Безумное странствие сквозь ночь - Вальтер Моэрс
— Твоя песня вообще не лезет ни в какие ворота! — раздраженно заметил Гюстав, которому этот мерзкий речитатив сильно подействовал на нервы. Кроме того, Панча просто-напросто встала, хотя он не давал ей сигнала уздой.
— Да это уже не песня! Я в самом деле тону!
Голос Панчи звучал панически, и Гюставу послышалось, что под ним что-то странно хрустит и чавкает. Взглянув вниз, он увидел, что все четыре ноги клячи по самые лодыжки погрузились в густой мох.
— Здесь, однако, довольно непроезжая почва, — заметил Гюстав. — Нам бы следовало...
— Ко мне прицепилось что-то! — закричала лошадь. — И тащит вниз!
Резкий рывок чуть не вышвырнул Гюстава из седла, а Панча погрузилась в землю по колено.
Гюстав спрыгнул с лошади, крепко держа в руке уздечку. Как ни странно, но его ноги не погружались в мох. Ни чуточки. Зеленый ковер под ним был прочным и сухим, а вот Панча все глубже проваливалась в какое-то вспучившееся от дождя болото.
— Что здесь происходит? — крикнул Гюстав.
— А мне откуда знать! — голос Панчи прерывался от ужаса. — Вытащи меня отсюда! Пожалуйста!
Еще один рывок — и животное ушло вниз по самое брюхо.
— Да сделай же что-нибудь! Что-нибудь!
Бедная Панча в дикой панике вращала глазами. Из ее пасти большими хлопьями стекала пена. Гюстав потянул за узду, и Панча попыталась выкарабкаться из трясины, но снизу последовал еще один яростный рывок. Круп лошади исчез под землей, а над землей остались только голова и шея.
— Делай что-нибудь! Выкопай меня! Помоги! — в отчаянии кричала Панча.
Гюстав опустился на колени, чтобы разгрести мох вокруг шеи Панчи, но мох глубоко пустил корни и не поддавался. Гюставу едва удалось выщипать несколько сухих кустиков.
— Утонуть в земле! — вопила Панча. — Какая дурацкая смерть! Так мне и надо! Ты хоть простишь меня?
— Ты о чем? — изумился Гюстав, который теперь снова отчаянно дергал за узду.
— Ведь я появилась здесь, чтобы выдать тебя привидениям. Ты не сможешь выполнить свое задание, пока они тебя не сожрут.
— Что?
— Это заговор Смерти. Еще никому не удалось выйти живым из леса привидений. Но я не подумала, что сама им попадусь! Пожалуйста, прости меня!
Большие глаза Панчи наполнились слезами.
Что-то в последний раз рвануло, выдернув уздечку из руки Гюстава, голова Панчи исчезла, земля над ней с чавканьем сомкнулась, и от лошади не осталось и следа.
Гюстав, пошатываясь, встал с колен. Мысли его разбегались. События совершенно оглушили его.
— Панча? — беспомощно произнес он.
По лесу прошел шорох, словно в ветвях прошелестел ветер, и снова послышалось перешептывание и хихиканье, которое Гюстав уловил и прежде, только еще более угрожающее и многоголосое.
Казалось, что лес ожил: трещали ветви, шуршала листва, кроны деревьев осыпались, кора скрипела. И в мгновение ока Гюстав оказался в окружении орды самых разнообразных лесных демонов. Карлики с беличьими хвостами, рогатые филины, насекомые с птичьими клювами и прочая причудливая живность преградили ему путь во всех направлениях, самые невообразимые исчадия тьмы напирали на него из густой тени леса.
Он застыл на месте, вытащил свой меч, но не решался поднять его и принять воинственную позу.
Какое-то создание вроде летучей мыши с почти человечьим лицом зависло прямо у него над головой и ехидно вопросило:
— Как ты осмелился распевать у нас в лесу такие наглые песни?
Гюстав решил, что в данном случае лучше сказать правду.
— Пел не я, а моя лошадь.
— Какая лошадь? — издевательски поинтересовалось летучее существо.
— Сами знаете, какая, — сказал Гюстав, пытаясь произвести впечатление человека вежливого, но отнюдь не робкого.
— Но я признаю, что намеренно старался привлечь ваше внимание. Я заключил пари со Смертью, — воскликнул он, и его голос почти совсем не дрожал. — У меня было задание вести себя с вами вызывающе.
— И это тебе удалось, — прошипело создание, похожее на летучую мышь. — Теперь мы обратим на тебя наше особое внимание, малыш.
— Пари со Смертью! — насмешливо пропел уродливый карлик, сидевший верхом на еще более уродливой свинье. — И он еще взывает к нашему состраданию! А ведь от смерти никто не уйдет!
— Вот именно! — прокаркала одноногая птица с щупальцами насекомого. — Давайте повесим его вверх ногами на кровавом буке и полакомимся его печенкой.
— И вы тоже не уйдете от Смерти? — отважился Гюстав перебить пернатого.
— Разумеется, — крикнул гном