Золотистая пыль - Татьяна де Ронэ
Миссис Миллер оставляла ей короткие записки, если уезжала на съемки на целый день. Обычно это было просто пожелание хорошего дня, нацарапанное на фирменном бланке гостиницы «Мэйпс», но иногда миссис Миллер оставляла и просьбы, касающиеся одежды или белья. Полин научилась расшифровывать ее забавный неровный почерк с завитушками, которые жались к полям и даже сползали с двух сторон листа. Однажды она обнаружила, что в гостиной вся мебель сдвинута к стене. Утренняя записка гласила: «Извините за беспорядок, Полин. Мне было необходимо пространство». Все записки Полин бережно хранила.
Миссис Миллер обычно пила и ела в постели. Полин быстро поняла это по состоянию постельного белья. Даже по утрам актриса ела мясо, как правило стейк с кровью. Педро из отдела обслуживания номеров знал об этом; ему случалось уносить обратно на кухню стейки, которые показались миссис Миллер пережаренными. Полин меняла простыни каждый день. Когда Милдред спросила почему, она показала начальнице лежавшее в корзине грязное белье. Простыни были перепачканы кровью, и даже невозмутимая Милдред побледнела, глядя на них.
— Ты ведь никому об этом не расскажешь? — спросила она.
— Конечно нет, миссис Джонс.
Полин никому не рассказывала о многом. Например, о том, что миссис Миллер любит ходить по номеру голой, и девушку это ужасно смущало; или о множестве пузырьков от лекарств, которые она каждое утро находила в мусорной корзине в спальне. Количество таблеток, которые ежедневно глотала актриса, было просто немыслимым. Полин часто спрашивала себя, от чего они. Бесконечные поездки из Рино на съемочную площадку и обратно очень утомляли звезду. Палил зной, слепило солнце, пустыня дышала сухим жаром. Полин уже не было в отеле, когда съемочная группа возвращалась по вечерам, но ей хватало рассказов Эрнесто и Линкольна. Они говорили, что люди, выходившие из лимузинов, были похожи на зомби, а миссис Миллер, совсем изможденную, поддерживали преподавательница и массажист. Рэйф следовал за ней тенью и даже днем на съемочной площадке делал ей массаж.
Эрнесто и Линкольн рассказали Полин, как несколько недель назад в отеле праздновали двойной день рождения — Джона Хьюстона и Кей Гейбл, жены Кларка Гейбла. Супруги Миллер тоже пришли, но почти ни с кем не разговаривали. Похоже, миссис Миллер была довольна, что ее посадили рядом с Кларком Гейблом; Миллеры ушли очень рано, сразу после десерта. Остальные продолжили праздновать, но Линкольн заметил, что Гейбл выглядел очень усталым. «От этого фильма одни неприятности», — сказал он, покачав головой. «А миссис Миллер к тебе хорошо относится?» — спросил Эрнесто. Удивительно, сколько людей задавали Полин этот вопрос. Она снова ответила, что да, миссис Миллер с ней очень любезна, но не прибавила больше ни слова. Эрнесто, похоже, огорчила ее сдержанность. Точно так же расстраивалась Марсель. Каждый вечер она ждала от дочери чего-то интересного, каких-то пикантных подробностей, но так ничего и не узнала.
Однажды утром Полин застала у двери апартаментов грузного мужчину лет пятидесяти; он как раз собирался постучаться. Коротко стриженные седеющие волосы, брюки цвета хаки, пестрая рубашка — он выглядел как обычный турист. Неужели этот невзрачный человек был другом миссис Миллер? В нем не было ничего необычного, загадочного, словом, того, что свидетельствовало бы о причастности к миру Голливуда.
— Добрый день, сэр, могу я чем-нибудь помочь? — любезно спросила Полин.
Мужчина улыбнулся ей. Он казался мягким и доброжелательным.
— Добрый день. Похоже, моего стука не слышат. Я пробовал звонить, но звонок не работает.
— Я могу впустить вас, сэр, у меня есть ключ, — сказала Полин, и тут же залилась краской.
Она ведь не знала, кто он. Что, если это один из назойливых поклонников, которые бродят вокруг «Мэйпса» в надежде мельком увидеть кого-нибудь из живущих там звезд? Линкольн, Эрнесто и другие ребята обычно не пускали таких в вестибюль, но что, если этот тип обманул их бдительность?
Мужчина взглянул на нее с улыбкой.
— Не беспокойтесь, миссис Миллер ждет меня, — сказал он.
Затем он взглянул на ее бейджик.
— Значит, вы та самая Полин, о которой она рассказывает? Вы из Парижа, так ведь?
Полин покраснела еще больше и вцепилась в тележку. Ей и в голову не приходило, что миссис Миллер может говорить о ней с друзьями.
— Я Аллан, — прибавил он. — Но она зовет меня Уайти.
Полин попыталась взять себя в руки, открыла дверь и пропустила гостя вперед. За это время она успела привыкнуть к беспорядку, который всегда царил в номере. Главное — не унывать; ведь это ее работа — ликвидировать беспорядок, который создают другие. Уайти тем временем постучал в приоткрытую дверь спальни. Полин подумала, что он должен быть очень близким другом, раз позволяет себе такое. Она решительно принялась за уборку кухни, размышляя, кем может быть этот мужчина. Спортивный тренер?
Как обычно, начались телефонные звонки. Полин услышала голос Уайти, который говорил, что «она» проснулась, но чувствует себя неважно. Он работает с ней, пока она лежит в постели, он уже делал так раньше. Рэйф у нее уже был, Агнес должна прийти с минуты на минуту. Все делают всё возможное. Другого выхода нет.
Что он мог делать с миссис Миллер, пока она лежала в постели, раздумывала Полин, моя бокалы от шампанского. Упражнения? Как загадочно! Она перешла в гостиную, включила пылесос и закрыла дверь в спальню, чтобы никого не беспокоить. Даже думая о чем-то другом, Полин старалась делать свою работу добросовестно и тщательно, не из страха перед Милдред Джонс, а потому, что хотела, чтобы миссис Миллер было уютно в апартаментах, где та проводила большую часть времени. Полин знала от администраторов, что супруги Миллер никуда не ходят по вечерам: он работает в соседнем номере, шлифует сценарий, а она остается в апартаментах 614 с самыми близкими друзьями. Говорили, что Артур Миллер изредка спускается в казино, чтобы поговорить с Джоном Хьюстоном, и