Тени Грейфолла 3 - Алекс Кош
— Нет.
— Даже не посмотришь?
— Посмотрел. Мечи действительно хороши, но я десять лет обходился парой кинжалов, и менять привычку не хочу.
— Все истребители одинаковые, — проворчал Крамп, но кофр закрыл без обиды, будто ждал именно такого ответа. — Привыкают к одному оружию и с ним ходят до самого конца. Тогда оцени вот это.
Второй кофр был втрое меньше, и внутри лежала пара кинжалов, которые на первый взгляд ничем не отличались от прежних: та же длина, та же ширина клинка, та же простая рукоять, обмотанная темной кожей. Разница обнаружилась, когда Себастиан взял один из них и повернул к свету. Во-первых, на лезвии полностью отсутствовали руны, а во-вторых, вдоль клинка, от рукояти почти до острия, шла тонкая продольная прорезь, а в навершии рукояти под большим пальцем угадывалась крошечная подпружиненная кнопка.
— У этой борозды есть какой-то особый смысл? — поинтересовался он.
— Разумеется, есть, — подтвердил Крамп с той гордостью, с какой показывают детей. — В рукояти камера под одну капсулу. Клинок входит в тварь, нажимаешь кнопку, и все содержимое капсулы мгновенно уходит по каналу в рану. Один удар, одна капсула. Гнилостник, кислота, яд, что угодно, лишь бы влезло в стекло.
Себастиан повернул кинжал еще раз, любуясь качеством работы.
— Сталь та же, гномья?
— Лучше. Я добавил в сплав усилители, благодаря которым клинки выдержат даже столкновение с мифрилом. — Крамп помолчал. — А еще на них нет рун. Ни одной. Я знаю, как истребители любят заряжать сталь от камней душ, и знаю, чем это заканчивается: руны выгорают, а клинок ломается, ведь по-настоящему прочные металлы не проводят магию.
«Толково», — неожиданно признал Каэлар. — «Не гениально, но для коротышки неплохо».
— Ты уже второй раз хвалишь его работу.
«Если работа неплоха, то я не могу это не признать. Неплоха для гнома, разумеется».
— Беру, — произнес Себастиан вслух.
Крамп даже не произнес цену, а просто написал ее в блокноте и развернул к покупателю, и Аделаида, заглянув через плечо, на этот раз не присвистнула, а тихо охнула.
— За каждый.
Ада явно собиралась поспорить, потом посмотрела на наставника, который уже прилаживал кинжалы к поясу под плащом, и лишь пожала плечами.
— Хорошо, что ты можешь себе это позволить.
— И правда, — кивнул Себастиан. — Раз уж мы закупаемся всерьез, есть ли у вас защитные амулеты или браслеты?
— Амулеты, — подтвердил гном. — Стандартные, разовые, защищают от средних атакующих заклинаний.
— Беру пять штук.
Немного подумав, Себастиан вопросительно посмотрел на Аделаиду.
— Ученица, может и тебе подберем что-нибудь интересное. Считай это моим подарком.
— Мне ничего не нужно, — тут же отозвалась Аделаида. — Я сама себе оружие.
Крамп оглядел девушку с ног до головы, задержавшись на медной косе, потом на кончиках пальцев.
— Огонь?
— Огонь.
— Тогда у меня найдётся для тебя кое-что интересное. Подожди.
Он ушел в глубину мастерской и вернулся с маленькой плоской коробкой, какие бывают у ювелиров. Внутри на бархате лежал изящный и тонкий обруч для косы: черненое серебро шириной в мизинец во всей длине покрытое вставками из темно-красной чешуи с матовым блеском, которую Себастиан узнал раньше, чем гном открыл рот.
— Саламандра, — произнес он.
— Хребтовая чешуя, взрослая особь, — подтвердил Крамп. — Обруч надевается на голову. Пока маг спокоен, это просто украшение. Когда маг злится, а огненные маги, как я понимаю, злятся часто, чешуя забирает то тепло, которое иначе уходит в окружающее пространство, поднимая температуру в помещении и создавая дискомфорт окружающим. Копит его. А когда нужно, отдает обратно одним толчком. Не заклинание, а чистый огонь в ту сторону, куда повернешь голову, и без всякого труда со стороны мага.
Аделаида взяла обруч и повертела его в пальцах. Чешуя под ее рукой едва заметно потемнела, будто вдохнула.
— Он уже тянет тепло, — заметила она.
— Он всегда тянет. Носить его придется постоянно, накопить она может много. И еще одно. — Гном постучал ногтем по серебру. — Когда тепла в чешуе слишком много, серебро начинает греться. Это знак, что пора выпускать. Дотерпишь до того, что обруч зашипит, и сожжешь себе затылок. Я предупредил.
— Красивый, — произнесла Аделаида, и это, судя по всему, было главным доводом.
Она протянула обруч Себастиану и чуть наклонила голову. Он надел обруч ученице на голову осторожно, почти нежно, и чешуя, коснувшись волос, вспыхнула изнутри тусклым угольным светом и погасла.
«Коротышка знает, что делает», — оценил Каэлар. — «Ты понимаешь, что он только что продал тебе способ выжить рядом с ней, когда она в следующий раз выйдет из себя?»
— Понимаю.
Крамп снова написал цену на бумаге, Аделаида на этот раз не охнула, только тронула обруч на голове, посмотрела в маленькое зеркало над верстаком, и довольно улыбнулась.
— Отцу понравится, — сообщила она. — Он любит, когда дорогие вещи еще и полезны.
— Твоему отцу понравится, что за них заплатил я.
— О, это ему понравится больше всего.
После завершения сделки Крамп вспомнил о договоренности и вернулся к ящику с древними артефактами. Резонатор он отдавал значительно менее охотно, чем собственное оружие, несколько раз проверив футляр, застежку и почему-то сам диск, будто за прошедшие полчаса тот мог успеть испортиться.
— Вернешь через два дня, иначе начну считать штраф.
— Обязательно, — заверил де Грейв.
— Я надеюсь, что артефакт останется цел и будет в рабочем состоянии.
— Разумеется.
Крамп перевел взгляд на поврежденный револьвер, оставшийся на полке.
Себастиан вздохнул.
— Обещаю, буду с ним очень бережен.
— Уже лучше.
На этом они расстались, причем Крамп еще долго стоял в дверях мастерской и смотрел вслед так, будто уже сожалел о собственной щедрости.
К зданию Ордена Себастиан и Аделаида вернулись значительно позже, чем рассчитывали. У бокового входа стояла телега строительной бригады, вокруг которой лежали свежие балки, мешки с раствором и несколько толстых деревянных подпорок. Рабочие под руководством невысокого мага земли спорили с Мейзом о том, какую часть перекрытий придется разбирать полностью, а какую еще можно спасти.
— О,