Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд
Раз до города путь неблизкий, я предположила, что Эйден будет отсутствовать несколько часов. В ожидании его возвращения я погоняла с Садиком машинки, потом немного почитала. Примерно в то время, когда я обычно ложусь спать, рация зашуршала.
– Приветик, детка, – проговорил Эйден слащавым фальшивым басом. – Спускайся.
Все двери в коридоре были уже закрыты, и я, мгновение поколебавшись, заперла засовы, чувствуя одновременно неловкость и возбуждение. Я, конечно, не была тюремщицей для своих подопечных, но и не хотела, чтобы кто-то из них застукал меня, когда я выскользну наружу.
Пока мы шли по подъездной дороге к гаражу, Эйден вел меня за руку. Может, это и предполагалось как романтический жест, но я подозревала, что, кроме прочего, это была осознанная мера безопасности: ведь я, известная склонностью к побегу, сейчас расхаживала по двору.
– Черт! – внезапно воскликнул Эйден, да так громко, что я вздрогнула. Он заключил меня в объятия, и наши сердца забились рядом. – Извини. Я забыл, что у тебя нет обуви. Давай, забирайся.
Последние пятьдесят метров до гаража он нес меня на спине. Построенный из красного кирпича с белыми вставками, сочетавшимися с отделкой дома, гараж состоял из трех секций. Пикап Эйдена стоял в одной, средняя пустовала – видимо, предназначалась для машины Исабель, – а в третьей хранились газонокосилка, бензонасос и большой оцинкованный резервуар, в котором зимовали карпы кои. Рыб было полдюжины, и они тыкались рыльцами в стенки емкости, пока Эйден не бросил им корма в гранулах.
Квартира над гаражом выглядела так, как я и представляла жилище двадцатипятилетнего холостяка: единственное длинное помещение с несколькими переборками, делящими его на зоны по назначению. Ванная была в углу напротив лестницы. Диван и телевизор стояли над центральной частью гаража, там же вдоль стены выстроилась кухонная мебель. В дальнем конце еще одна переборка отгораживала кровать. В углу втиснулся тренажер со штангами. В полную высоту потолок был только над коридорчиком шириной два метра посередине квартиры.
– Это для Джеки и Ли Сюэ? – спросила я. На кофейном столике была составлена гора посылок.
– Черт, я и в самом деле нарушаю правила. Не смотри, ладно? Подожди, я их открою. Не смотри.
Решись я его ослушаться, могла бы увидеть адрес ячейки, но после этого дороги назад уже не было бы: Эйден уже никогда не стал бы мне доверять, а сообщить адрес доставки мне все равно было некому. Поэтому я закрыла глаза и слушала, как Эйден разрезает упаковку и вываливает содержимое на кофейный столик. Когда он сложил коробки и убрал их в стенной шкаф, я приблизилась.
Одежда для Джеки и Ли Сюэ. Не Гуччи, но новые носки и белье плюс удобные брюки и рубашки. Учебник китайского для меня, учебник английского для Джеки, китайско-английский словарь, который нужен нам обеим, и кулинарная книга с традиционными рецептами китайской кухни.
– Исабель обычно срезает все этикетки с одежды, – подсказала я.
– Не говори ей, что видела ярлык магазина, ладно? – Эйден уселся на диван и с помощью перочинного ножа стал отпарывать бирки.
– А ты знаешь, что я больше двух лет не сидела на диване? – Садовник расположился по центру, поэтому мне пришлось втиснуться рядом с ним.
– Серьезно?
– С тех пор, как меня выдворили из квартиры.
– Тебя выселили?
– Я уже продала диван, и меня вот-вот должны были вытурить. Тогда меня и похитили. Машину изъяли за долги, и я пошла в кофейню, где одна милая дама купила мне кофе и предложила работу. Надеюсь, теперь тебе легче.
Он поднял на меня непонимающий взгляд.
– Ну, я про твое похищение на ярмарке. Ты ведь был ребенком. А я, взрослая баба, сама согласилась, чтобы меня подвезла незнакомка, вот меня и похитили.
– А. – Он обнял меня одной рукой и привлек к себе.
Мне очень хотелось раствориться в его утешающем тепле, но нужно было сохранять бдительность, чтобы сориентироваться, как посещение его квартиры поможет мне сбежать.
– Ну что, посмотрим кино? – спросила я.
– Я привез тебе попкорн.
Я позволила Эйдену самому выбрать фильм на «Нетфликсе». Доступ в интернет был прямо у меня под носом, но что толку?
Начали мы с кино, а закончили в постели.
Глава двадцать седьмая
Препятствия, мешавшие нам в доме, потеряли значение в квартире Эйдена. Пока мы целовались, он скользнул рукой вверх по моей спине и расстегнул на мне бюстгальтер. Я уже успела стащить грязные носки, в которых шла по двору, а он снял с меня лифчик и рубашку. Потом легинсы и трусы. Я не возражала, когда Эйден сбросил рубашку и джинсы, и меня не смущало, что мы окажемся полностью голыми под одеялом на его кровати. Он, однако, остался в трусах, что дало мне возможность ровно дышать и сохранять спокойствие, пока он гладил меня, исследуя самые чувствительные места.
– Ты же знаешь, что всегда можешь сказать «нет»? И я обещаю надеть презерватив, но заставлять тебя не хочу, – прошептал он.
Я прижалась лицом к его обнаженной груди, провела большим пальцем по его тазовой кости над местом, где заканчивался жуткий пурпурный шрам. Я верила в искренность Эйдена, но понимала, что, кроме презервативов, в его тумбочке имеются еще два предмета: мобильный телефон и ключи от пикапа. Я могла сказать «нет» – и даже хотела это сделать, потому что мне было страшно, – однако считала, что, буквально и метафорически приблизившись к презервативам, я приближусь и к остальному содержимому тумбочки.
Поэтому я решила сказать «да», но в конце концов заплакала. Причем не пустила умильную слезу, а почти истерически разрыдалась.
– Ничего страшного, – заверил Эйден, обнимая меня, – я же говорю, ты можешь отказаться.
– Но я хочу объяснить почему, ладно? – Мне потребовалось время, чтобы составить связную фразу, и он терпеливо ждал. – А вдруг я забеременею? Ведь презервативы не всегда защищают.
– Ну не знаю. Не в курсе, как женщины выходят из положения. Дворцы раздельные.
– Ну ты же можешь предположить? То есть ты ведь представляешь, как Они обычно действуют и что предпримут в таком случае.
– По всей вероятности, пришлют врача, который обо всем позаботится. – Он не отпускал меня, но голос у него неуловимо изменился, как будто Эйден стал отдаляться от меня.
– Ты говоришь об аборте?
– Да. По всей вероятности.
– Или что? Ты говоришь «вероятность», значит, есть и другие варианты? – не