Тени Грейфолла 3 - Алекс Кош

Пиппс подскочил так, что чернильница на столе поехала к краю, и лишь чудом подхватил ее в последний момент.

— Лер де Грейв! А я как раз… То есть я и не думал… Хотя если бы вы…

— Я заметил, что ты не думал. Говори, откуда ты получил описание логова Вивисектора.

Репортер заметно сник и покосился на ящик стола, будто надеялся, что тот ответит сам.

— Да оттуда же, откуда и всегда. Принес мальчишка. Конверт, внутри лист с очень подробным описанием печатными буквами: коллектор под Красильными рядами, вход через решетку в тупике, банки в нишах, шкура на доске. Я сначала не поверил, думал, розыгрыш, но все же решил рискнуть…

— Когда принес? Точное время.

— Ночью, чуть раньше полуночи, прямо ко мне домой. — Пиппс развел чернильными руками. — Мальчишку я расспросил, честное слово. Говорит, дядька в сером плаще дал монету и велел отнести. Лица, ясное дело, не помнит.

Около полуночи. Себастиан в это время сыпал пыльцу на крышах Нижнего Города, а Вивисектор прыгал где-то впереди, живой и невредимый. Это означало, что описание логова убийцы написали до того, как туда вошел истребитель. Тот, кто это сделал, знал, чем закончится ночь. Значит, Вивисектора просто списали, причем заранее, а Себастиану позволили дойти до конца, чтобы дело страшного убийцы можно было красиво закрыть.

— А гравюры кто рисует? — неожиданно поинтересовался Себастиан, разглядывая плакат на стене.

— Штеффен, наш художник, — тут же радостно ответил Пиппс. — Хороший, правда? Тираж за два дня вырос вдвое.

— Передай Штеффену, что если он еще раз нарисует меня со столь отвратительным лицом, то я заставлю его съесть весь следующий тираж «Вечернего Грейфолла».

Репортер несмело посмотрел на истребителя.

— Так, может, вы ему попозируете? Тогда он точно нарисует ближе к оригиналу.

Себастиан одарил его таким взглядом, что Пиппс едва не рухнул со стула.

— Понял, глупая идея, — проблеял он.

— Вот именно. А сейчас мне нужно полученное тобой письмо, и вообще все бумаги, что ты получал от Вивисектора.

— Все? — Пиппс схватился за ящик обеими руками. — Лер де Грейв, это мой архив! Вы уже брали две записки, и я не возражал, но…

— Пиппс, — жестко произнес Себастиан, нависнув над молодым человеком. — Возражения не принимаются. Все материалы должны быть у меня немедленно.

Репортер побледнел, открыл ящик и выложил на стол стопку конвертов и листов бумаги, перевязанную бечевкой.

— Может, вы хотя бы дадите официальный комментарий для нашей газеты? — жалобно попросил он.

— Запросто. — Себастиан спрятал стопку под сюртук. — Истребитель Ордена официально заявляет… — он наблюдал за тем, как репортер судорожно хватается за перо и начинает выводить буквы на бумаге, — что никаких комментариев по делу Вивисектора не дает. Точка.

— Но этого мало!

— А по-моему, более чем достаточно. И я повторяю последний раз: если еще какой-нибудь мальчишка принесет тебе очередной конверт с информацией для статьи, ты должен первым делом связаться со мной.

— Да я даже не знаю, где вас искать! — всплеснул руками Пиппс. — К тому же Вивисектор ведь уже мертв, и больше некому отправлять мне эти послания.

Себастиан тяжело вздохнул.

— Да, да, так и есть, Вивисектор мертв. Но если все-таки тебе снова придет подобный конверт, сразу свяжись со мной и не вздумай пускать эту информацию в печать. Отправь посыльного в дом…

Тут он вспомнил, что вряд ли задержится надолго в доме де Грейвов, и всерьез задумался, где планирует жить дальше. Самым очевидным вариантом казалась одна из гостиниц в Верхнем Городе, но немного смущало наличие соседей…

— Знаешь, где находится здание Ордена Истребителей? — быстро нашел он самое логичное решение проблемы. — Просто передай весточку управляющему, и он свяжется со мной.

— Хорошо, — слегка озадаченно кивнул Пиппс. — Я так и сделаю, но…

Себастиан не стал дослушивать, развернулся и быстро покинул редакцию. Ничего объяснять репортеру он, разумеется, не собирался. Стоит тому узнать, что за Вивисектором мог стоять кто-то еще, и уже утром появятся новые кричащие заголовки, которые взбаламутят весь город.

«Информация — это тоже оружие», — неожиданно объявился Каэлар. — «Твои противники умело его используют в своих целях. Возможно, и тебе стоит последовать их примеру».

— О чем ты? — заинтересовался Себастиан, но на его вопрос древний не ответил, вновь сделав вид, будто спит.

До управления секуритате Себастиан добрался к полудню. Караульный у колонн узнал его и махнул рукой, пропуская внутрь. Кабинет дознавателя Брандт обнаружился на первом этаже, в самом конце коридора, маленький и почти пустой, будто хозяйка еще не решила, надолго ли здесь остается. Стол, два стула, шкаф всего с несколькими папками и никаких гравюр на стенах.

— Садитесь, — женщина указала на стул, не поднимая головы от бумаг. — Протокол о ликвидации убийцы, известного как Вивисектор. Я записываю с ваших слов, вы читаете и подписываете. Начнем с того, как вы вышли на след.

Дальше было скучно, как на любом допросе, где обе стороны заранее знают, что именно окажется в протоколе. Себастиан рассказывал, дознаватель писала мелким твердым почерком, изредка задавая уточняющие вопросы. Большую часть случившегося до входа в канализацию она уже явно знала со слов стражников, поэтому основная часть вопросов касалась именно самой битвы с Вивисектором. Себастиан ничего не скрывал, включая невероятную регенерацию противника, умолчал лишь о том, что он был гибридом твари и человека, которым кто-то умело управлял. Брандт записывала, не поднимая бровей, и вопросы ее были точны и коротки. А потом, когда бой с Вивисектором был описан до последнего удара, перо не остановилось.

— Где вы находились последние десять лет, лер де Грейв?

— Это имеет отношение к протоколу? — удивился Себастиан.

Дознаватель даже бровью не повела.

— Разумеется.

— Да много где, — уклончиво ответил истребитель. — В Коронгарде, Ниваль-Торе, Пустошах. Служил в Ордене, охотился на тварей, зарабатывал ранг. Ничего такого, что стоило бы записывать.

— Тем не менее я запишу. Почему вы вернулись в Грейфолл именно сейчас, а не годом раньше или позже?

— Появилось дело.

— Какое именно дело?

— Семейное.

— Кто-нибудь может подтвердить, что все эти десять лет вы провели в Пустошах, а не, скажем, в герцогствах?

— Твари,