Knigi-for.me

Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца - Евгений Александрович Тростин

Тут можно читать бесплатно Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца - Евгений Александрович Тростин. Жанр: Биографии и Мемуары издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
класса. Есипова скрылась в конференц-зале, мы разбрелись по коридорам и смешались с толпой.

Я разговаривал с Малинской. О впечатлении, которое производит есиповский урок, о том, как сошло сегодня у неё, о том, как сойдёт у меня завтра, о том, что она иногда спрашивает технику и двойные терции, и что и Захаров, и Ахрон, и я – все уже забыли их.

Подошла Верочка Алперс. Она только что отыграла у своей Оссовской и очень удивлена, что так быстро отделалась. На этот раз она мне понравилась гораздо меньше. Она опять как-то подурнела, и впечатление первой встречи было лучше. Говорит, что Глаголева вернулась из Парижа, так как была с визитом у Флиге. А Флиге собирается уходить из Консерватории. Анисимова стала ещё меньше ростом, но страшно модничает и ещё больше мнит о себе. Бессонова собирается похорошеть.

В это время прошла Есипова и двинулась в класс. Верочка пошла искать Березовскую, у которой была её книга, а мы, ученики Есиповой, пошли на урок. Впрочем, я до класса не дошёл, а, постояв и послушав у двери, отправился назад. Внизу мелькнула в отдалении Бессонова, а затем пришлось пройти мима Абрамычевой, которая сидела на окне в толпе учеников и учениц. Я подошёл, очень воспитанно поздоровался и, не обмолвившись ни словом, прошёл дальше. Вероятно, она обиделась. Дело в том, что около десятого сентября я, не зная, когда мне ехать из Сонцовки в Петербург, запросил Захарова, Мясковского, Алперс о том, когда начнёт заниматься Есипова. И на всякий случай написал Абрамычевой, как близкостоящей к Консерватории, прося сообщить о том же. Она, как оказалось, ответила мне, но письмо её не застало меня в Сонцовке. Ну, всё равно, подойду и поблагодарю в другой раз.

Появилась Верочка, и мы вместе вышли из Консерватории.

Она домой, а я на свою Бронницкую квартиру, справиться, нет ли писем, и проводил её до Второй роты.

Вечером и на другой день утром я готовился к Есиповой и в двенадцать часов был уже в Консерватории. Прихожу в класс. Там уже все играющие сегодня. Захаров, Ахрон и Виноградов сидят за тремя роялями и дубасят одновременно каждый свою вещь. Я постоял с минуту и направился к двери. Захаров кричит:

– Куда же вы? Это в вашем духе: всё из пикантных диссонансов!

Я пустил в него портфелем и вышел.

Не успел я переступить порог, как был удивлён крайне неожиданной встречей. Да, это было весьма неожиданно… впрочем – приятно. В двух шагах в коридоре скользил по стенке Макс Шмидтгоф. Несколько моментов мы смотрели друг на друга. Он приближался по коридору, я выходил из двери. Он выжидал, не зная, как я встречу его, я быстро соображал, как я должен действовать. Через момент я, улыбаясь, подошёл к нему и приветливо поздоровался.

– Что-ж это вы говорили, что в октябре?

– Приехал.

– Давно?

– Вчерась. А вы?

– Дня четыре. Вот сейчас из класса. Вы вовремя попали. У меня сейчас первый урок у Есиповой. Очень страшно. Вы меня развлечёте.

Мы сели на окно у библиотеки.

– Послушайте, что это за дикое письмо вы мне?..

– Да после ваших писем…

– Во-первых, страшно нелогично и непоследовательно!

– Ну да, непоследовательно по отношению к моим письмам, но ваши письма… ведь вы ясно вызывали это.

– А вы ответ мой получили?

– Ответ?! Нет, не получил. Я ведь так и уехал на другой день.

– Жаль. Очень уж хороший был ответ. Я думал, получили.

– Длинный?

– Нет, очень короткий.

– Ну, тогда неинтересно.

– Напротив, очень интересно. Ваше письмо было такое уж длинное, что на него можно ответить было только коротко.

Мы перешли на другие темы. Спрашиваю его:

– Что сочинили летом?

– Балладу сочинил.

– Ого! Для оркестра?

– Нет, для фортепиано. И несколько романсов.

– Вы мне, конечно, покажете?

– Не знаю.

– Кого боитесь: себя или меня?

– Себя, конечно. А ваша Симфоньетта – кончили?

– Не совсем, на последнем месяце беременности. Зато какие этюды я создал для Винклера! И сонату ещё Лядову. Только потерял её.

– Как?

– Вероятно, в деревне забыл. Пришлют. Второй раз, как теряю сочинения, скандал.

– А сердце не потеряли?

– Где, в деревне? Да там такая глушь! Никого. Совершенно на месте.

– И отлично: зимой пригодится.

Подошёл Шандаровский. Я довольно быстро его спровадил. Мы проболтали с Максом около четверти часа. Он вынул часы.

– Ну, прощайте, – говорит мне, – пора идти завтракать.

– Вы что ж, на уроке были?

– Нет, просто так.

– С первым визитом?

– Да.

– Пойдёмте, я вас провожу донизу.

Внизу спрашиваю его:

– Ну что ж, «Токкату» выучили?

– Выучил. Буду играть Оссовской.

– А теперь что будете учить?

– Не знаю ещё.

– Я бы на вашем месте принялся бы за «Märchen» Метнера…

– Почему?

– Да так, по моим стопам. Вы ведь всё стараетесь учить то, что я учил!

Макс ничего не нашёлся на это ответить. Это был маленький камушек с моей стороны.

Когда он одел пальто, спрашиваю:

– Когда же теперь увидимся?

– Я буду в понедельник на уроке.

– Я тоже буду в понедельник. Значит, встретимся.

– Едва ли вы меня дождётесь: я приду в пять или семь часов.

– Да, это действительно едва ли…

– Прощайте.

Мы размашисто пожали руки и разошлись.

Я доволен моей встречей с Максом. Он мне очень нравится. А Макс будет теперь обо мне думать. Я должен был произвести на него некоторое впечатление и моим весёлым тоном при встрече с ним, и моим появлением из есиповского класса, и некоторыми моими задеваниями, и, быть может, моим весьма элегантным серым костюмом взрослого человека (он был в чёрной куртке). Жаль, что не скоро с ним встречусь опять. Впрочем, с другой стороны, это очень хорошо.

Итак, расставшись со Шмидтгофом, я пошёл в класс, и урок скоро начался.

Первым играл Ахрон. Чётко, громко, смело, точно фонола. Но художественного чутья у него нет. Затем играл Захаров. Этот играл хорошо, с пониманием, но чего-то у него всё же не хватало. На всей вещи лежала какая-то туманная дымка, и Есипова осталась им недовольна.

– Вы, верно, мало работали летом? – говорит.

– Напротив, я работал очень много…

Действительно, Захаров простарался всё лето, результат работы – обидный.

Затем вышел я с моей Фугой, которую знал наизусть.

Прелюдию она дала мне сыграть целиком, не останавливая, и только раза два напомнив во время игры: «crescendo»… или «forte»… Но затем сказала, что я неровно играю аккомпанемент и заставила медленно и громко проиграть всю вещь, показав при этом пару восхитительных оттенков. В Фуге остановок было больше. Замечания касались главным образом темпа, который я загонял,


Евгений Александрович Тростин читать все книги автора по порядку

Евгений Александрович Тростин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.