Да, товарищ член горкома - Роман Феликсович Путилов
— Спокойно, старшина. — я поднял вверх раскрытые ладони: — Я глава городской администрации, удостоверение в кармане пиджака. Приехал сюда на встречу с трудовым коллективом, а на меня напали два десятка человек из тех, что сидят на первом ряду, и мне почему-то кажется, товарищ старшина, что это ни хрена не рабочие, а ряженые из числа ваших клиентов.
Старшина, мельком заглянув в мое удостоверение и, по-видимому, посчитав его подлинным, обернулся к залу, и его лицо вытянулось.
— Степан, а вы что так обрядились? У вас что, сегодня субботник по уборке территории? — обратился он к стальнозубому, после чего повернулся ко мне: — Павел Николаевич, тут, очевидно, какое-то недоразумение. Этих парней я знаю, они здесь, в этом бизнес-центре работают охранниками.
Судя по короткому стону, что непроизвольно вырвался у местного начальника, который остался для меня неназванным, старшина только что ненароком выдал не нужные мне сведенья.
Старшина, момент нападения на меня зафиксировали три видеокамеры, но это уже не ваш вопрос, а вашего руководства. Вы главное, его поторопите, чтобы сюда побыстрее ваши прибыли, пока нападавшие на меня не начали разбегаться.
У меня с городской милицией сейчас были ровные и доброжелательные отношения. Люди получали премии за удачные задержания, чего не было несколько лет, и люди знали, что это решение городских, еще бывших властей, пробил именно я, поэтому старшина не стал спорить или подвергать мои слова сомнению, а заговорил в рацию, докладывая обстановку, и, видимо, доложил он ее правильно, так как в течение десяти минут в актовом зале было достаточно людей в форме, чтобы начинать дело.
— Дорогая, скажи, пожалуйста, а ты мне рассказывала про новый филиал «Южного креста», что на Главном рынке открылся. Ты не помнишь, кто с тобой договор аренды заключал?
У Ирины, в вопросах цифр и бизнеса в общем, память работала просто отлично, и через пару секунд в трубке сотового телефона раздался уверенный ответ:
— Договор субаренды, а арендатор — общество «Прометей», директор Прохоров. Владелец здания — «Метросторой», договор согласовал, как обычно, на одиннадцать месяцев, с последующей пролонгацией.
— Ира, я тебя сегодня к себе приглашал. — Я замялся, аккуратно подбирая безопасные слова: — Ты приезжай, пожалуйста, если нетрудно, собачек выведи, и меня не жди, ложись спать, а я поздно, наверное, буду. Возможно, утром.
— Громов, вот с тобой договариваться о чем-то нельзя. Если бы не собаки, которых просто жалко, то моей ноги бы не было на пороге твоей квартиры!
— Ира, остановись, пока не наговорила лишнего. Что со мной случилось, уверен, вечером покажут в новостях. И сразу говорю, со мной всё в порядке.
— Громов, с тобой точно всё в порядке? — Голос Иры стал тревожным.
— Точно, всё в порядке, просто конфликт с одним рабочим коллективом, который превращается в уголовное дело о крупном хищении бюджетных средств. Ладно, спасибо за информацию, она мне очень пригодилась. — Я распрощался и повернулся к задержанным. Которых набежавшие на место происшествия милиционеры держали на стульях.
Рабочих с задних рядов, переписав их данные, уже распустили восвояси, обязав явиться завтра на допрос в местный РОВД, а вот ряженых с представителями администрации «Метростроя» я приказал задержать.
— Кто из вас Прохоров? — Никто не отозвался, но пару брошенных на мужчину с бритой под ноль головой я заметил.
— Прохоров, какую вы должность занимаете в «Метрострое»?
Бритый промолчал, лишь опустил голову ниже, и я повернулся к заместителю начальника РОВД, который был тут старшим.
— Товарищ подполковник, я попрошу вас выделить людей и провести обыск в кабинетах, числящихся за «Метростроем».
— На каком основании, Павел Николаевич?
Я на минуту задумался. Оснований для производства обыска пока не было. Мою уверенность, что тут имеют место крупные хищения бюджетных средств, как говориться, к делу не пришьешь. Для возбуждения дела требуется официальное заявление городской администрации. С указанием суммы причиненного ущерба и справка от бухгалтерии или контрольно-ревизионного отдела, хотя бы с приблизительными цифрами, основанными на документах. Ни того, ни другого у меня нет и сегодня не будет — время уже вечернее, сотрудники соответствующих отделов разбежались по домам, и собрать их невозможно, они не военные. Чтобы работать ночью. Если все оставить на завтра, я уверен, ночью это здание просто сгорит дотла, и даже милицейская охрана не поможет — сооружение метростроевцы выстроили сложной конфигурации, в нескольких местах примыкающее к пристройкам Главного рынка, и если запылает этот дом, то пожарные его не отобьют. Значит, надо изымать документы и вывозить их отсюда в надежное место, а завтра начинать разбираться.
— Хорошо, тогда делаем осмотр места происшествия, куда входят все кабинеты «Метростроя». Изымаем деньги и бухгалтерские документы. Для этого вам полномочий хватает. Я, как глава городской администрации, которая является учредителем «Метростроя», сейчас напишу вам письменное разрешение и заявление на этих граждан, которые напали на меня с целью причинения мне физического увечья, хотя там звучали и угрозы убийства, которые я воспринял как реальные. В общем, работаем, господа.
Город. Заречный район. Квартира Громова.
Дома я появился около шести часов утра следующего дня — всю ночь присутствовал на допросах, которые проводили два дежурных опера местного РОВД. Спать хотелось жутко, в глаза как будто засыпали песка, но дела не ждали, и поэтому, тихо открыв дверь квартиры, я вывел собак на утреннюю прогулку, а вернувшись домой, не включая верхнего света, прошел на кухню и при приглушенном свете небольшого светильника начал варить себе кофе.
— Ты просто телезвезда. — Теплые со сна женские руки легли мне на плечи, а в ухо ткнулись сухие губы: — Блистал на всех местных каналах. Включи телевизор, посмотри, как ты на экране выглядишь.
В столь ранний час местные каналы не работали, но я сумел просочиться и на федеральные новостные передачи — у вчерашних журналистов вчера был настоящий праздник, так как желающих приобрести видеозапись «стреляющего мэра» было достаточно. На канале Гусева даже притащили в студию какого-то хрена в синем мундире прокурорского работника, который сказал, что в цивилизованном обществе такое поведение главы региона недопустимо и органы прокуратуры обязательно дадут правовую оценку сложившейся ситуации.
Пока я раздумывал, позволить ли себе поспать час или принять холодный душ, руки сами притянули телефонную книгу, и я стал набирать «горячие» телефоны местных телеканалов.
Город. Сердце Города. Здание администрации Города. Актовый зал.
Пресс-конференция «стреляющего мэра»