Роза Фалви и волшебник в саду - Саймон Фарнаби
– Не унывай, милая. Может, ничего и не случится, – попытался подбодрить девочку сосед.
– Уже случилось, – возразила Роза, проходя мимо него. – Это жизнь.
Когда девочка шла по узкой садовой тропинке, ей казалось, что она пробирается сквозь джунгли, – так заросла лужайка. Дома всё было как всегда. Вытертый – когда-то красный – ковёр бледно-розового цвета был усыпан крошками. Неестественно пустые стены и полки. Когда папа Розы умер, её мама Сюзи решила, что не хочет иметь перед глазами никаких воспоминаний о прошлом и убрала все фотографии с улыбающимися родными лицами.
Сюзи сидела в гостиной и смотрела телевизор, как обычно, поедая шоколадные конфеты прямо из коробки. Если бы кому-то потребовалось описать лицо Сюзи, он сказал бы, что оно на девяносто процентов состоит из губ. У неё был огромный рот с большими и белыми, как клавиши пианино, зубами, изящный нос, большие светло-карие глаза и растрёпанные тёмные волосы, которые она обычно укладывала в модную причёску «гнездо» и которая сейчас напоминала настоящее воронье гнездо, украшенное обёрткой от шоколадки.

Крис – брат Розы – стоял перед зеркалом и выщипывал брови.
– А вот и она! – провозгласил Крис, когда Роза открыла дверь.
Главной проблемой Криса было тщеславие. Он не мог спокойно пройти мимо зеркала, не убедившись, что его брови красиво выщипаны, а волосы идеально уложены. Не сказать, что Крис был некрасив – напротив, его считали очень даже симпатичным. Но он думал, будто симметричное лицо – единственное его достоинство, поэтому о нём нужно заботиться изо всех сил.
Самым говорящим фактом о нём было то, что он писал своё имя так «Кри$». Для него внешность была всем.

– Ты это видела? – спросил Крис. Он сунул ей под нос свой смартфон и держал достаточно долго, чтобы она успела прочитать, что количество просмотров перевалило за три тысячи.
– Зачем мне это смотреть? На видео ведь я, СОБСТВЕННОЙ ПЕРСОНОЙ! – огрызнулась Роза.
– Что ты будешь с этим делать? Это ж позорище! – сердито прохрипел Крис.
Роза нахмурилась.
– Так ведь я опозорилась, а не ты.
– Но вдруг люди узнают, что ты моя сестра? – простонал брат.
По мнению Криса, сестра позорила его постоянно. Она не заботилась о том, как выглядит, пыталась преуспеть в том, в чем не разбиралась, а её лучшим другом была морская свинка. Розу немного смущало, когда брат возмущался по этому поводу. Можно было понять его недовольство, когда они (недолго) учились в одной школе, но он уже выпустился и работал в магазине мужской одежды Top Boy в Олдвелловском торговом центре. О чём ему беспокоиться?
– Может быть, мне сменить фамилию? – предложила Роза. – Или куда-нибудь переехать. Исчезнуть навсегда. Тебя бы это устроило?
– Ты сделаешь это для меня? – с надеждой спросил Крис. Он плохо улавливал столь тонкие вещи, как сарказм. С иронией дела обстояли ещё хуже. Он думал, что подоплёка – нечто вроде подкладки для плаща.
Роза громко фыркнула и села на диван рядом с мамой. Возможно, мама и хотела подобрать какие-то слова утешения, но ничего не сказала. Мать и дочь молча сидели вместе.
Сюзи смотрела повтор субботнего шоу «Британия ищет таланты». Сейчас она следила за тем, как побеждает фаворит – новый популярный иллюзионист, возникший из ниоткуда и сразивший судей, но больше всего ей нравились душещипательные истории, которые рассказывали участники. Эти истории ей нравились неспроста – у неё была своя такая история.
Сюзи была солисткой в группе под названием «Понедельники». В девяностые они выпустили несколько хитов, но затем их слава угасла. Тогда Сюзи начала сольную карьеру и в целом преуспела, но после смерти отца Розы всё изменилось. Барри – папа Розы – любил слушать, как Сюзи поёт. Он не пропускал ни одного выступления. Видеть пустой стул там, где он сидел каждый вечер, было невыносимо. Так что она перестала петь.
– Ты привыкаешь к разочарованиям, дорогая, – вдруг сказала Сюзи. – Хочешь совет? Бросай это дело.
– Бросить петь? – уязвлённо спросила Роза. Она решила, что пение и есть её призвание, в котором она станет лучше всех. Она много раз видела маму на сцене, когда была маленькой, и думала, как это здорово, быть там, наверху, и зажигать, выкладываясь по полной. И если бы мама тогда увидела, как хорошо поёт её дочь, то, возможно, перестала бы грустить. Быть может, тогда она бы встала с дивана и запела вместе с ней?
– Посмотри, что стало со мной, – проворчала Сюзи, жуя шоколадную конфету с кокосовой начинкой. Она до сих пор была в пижаме, что добавляло наглядности примеру. – А ведь у меня был талант.
Роза прикусила губу. Она знала, что маме грустно и что она злится на жизнь. Но сказать, что у Розы нет таланта? Сказать прямо в лицо?
– Это очень грубо с твоей стороны! – выкрикнула Роза.
Сюзи же просто потянулась к новой коробке шоколадных конфет. Затем она как будто о чём-то вспомнила. О чём-то очень важном.
– О-о-о!
Роза подумала, не собирается ли мама извиниться за свои слова…
– Сегодня пятидесятипроцентная скидка на рыбу с картофелем. – Сюзи сунула десятифунтовую банкноту Розе. – Вот, сходи в кафе, когда сделаешь уроки.
Роза протопала наверх в свою спальню, зарылась головой в подушку и зарыдала, оплакивая несостоявшуюся победу в «Маунтфорд ищет таланты». Если бы она участвовала в конкурсе плачунов, то без труда завоевала бы первое место. Она стала бы победительницей Евровидения, олимпийской чемпионкой, обладательницей Кубка мира, если бы только эти звания присуждались за слёзы, а не за пение, атлетику или футбол. Но это было не так. Поэтому она стала лишь победительницей своего собственного конкурса Рыданий маленькой девочки, и единственной её наградой была мокрая подушка.
Когда запасы слёз иссякли, Роза услышала знакомое и приятное для уха шебуршание на полу. Это был Бублик, её верная морская свинка. Девочка немедленно открыла клетку, вытащила питомца и прижала к себе.
Бублик всегда был рядом с Розой. Он никогда не критиковал её, не говорил гадости и не выкладывал позорные видео с ней на YouTube. Во всяком случае, пока. Роза любила Бублика всего, от больших чёрных глаз до пушистого рыжего меха, а Бублик любил её в ответ. Он показал ей свою любовь, выдавив из себя маленькую продолговатую какашку ей на колени. Роза к этому привыкла. Морские свинки какают примерно раз в двенадцать минут, и с этим ничего нельзя поделать, только радоваться, что какашки сухие и их легко убирать.

Роза смотрела на какашку,
Ознакомительная версия. Доступно 10 из 52 стр.