Абиссинец 1890. Том 10 - Сергей Насоновский
— Мы ведь прежде иначе думали.
— Думали. Только ты то здесь, то тебя месяц нет. Ребятам каждый день заниматься надо.
Тут крестный был прав. Из меня нынче вышел бы начальник, которого еще сыскать надо.
— Добре. С Саней сработаемся, да с таким свистком мы им зададим учебу по самое не хочу.
— Через пару дней соберемся, людей и имущество примете. Сперва сотни проводить надо, проводников им дать, дальние стоянки проверить, как Павел Федорович велел.
Саша посмотрела на дядю.
— Два дня, Аркадий Игнатьевич?
— Два, Александра. Сегодняшний вечер не считаем.
Она кивнула и продолжила что-то обсуждать с теткой.
Крестный взял чарку, в которой еще оставалось вино.
— Ну, теперь за ваше возвращение. Все трое опять дома, Аркаша тоже с нами. Дай Бог почаще за этим столом встречаться.
— И за тех, кто нас дожидался, — добавил дядя, повернувшись к женщинам.
Мы пригубили еще по глотку. Саша улыбнулась мне со своего места, а тетка Поля пододвинула к дяде блюдо с рыбой.
— А мне через месяц семнадцать, — напомнил Олег. — Меня в новый состав запишете?
— Подойдет срок, запишем, — ответил крестный. — Только хозяйство на нас с матерью не перекладывай.
Я глянул на братца. Уже и вправду не просто за компанию увязаться просил.
— Будем с тобой заниматься.
— Я верхом езжу не хуже других.
— Знаю. Но у многих конь один на весь двор и дома помочь некому, так что не зазнавайся. С Меренским часы подберем, чтобы толк был. А пока можешь потихоньку сам готовиться, ты ведь видел, чему в приготовительной команде обучают. Как посвободнее буду, сбрую проверим, мишени приготовим.
Олег сразу оживился:
— Мишени я могу помочь сделать.
— Поможешь. Только батя тебе что сказал? После хозяйственных дел.
— Вы уж там со своей учебой в школе ребятишкам места оставьте, — вмешалась Пелагея Александровна. — Иван Викторович каждый день к школе ходит, все прикидывает, как классы готовить будет.
— Неужто уже готова? — спросил я.
— А то, как же! Сам видел, что под крышей уже стоит, — ответил крестный. — Осталось полы закончить, печь довести до ума да столы с лавками сладить.
— Сколько учеников в новом доме соберете? — спросил Василий.
— Зимой двадцать четыре было, — сказал Степан Анисимович. — Но тут уж младшие подросли, да скоро переселенцы прибудут, а там посмотрим. И с китайской слободки детей тоже туда будем пристраивать. Иван Викторович свое дело знает, о его уроках вся станица толкует. Некоторые дети уже книг перечитали столько, сколько их родители за всю жизнь не видели.
— И девчонкам места хватит? — подала голос Татьянка.
— Хватит всем, — ответил крестный.
Отец Василий повернулся к ней:
— А ты читать умеешь?
— Умею.
— Вот и хорошо. С Иваном Викторовичем поговорю, кому еще помочь надо. Когда помещение можно посмотреть?
— В любое время, — сказал Кравцов. — Только под ноги глядите, не везде настелено.
— Посмотрим. А как закончите, перед занятиями школу освятим.
Пелагея Александровна придвинула блюдо с картошкой к Семену. Тот спохватился и передал его брату.
— А содержание школы на общество ложится? — спросил отец Василий.
— Как зимой определили, так и будет, — ответил крестный. — Доход с выделенного участка ловли на реке школе должен идти. Чего не хватит, обществом добавим. Только с участком и учетом выручки еще до конца разобраться надо.
— И учителя поселить по-человечески пора, — сказала Акулина Никитична.
— Так он сейчас где живет? — уточнил батюшка.
— Раньше, как и вы, в гостевом доме жил, — ответил крестный, — а теперь съехался с одной нашей вдовой. Только говорить об этом не любит, думаю, сам вам расскажет. Так что и с его жильем вскоре решать будем.
Семен повернулся к брату:
— Ты сам-то, где устроился, Вась?
— Там же, в гостевом. Отдельная комната, все есть.
— Вот мой курень возведем, ко мне съедешь.
Он сказал это быстро и впервые за весь ужин широко улыбнулся.
— Спаси Христос, Сема.
— Пока твой курень поставим, отцу Василию уже дом возле храма возведем, — сказал крестный. — Ему ведь и к ранней службе выходить.
— Поближе к храму, конечно, удобнее, — ответил Василий. — Только учителя из-за меня не потесните.
— Всех устроить надо, — вздохнул Степан Анисимович.
Я посмотрел на Семена. Тот уже доедал щи, поглядывая на брата.
— Так ведь у нас теперь, помимо станичников, еще Фомич есть, — сказал я.
— Силантий Фомич постоянную артель уже собрал. Правда, еще одного хорошего плотника ищет, чтобы часть работы поручить и самому над душой не стоять. А то школа, общественные постройки, ваши дворы.
— Со мной он еще не считал, — сказал Семен.
— Место тебе приготовлено, лес тоже. Теперь с ним сговорись, с чего начнете и как платить станешь.
— Мне конюшню хотя бы на три денника, — напомнил я.
— Помню, Андрей. С Фомичом очередь согласуем, чтобы он вам обоим не наобещал больше, чем осилит.
Я подался к Рыжему:
— Завтра после расчета к школе пойдем. Погуторим с ним.
— Надо пораньше успеть работников застолбить, — согласился Семен.
— Степан Анисимович, а у меня на выселке тоже постройку просят, — подала голос Саша.
Я повернулся к ней.
— Кто?
— Эка оказия, Андрей, я же тебе не сказала. На выселке новые жильцы. Семья из Петербурга на все лето приехала. Веденеевы.
— Прямо целой семьей сюда добрались?
— Муж с женой и четверо детей. Константин Павлович прежде естественную историю преподавал, а теперь бабочек собирает.
Олег хмыкнул, но Саша продолжила:
— И гусениц держит. Записывает, когда появились, что едят, какая потом бабочка выйдет. Елизавета Андреевна рассказывала: часть денег им вперед дал петербургский заказчик коллекций, остальное свое. Константин Павлович с тамошними учеными переписывается.
— А выселок наш чем ему приглянулся?
— Лес рядом, луга. Ему каждый день по одним местам ходить надо, листья свежие приносить. Да решился… Как он сказал? Слово такое приятное… А, вспомнила: флору нашу изучить и образцы собрать для петербургского музея какого-то там. А дом, сам знаешь, просторный, на шестерых как раз подходит. Старшая дочь у него, Нина, семнадцати лет, записи помогает делать. Сергей за садками смотрит. Еще Лида с Мишей, но те совсем малые еще.
— Одних-то там оставлять опасно.
— Разъезды ежедневно заходят, — ответил крестный. — Велел, чтобы проведывали.
Саша отодвинула опустевшую миску.
— За полгода вперед уплатили. Летом собирать будут, осенью разберут коллекции, опишут и обратно в Петербург. Книг привезли — аж целая подвода приехала. Коробки со склянками, даже микроскоп маленький у них имеется. Теперь просят светлое дощатое помещение под садки. С окнами, полками, чтобы проветривать можно было.
— Так там