь Калеба. Вздрогнув, отстраняюсь от него. Мой взгляд снова устремляется вперед, к движущейся тени. Тени, которая неумолимо приближается к нам.

– Надо убираться отсюда к чертям, – говорит Джеймисон, и, судя по голосу, в кои-то веки ему действительно страшно. Развернувшись на пятках, он пулей вылетает за дверь. Мы устремляемся вслед за ним, сбегаем по ступенькам и ныряем в туман.

Оказавшись на дорожке, я останавливаюсь; фигура, теперь вытекающая из дверного проема, так и притягивает мой взгляд.

– Идем, – машет мне Калеб.

Я не двигаюсь с места. Отчасти потому, что не хочу вестись на их очередной розыгрыш, а отчасти потому, что никак не могу отвести взгляд от фигуры в капюшоне. От темного, размытого пятна, окутанного туманом.

– Иден! – снова зовет меня Калеб, хватая за локоть и таща за собой.

– Я знаю, вы кого-то подговорили это сделать, – говорю я, продолжая наблюдать за тем, как мантия фигуры развевается и собирается складками на ветру.

– Никого мы не подговаривали.

Он снова тянет меня за руку, и я буквально разрываюсь, не в силах решить, что мне делать, – такое ощущение, что мои внутренности трещат по швам.

В конечном итоге я позволяю ему себя утащить. Мы вдвоем бежим вслед за остальными, направляясь к воде.

Когда я оборачиваюсь, чтобы взглянуть на призрачную фигуру, ее уже нет.

Ладонь Калеба по-прежнему лежит на моей руке, но моя кожа, мои нервы – все онемело от ужаса. Я почти не чувствую, как его ладонь скользит ниже, обхватывая мое запястье, когда он ведет меня по разбитой брусчатке.

– Какого черта там произошло? – с трудом переводя дух, спрашиваю я, когда мы оказываемся у каменной стены.

– Понятия не имею, – отвечает Калеб. – Это было совсем как… Ну, это было похоже на…

– Нет, не было, – перебиваю я. Потому что это не могло быть привидение. Их не существует. – А где остальные? – спрашиваю я, чтобы сменить тему.

– Не знаю. – Калеб обводит взглядом длинную полосу земли, протянувшуюся вдоль ограждения. – Может, Генри ищут.

Он протягивает руку, чтобы снять сумку с моего плеча, но я отшатываюсь от него.

– Хорошая попытка, но благодаря тебе и твоим друзьям я его так и не нашла.

Я решительно иду вперед, но успеваю сделать лишь три шага, когда в ночи раздается чей-то пронзительный крик.

Леденящий душу страх распирает мне грудь, шевеля волосы на голове. И что-то внутри подсказывает мне, что это не розыгрыш. Этот крик был так же реален, как щебенка под ногами и кровь, пульсирующая в венах. Калеб бросается вперед, а я пытаюсь не отставать.

Раздаются новые крики, наполовину заглушаемые ветром. Они доносятся не из ближнего домика – их источник находится дальше по ходу нашего движения.

Где-то рядом с особняком семьи Блэкмор.

Шлепая ступнями по брусчатке, я почти не чувствую боли в груди: ее заглушает прилив адреналина. Мы пробегаем мимо полуразрушенного сарая, металлическая дверь которого качается туда-сюда, зловеще скрипя. Когда мы подбегаем к скоплению школьников, у меня в ушах оглушительно звенит, а мозг готов взорваться.

В ночи раздаются чьи-то громкие рыдания. Звук доносится из центра сгрудившейся на краю утеса кучки людей. Там собрались абсолютно все. Они стоят слишком тихо. Слишком неподвижно.

Я пытаюсь растолкать их, чтобы посмотреть, что случилось, но Калеб, отделившись от группы старшеклассников, оттаскивает меня в сторону.

– Не надо.

Этих слов достаточно, чтобы мое бешено стучащее сердце остановилось и рухнуло прямо в шершавый песок.

Я решительно отмахиваюсь от него: я должна это увидеть. Протискиваюсь мимо кучки зевак, которые таращатся на воду, открыв рот. На самом гребне утеса стоят Диего и Эми Парк: девушка дрожит, уткнувшись лицом ему в грудь. Рядом с нами возвышается особняк семьи Блэкмор, и с этого места видно, как волны набегают на острые камни.

Внизу все черно, видно лишь, как бурлящее море ритмично вздымается, облизывая булыжники. Потом на берег падает отблеск лунного света, освещая какой-то темный силуэт, распростершийся на камнях в неестественной позе. Волны орошают его брызгами, сминают и покачивают, как неодушевленный объект. У меня скручивает живот.

– Я его видела, – всхлипывая, говорит Эми. – Он просто стоял там, на крыше, и я его окликнула. Я отвернулась, чтобы взять телефон и позвать кого-нибудь на помощь. Но когда я снова посмотрела наверх, его там уже не было. – Она снова всхлипывает, и к моему горлу подкатывает тошнота.

На краю утеса, среди пучков травы, лежит видеокамера.

А внизу, на камнях, тело Генри де Росси вновь захлестывает темной массой воды.

11 октября

Дорогой дневник,