Катакомбы Парижа - Джереми Бейтс

— Черта помяни, — отозвался я, радуясь возможности сменить тему. — И чего же он хотел?

— Подтвердил наши планы на вечер.

— Чем собираетесь заняться?

— Отправиться в катакомбы.

— Серьезно? — вскинул я бровь.

— Что здесь такого удивительного?

— Только вы вдвоем?

— Нет, еще кое-кто. Понимаешь, этой ночью случай особый. Я хочу тебе кое-что показать.

Даниэль передвинула стул и уселась рядом со мной, прикоснувшись коленкой. Я уловил запах ее духов, легкий цитрусовый аромат. Она достала из сумки ноутбук, открыла и нажала на кнопку включения.

Пока компьютер загружался, я заметил:

— Интересно, в каком мире точкой с запятой пользуются чаще, чем просто точкой?

— А-а? — непонимающе нахмурилась Даниэль.

Я кивнул на клавиатуру:

— Тебя не утомляет нажимать «Shift» всякий раз, когда тебе требуется точка?

— Хм-м, никогда не задумывалась об этом. Наверно, Уилл, тебе следовало привезти компьютер из Америки.

— Его же у меня украли, забыла?

— Ах да, ты оставил его на столике, пока ходил в туалет. Не самое мудрое решение, скажу тебе.

Наконец, загрузка завершилась. Поводя пальцами по тачпаду, Даниэль открыла папку с видеороликами, кликнула по последней иконке и увеличила открывшееся изображение во весь экран.

Возникла картинка: освещаемый лампой видеокамеры коридор с низким потолком и шероховатыми стенами из обтесанного камня серого цвета. Только и было слышно, что хруст шагов.

— Это катакомбы, — не без удивления заключил я.

Даниэль кивнула.

— Эта женщина довольно прилично забралась, очень глубоко.

— Откуда ты знаешь, что это женщина?

— Ее слышно на других роликах. Иногда она что-то бормочет.

Хозяйка камеры остановилась возле бокового прохода и заглянула внутрь. Там оказалась небольшая пещера. Камера наклонилась к полу. На нем валялось с полдесятка костей различных размеров.

По спине у меня пробежал холодок.

— Это все человеческие кости, — сообщила Даниэль. — Комнат вроде этой полно. Она уже прошла несколько.

Женщина меж тем продолжала идти дальше по коридору, затем снова остановилась, на этот раз показать стрелку на полу. Указатель был выложен из трех костей. Метра через три попалась еще одна стрелка.

— Кто их сделал? — спросил я. — Другие исследователи?

— Да, наверно. — Ответ, однако, прозвучал не очень уверенно.

Камера двигалась дальше. Какое-то время под аккомпанемент хруста тянулись одни серые шероховатые стены. Затем возник Т-образный перекресток, и женщина остановилась.

— Она в растерянности, — пояснила Даниэль. — Судя по всему, эту часть катакомб она знает плохо.

— Зачем же она пошла туда одна?

— А вот насчет этого неизвестно. Может, она была с кем-то еще, но отстала и потерялась.

Оператор выбрала левое направление и двинулась по извилистому проходу. Затем опять остановилась на несколько секунд — изучить намалеванную на стене фигурку человечка с раскинутыми руками и ногами. Высотой под два метра, нарисована она была явно в спешке, едва ли не лихорадочно.

— Теперь смотри внимательно, — проговорила Даниэль. — Ее как будто что-то испугало. Возможно, рисунок, или же она что-то услышала. Видишь, она заторопилась.

И действительно, женщина пустилась рысцой. Ракурс камеры заметался, дыхание участилось и стало громче.

И не из-за бега, подумалось мне, из-за страха.

Дважды она оборачивалась, вместе с камерой, словно бы проверяя, нет ли кого сзади.

— Она продолжает бежать, все быстрее и быстрее, — тихонько комментировала Даниэль, — все глубже и глубже, и вдруг…

Внезапно женщина выронила видеокамеру. Устройство с грохотом упало на пол, однако продолжало снимать.

— Она просто бросила ее. Видишь? Даже не остановилась, чтобы подобрать. Видно ее ноги, как она убегает по лужам. И затем они исчезают.

Видеозапись, однако, продолжалась, демонстрируя гальку на полу да подернутую рябью лужу.

— И что потом? — спросил я.

Даниэль подняла палец: подожди. Притронувшись к тачпаду, она пропустила часть записи и снова кликнула на «Воспроизведение». Картинка на ролике оставалась прежней.

— Что…

— Слушай.

Из жестяных динамиков ноутбука исторгся душераздирающий вопль. Доносясь откуда-то издалека, из самых недр чернеющего туннеля, он перерос в нечеловеческий визг, и…

Экран затянуло чернотой.

— Что произошло?

Даниэль перевела взгляд с ноутбука на меня.

— Камера вырубилась, вот и всё.

— Что значит «вот и всё»? — нахмурился я.

— Ты же видел. Аккумулятор сдох.

— И?

— И всё.

— И ты не знаешь, что произошло с этой женщиной?

— Откуда? С тех пор ее никто не видел.

— И откуда тебе это известно?

— Допустим, точно мне это неизвестно, — признала девушка. — Но она оставила камеру в туннеле и так и не вернулась за ней. И ты слышал ее крики.

Я откинулся на спинку стула. Меня вдруг замутило, словно я надышался растворителя.

— Так это все по-настоящему?

— Да, Уилл, конечно.

— Откуда у тебя камера?

— Паскаль нашел.

— А что ему понадобилось так глубоко в катакомбах?

— Да он только и занимается тем, что исследует подземелье. Даже больше меня. Он бывал в катакомбах сотни раз.

Я внимательно посмотрел на Даниэль, затем на ноутбук и снова на девушку.

— Значит, тогда тебя с ним не было?

— Нет, не было.

— А где сама камера?

— Она у Паскаля. Я только скопировала с нее файлы.

— А тебе не приходило в голову, что он подшутил над тобой?

— Почему ты не веришь, Уилл?

— Почему? Да потому что это же один в один «Ведьма из Блэр»![4]

— Паскаль не состряпал этот ролик!

— Тогда могла та женщина.

— Да с какой стати? Катакомбы ведь огромные. Я же сказала, камера нашлась очень глубоко, и шансы, что на нее кто-то наткнется, были очень малы. Кроме того, ни на одном видео самой ее нет. Только голос. Так что у нее не получилось бы доказать, что владелицей камеры является именно она. Да и потом, она никогда бы не узнала, кто нашел ее вещь — если бы такое, конечно же, вообще произошло. Ну и зачем ей было откалывать такую шутку?

— Она ведь неслась как ошпаренная, так? — не сдавался я. — Под конец-то уж точно. От страха — якобы за ней кто-то гонится. И при этом продолжала снимать! Ты бы сама так поступила? Да так только и делают во всех этих псевдо-документальных ужастиках.

— Да нет же, Уилл, она не снимала. Подсвечивала себе дорогу фонарем камеры. Если бы выключила ее, оказалась бы в полной темноте.

Я обдумал довод.

— И что же, по-твоему, там произошло? Ей показалось, будто сзади кто-то есть. Кто-нибудь пробежал за ней мимо камеры?

— Нет.

— Тогда из-за чего она так орала?

— На это у меня ответа нет.

Даниэль я знал уже достаточно хорошо, так что непременно заметил бы, если бы она вздумала морочить мне голову… Глядя на нее в тот момент, я склонялся к мысли, что для нее это