Наследие Хиросимы - Эдвард Теллер
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Доводы страха
Глава 9. Паника из-за радиоактивных выпадений
За годы, прошедшие после Хиросимы, в американской государственной политике выдвинулся на первый план новый фактор — страх. Под влиянием страха принимались решения, составлялись планы и создавались учреждения, не имеющие отношения к национальным интересам, иррациональные и даже противоречащие им. Три примера — страх перед радиоактивными выпадениями, мораторий на ядерные испытания и секретность.
Из этих трёх явлений страх перед радиоактивными выпадениями наименее важен. С введением моратория в октябре 1958 года выброс радиоактивных веществ в атмосферу прекратился на три года. Были разработаны безопасные методы испытаний. Большинство будущих испытаний оружия можно проводить под землёй или в удалённых областях космоса. Радиоактивность от таких испытаний не попадёт в биосферу — область обитания живых существ. Простые меры предосторожности позволят исключить радиоактивные выпадения при испытаниях. Радиоактивность от ядерных взрывов, используемых для обороны и мирных целей, можно удерживать на чрезвычайно низком уровне. Кроме того, у нас есть все основания полагать, что безопасные подземные эксперименты приведут к созданию «чистых» взрывных устройств. Когда они появятся, военные исследования и мирные работы можно будет проводить так, чтобы полностью исключить радиационное поражение.
Между угрозой всемирных радиоактивных выпадений и разумной программой будущих ядерных испытаний нет никакой связи. Не следует пугаться огромных советских взрывов; радиоактивные выпадения нужно оценивать объективно, без эмоций, пропаганды и паники.
На протяжении всей истории человек боялся таинственного и неизвестного. Многие природные явления — лунные и солнечные затмения, гром и молния, рождение и смерть — вызывали ужас. Научные объяснения рассеяли многие страхи, но сама наука не может устранить страх. В быстро меняющемся мире на смену одним застарелым страхам приходят другие.
Радиация — столь же естественное явление, как затмение, — в наше время породила сильный страх. О ней много говорили в связи с атомными взрывами. Учёные обсуждали её так, что это вызывало тревогу. Человеческие чувства не способны обнаружить радиацию. Мы не видим, не чувствуем, не слышим, не пробуем её на вкус и не ощущаем запаха. И всё же мы знаем, что она существует, и знаем: чрезмерная доза может быть опасной или смертельной.
На самом деле у учёного или информированного неспециалиста нет причин считать радиацию загадкой. Во многих отношениях наши научные знания о ней надёжны и подробны. Например, известно, что все виды радиации вызывают в человеческом организме почти одинаковые реакции. Мы знаем уровни, на которых радиация становится опасной для человека, и можем довольно точно предсказать воздействие некоторых видов излучения при определённых дозах. У нас есть ясные свидетельства, что нынешний уровень радиации в атмосфере — как от естественных источников, так и от радиоактивных выпадений после ядерных испытаний — либо совершенно безопасен для людей, либо, в худшем случае, причиняет чрезвычайно малый вред. Мы знаем о воздействии и опасностях радиации гораздо больше, чем о любых химических или биологических угрозах окружающей среды.
Наш организм живёт и функционирует благодаря чрезвычайно сложному взаимодействию бесчисленных тонко сбалансированных химических соединений и процессов. Каждая функция — рост, дыхание, движение, возбуждение — связана с химией, где молекулы входят в тонкий баланс организма, как ключ входит в замок. Добавленные химические соединения могут служить пищей, питающей организм, ядом, убивающим клетки, или полезным лекарством; конечная реакция часто зависит от малейшего изменения химического строения — словно от крошечной бороздки на ключе. В эпоху, когда широко применяются химические добавки и химическая обработка сельскохозяйственной продукции, вопрос о неизвестных биохимических эффектах имеет вполне практическое значение.
Химическая реакция организма на чужеродную биологическую систему, например микроб или бактерию, ещё сложнее. В живом микроскопическом мире, как и среди бесчисленных неодушевлённых молекул, ежедневно попадающих в организм, есть и друзья, и смертельные враги. Понять эти химические реакции и разобраться в их взаимодействии пытаются несколько крупных наук, пока ещё далёких от завершения.
Наука о биологическом воздействии радиации проще. Атомные ядра и различные процессы с их участием испускают разные виды излучения. Среди важнейших — альфа- и бета-лучи, гамма-лучи, потоки нейтронов и протонов, продукты деления и мезоны. У всех них есть важное общее свойство: их действие неспецифично.
Мы гораздо лучше знаем, как эти виды радиации воздействуют на организм, чем то, как действуют на него попавшие внутрь химические соединения. Есть веские причины, объясняющие это лучшее понимание радиации. Её легко обнаружить и измерить в организме. И, в отличие от химических реакций, основное действие радиации просто: определённая доза, полученная живой тканью, разрушает пропорциональное число молекул. Даже немногочисленные исключения из этого общего правила предсказуемы. Мы можем предвидеть последствия радиации в заданных дозах, потому что при определённых уровнях они всегда одинаковы, за исключением известных и учитываемых незначительных отклонений. Радиация не преподносит сюрпризов, привычных в биохимии, где малое изменение способно превратить питательную пищу и полезные лекарства в яды.
Слишком большая доза радиации, конечно, опасна. Чрезмерное облучение может вызвать болезненные ожоги и повреждения кожи, сделать организм уязвимым для рака или лейкемии, привести к мутациям у будущих детей или к смерти.
В случае полномасштабной ядерной войны мы, вероятно, подвергнемся сильным и опасным радиоактивным выпадениям. Мы можем защититься от них и одновременно снизить вероятность такой войны. Необходимые меры защиты будут рассмотрены далее. Здесь нас интересуют всемирные радиоактивные выпадения от ядерных испытаний, дающие чрезвычайно малую дозу радиации.
С самого начала атомной программы в нашей стране мы знали об опасностях радиации и относились к ним с исключительной осторожностью. Радиацию нельзя увидеть, она коварна, поэтому к ней нужно относиться с уважением. К сожалению, полвека назад первопроходцы медицинского применения радиации не понимали и не учитывали её опасностей. Многие специалисты, первыми работавшие с рентгеновским лечением, подверглись сильному облучению; трагическими последствиями стали поражения кожи, рак и даже смерть. Когда мы начали атомную программу, опасности радиации понимали лучше, а опыт врачей помог установить нормы безопасности. Мы знали, что нужно быть очень осторожными, и были осторожны. Сомневаюсь, что когда-либо предпринималась столь масштабная разработка с таким малым числом аварий. Но, несмотря на предосторожности в атомных работах, ошибки случались, и были пострадавшие.
Наше первое великое достижение в атомном проекте — успешное