Да, товарищ член горкома - Роман Феликсович Путилов

эти долги достаточно легко, потому что масштабы городского бюджета и расходы на строительство одного перегона метро просто несопоставимы. Город бы оплатил бы эти расходы и не заметил бы особого неудобства. Но, к сожалению, сегодняшний управленец сегодня выродился — он не способен решать поставленные задачи, если не будут созданы комфортные условия. Я уверен, если бы сейчас была война, когда не было ничего, вообще ничего. Пайки и прочие прелести военного времени, любой из наших уважаемых ветеранов…

Комплимент в сторону стариков, которые тут же одобрительно загудели, а я продолжил:

— Если бы им поставили задачу построить метро за год, они бы построили его за год, и не одну станцию, а две, вот такие это были люди.

Ну вот, и овации собрал, надо дожимать. Делать громкие заявления, набирать популярность, которые помогут мне дожить до Нового года, после которого все закрутиться серьезно.

Город. Окрестности Главного рынка. Котлован перегона метро.

Моя следующая встреча с метростроителями произошла в заснеженной канаве будущей трассы перегона метро, обнесенного со всех сторон глухим забором. На этот раз в понуром строю одетых в фуфайки и спецовки мужиков ряженых не было, были простые работяги с рабочими руками. С фланга к строю ватников прижались два молодых парня в коротеньких курточках — инженеры, не попавшие под следствие по молодости лет.

Я вышел из строительного вагончика, одного из трех, выписанных в управлении капитального строительства мэрии, и сделав несколько шагов, остановился перед строем.

— Моя фамилия Громов, и много времени я у вас не отниму. Все вы числились в кадрах «Метростроя», последние два года получали там заработную плату и ни хрена полезного не делали. Мне без разницы, сколько денег вы получали — две трети от среднего или одну треть, а вторую треть отдавали своим начальникам. Мне это неинтересно — в ведомостях на выплаты стоят ваши подписи, и по закону вы все соучастники мошенничества. Вы получали деньги за строительство городского метро, не ходя на работу или работая на своих начальников совсем в другом месте. Я вчера на весь Город пообещал закончить две станции за три года. Что мы улыбаемся? Улыбаться здесь положено только мне. Так вот, у вас сейчас два пути — или вы строите эти два злосчастных перегона за три года, со сдачей станции «Трижды герой» через год, или вы все идете под следствие и под суд, как соучастники преступления ваших начальников. Не скажу, что вас всех посадят на зону, но я договорюсь, чтобы всем дали несколько лет принудительных работ, и вы все равно придете пахать в этот котлован. А еще с вас взыщут деньги, которые вы получили за последние три года, ни хрена не делая. Если кто-то мне не верит, то пусть выйдет сюда, ко мне, и через пять минут за ним приедут добры молодцы и отвезут к следователю для принятия процессуального решения.

В течение минуты из строя никто не вышел, и я решил, что желающих ставить над собой смелые эксперименты не найдется, поэтому повернулся к инженерам.

— Вы двое — все сказанное вас тоже касается. Вы тоже можете пойти под суд, и поэтому призываю вас воспользоваться своим шансом. Кто из вас двоих Иванов?

Назначаешься временно исполняющим обязанности «Метростроя» без права увольнения. Ваша задача — организовать работы, пока мы не найдем более опытного руководителя. В ваш бывший офис не ходите, нечего там чаи гонять, его взяла на баланс мэрия. Теперь ваш офис в этом вагончике, там же собрана вся строительная документация. Всё, начинайте работы и запомните — теперь я буду приезжать сюда каждую неделю. Увижу, что работы не ведутся и продвижения нет — выполню свое обещание. Сначала привлеку к уголовной ответственности каждого десятого, а если не осознаете серьезность вопросов, то всех под суд отдам. На этом всё. До свидания, граждане, желаю вам грандиозных трудовых побед.

Город. Проспект Юных Коммунаров. Бесхозное здание.

Это бесхозное здание, в котором безошибочно угадывалась бывшая школа, я обнаружил случайно, проезжая в сторону дома, где жила Ирина. Неухоженная четырехэтажная громадина с черными окнами в самом центре города — такое могло быть только в лихолетье девяностых годов. Когда затребовал данные из архива БТИ, узнал, что здание действительно бесхозное и находиться в таком состоянии с конца семидесятых годов. Удивительно, я столько лет проработал в Дорожном РОВД, но этой громады не помнил. Это был какой-то дом-невидимка с непростой судьбой. До Великой войны тут была школа, которую потом перестроили в госпиталь, а после войны передали вечернему педагогическому институту, пока в середине семидесятых годов тот не переехал в специально отстроенное для них здание, а это осталось невостребованным и, что меня больше всего смущало, относительно целым — во всяком случае, все окна сохранили свое остекление и входные двери были целыми, пока капитан Левин аккуратно не отжал их монтировкой.

— Ну что, пацаны, как вам здание под батальон муниципальной милиции? Впечатляет? — я обернулся к застывшим на пороге Брагину и Левину: — И всё это совершенно бесплатно. Остальные варианты — в промышленных зонах, проблемы с транспортом и общая неустроенность, а здесь от станции метро семьсот метров и до Сердца Города — километр.

— А в чем подвох? — Давид настороженно повел носом, но в выстуженном здании ничем не пахло.

— Честно говоря, дороговато будет его содержать. Может быть, сюда еще Дорожный РОВД переселить? Вам, к примеру, первые два этажа, а им верхние, третий и четвертый.

— Они не согласятся. — помотал головой Левин без всякого энтузиазма: — Скажут, что им верхние не нужны.

— А тебе какая разница, Давид? Боишься, что тебя полковник Дронов своим авторитетом задавит? Так мы вообще можем сделать два отдельных входа, лестницы перегородить и территорию разделить. Ты свои боксы для транспорта с той стороны будешь ставить, а у Дорожного РОВД гараж вообще рядом с управлением ФСБ, общегородской. Просто тебе, по-честному, такая площадь даром не нужна, а у местных ментов следователи по три человека на восьми метрах сидят. Ты поверь, я знаю? Ну что, договорились?

В результате Левин побродил по этажам, что-то померил рулеткой в коридорах и лестничных проемах, перемерил двор своими гигантскими шагами, которые были в полтора раза длиннее шагов Брагина, который дублировал друга, и количество шагов у них не сходилось. Но сколько веревочка не вилась,