Фальшивый футболист - Борис Пфайффер

– В этом альбоме спортсмены, – пояснил он, раскрыл его и начал перелистывать страницы. – Вот! – воскликнул он наконец.

На одной из страниц была фотография молодого футболиста. Три юных детектива с любопытством уставились на неё. Дерек Кантони выглядел здесь заметно моложе.

– Питер, – попросил Юстус, – положи свою карточку рядом с этой.

Питер так и поступил, и Юстус заинтересованно склонился над обеими фотографиями, сравнивая надписи на них. На первый взгляд, отличий не было. Обе были сделаны толстым чёрным фломастером. За размашистым «Дерек» следовало «Кантони», начинавшееся со столь же размашистой буквы «К». Однако Юстус нахмурился.

– Посмотрите сюда, – сказал он. – Буква «а» на карточке Питера находится гораздо дальше от «К». А буква «н» в автографе Билла – просто черта, тогда как на карточке Питера она написана целиком.

– О чём ты? – Старый Билл заглянул Юстусу через плечо. – Ох! – удивлённо воскликнул он. – Да ты прав, парень!

– Может ли подпись человека со временем измениться? – спросил Юстус.

– Немного – да. Вы сомневаетесь, что подпись настоящая?

Старый Билл с любопытством прищурился, затем наклонился совсем близко к карточке Питера:

– Посмотрим-ка.

Он внимательно изучил подпись.

– Обратите внимание: первая буква словно дрожит. Это типичный признак возможной подделки. Дело в том, что подделывающему подпись человеку приходится сначала подумать, с какого бы места начать писать, тогда как свою собственную подпись каждый ставит автоматически, не задумываясь.

Старый Билл наморщил нос.

– А теперь посмотрите на последнюю букву. Видите, как внезапно обрывается подпись? Для своей подписи это неестественно. Обычно человек столько раз подписывается своим именем, что в конце делает букву размашистой. А фальсификатор[3], наоборот, старается писать осторожно. Видите маленькое пятнышко в конце? Это может означать, что подписывающий сознательно остановился.

Юстус внимательно выслушал его и кивнул:

– Спасибо, мистер Мардок! Это было очень познавательно. Боб, давай посмотрим на наши автографы.

Юстус достал свою карточку, взял карточку Боба, и оказалось, что обе подписи имеют те же признаки, что и автограф Питера.

– Ничего себе… – пробормотал Боб. – Похоже, у нас действительно образовалось новое дело.

– Совершенно верно, – кивнул Юстус.

Затем он снова обратился к старому Биллу:

– Можете оказать нам ещё одну услугу, мистер Мардок? Вы говорили о своём друге Джоне Динго, который работает в отеле на пляже. Как вы думаете, он позволит нам заглянуть в отель, если вы его об этом попросите?

– Хм… – старый Билл нахмурился. – Вы ведь не собираетесь устраивать там что-то противозаконное?

– Конечно, нет, – ответил Юстус. – Мы хотели бы повнимательнее присмотреться к человеку, который дал нам этот автограф. Потому что если перед нами правда автограф не Дерека Кантони, то возникает логичный вопрос: кто же расписался вместо него?

Старый Билл улыбнулся:

– Ради того, чтобы выяснить, откуда взялся фальшивый автограф, я готов на всё!

Он взял телефонную трубку, набрал номер и быстро объяснил своему приятелю ситуацию. Затем кивнул трём юным детективам и радостно объявил:

– Всё улажено! Мой друг Джон Динго ждёт вас завтра утром у служебного входа отеля «Пасифик Палисейдс».

– Спасибо, мистер Мардок! – Юстус повернулся к друзьям. – Значит, завтра мы начнём расследование. А тёте Матильде я скажу, что уборка по чрезвычайно важным причинам откладывается.

На следующее утро три юных детектива прибыли в отель «Пасифик Палисейдс», и у служебного входа их уже ждал Джон Динго.

– Вам повезло, – сообщил он. – Через два дня отель будет заполнен до отказа: начнут съезжаться футболисты и болельщики. Но пока здесь почти никого нет. Помимо меня и директора отеля, всего четыре постояльца: господин Хайнс – президент федерации футбола, футбольная звезда Дерек Кантони, мистер Таббс – страховой агент, и миссис Бломквист – пожилая дама, страстная поклонница пляжного футбола. Роки-Бич, честно говоря, не слишком привлекает туристов. Да и в нашем старом отеле на пляже нет того, чем славятся новые комплексы на побережье и что сегодня так любят люди. Ни спа-центра, ни фитнес-зала, ни массажа с бассейном и прочих радостей.

Джон Динго провёл юных детективов в зал для завтрака. Из огромных окон открывался великолепный вид на океан. Прямо перед верандой раскинулась только что построенная футбольная арена. Жёлтые ворота сияли в лучах утреннего солнца.

– Я позаботился о вашем прикрытии – на время станете служащими отеля. Если кто-то спросит, скажете, что проходите школьную практику. Я даже униформу вам выдам для пущего правдоподобия.

Он провёл друзей в служебное помещение, и там Юстус, Питер и Боб втиснулись в тёмно-синие кители с золотыми пуговицами.

– Уф! – простонал Питер, застегнув последнюю пуговицу. – Как хорошо, что нам не нужно ходить так каждый день. Воротник так и норовит задушить!

Портье подкатил к ним тележку с грязной посудой.

– Вот вам инвентарь для маскировки. Все будут думать, что вы убираете посуду после завтрака. К слову о нём, постояльцы пожалуют сюда не раньше чем через час. Так что у вас есть время спокойно осмотреться. Номер мистера Кантони – триста сорок шестой. Но запомните: если возникнут проблемы, вы должны тут же исчезнуть. А я вас никогда и не видел. Я помогаю вам только ради моего друга Билла Мардока. Он уверил меня в том, что вам можно доверять. Удачи в расследовании!

– Спасибо, сэр! – изящно поклонился Юстус, демонстрируя новую форму. Потом взялся за тележку и покатил её к лифту.

– Каков наш план? – спросил Боб, когда они вышли из лифта на третьем этаже и свернули в длинный, мрачноватый коридор, устланный мягким тёмно-красным ковром.

И вдруг Питер приложил палец к губам и быстро втолкнул Боба и Юстуса обратно в лифт.

– Вы это видели? – прошептал он. – Там, в конце коридора, мелькнула тень.

– Но Джон Динго сказал, что гости выйдут из номеров не раньше чем через час, – тихо возразил Боб.

Питер покачал головой:

– Я точно её видел. Вон там, на повороте, что-то двигалось.

– Любая зацепка, даже самая невероятная, должна быть проверена! – уверенно произнёс Юстус.

Он осторожно высунул голову из лифта и заглянул за угол. Перед ним тянулся пустой коридор.

– Итак, друзья, кто бы или что бы там ни было, оно направилось не в нашу сторону. А это значит, что он, она или оно не собиралось идти в столовую, ведь мы только что оттуда.