Волкодав 2 - Аристарх Риддер

— Ладно, агент Фуллер, слушай. В Виндзоре, на Пит-стрит, есть прачечная, держат её два китайца. Не то Вон и Ван, не то Вин и Вун — не помню, для меня всё это узкоглазое звучит одинаково. В любом случае она там одна на всю улицу, так что не перепутаете. Над прачечной, на втором этаже, есть квартира. Окна — в проулок, с задней стороны. Ставни обычно прикрыты. Ну, как квартира… Притон. Клоповник. В этой квартире держат баб, которых поездом привозят из Монреаля. Партия — раз в неделю. Три, четыре, пять шлюшек. Когда как. Принимает их там мой приятель, Сальваторе Рицо. Сицилиец, мой земляк, мы ещё в Палермо, в девятисотом году, дела крутили. Сальваторе держит у себя их бумаги, объясняет правила и берёт деньги с клиентов. Бабы эти везутся сюда, в Штаты, но не простаивать же мясу в те два-три дня, пока ждём нужный паром на эту сторону. А на этой стороне их встречают, и дальше, сами понимаете, адреса у посылок разные.

Я записывал, карандаш скрипел по плотной бумаге блокнота, а в это время мне очень сильно хотелось размозжить башку этому уроду прямо вот об этот стол. То, с каким мерзким выражением лица и в каких словах он описывал свой бизнес, буквально подталкивало меня к этому. Самая настоящая работорговля. Вот что это такое.

— Ты прямо по готовому выдал, Винни, — усмехнулся я, вместо того чтобы осуществить своё инстинктивное желание. — Прямо как будто к этому разговору готовился. Сразу, чётко, ёмко, по существу. Даже переспрашивать и уточнять ничего не пришлось. Что, и правда готовился?

— Есть такое дело, агент Фуллер. Чего мне с вами в словесный пинг-понг играть? «А сколько там баб?», «А кто платит?». Понятно же, что вам нужно. Поэтому я сразу всё и выдал. Ну так что? Ценная информация.

— Ценная-то она ценная, Винни. Вот только это ведь Канада. А ну как мы просто передадим её туда — и всё? Или вообще ничего делать не будем. Зачем нам помогать канадцам? Все эти твои китайцы, квартира… Нет у нас причин лезть в Канаду.

— Агент Фуллер, не рассказывайте мне сказки. Мы оба знаем, что Виндзор для Детройта — это как беседка на усадьбе. Что там ехать-то? А вам же в любом случае надо всё своими глазами увидеть, посмотреть, пощупать. И канадцы против точно не будут. Так что нет, агент Фуллер, нужна вам эта информация. Нужна.

— Ладно, Террано, это всё хорошо, но недостаточно. Не рассказывай мне сказки, что такое возможно без того, чтобы у вас был свой человек на нашей стороне, да и на канадской тоже. Таможня. Рассказывай, как с этим дела обстоят. И учти: без этого мы просто встаём и уходим. Нам действительно все твои Ваны с Вунами будут неинтересны.

Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом, вздохнул, кивнул, шмыгнул носом, потянулся затёкшим от долгого сидения телом. Потом ещё раз шмыгнул.

— Винни, хватит тут ломать комедию. Ты ещё рыгни и воздух испорти — как раз для полноты картины. Начинай давай.

— Ладно, хрен с вами. Само собой, у нас есть люди и там, и тут. Да и девки уже всё понимают и рта лишний раз не открывают. И документы у них правильные. Таможню они проходят как горничные, которых везут к приличным семьям из Канады. Никто их не задерживает, никто не задаёт вопросов. И не только наши люди, которые у нас есть, — случайные тоже. Такое бывает, что, когда девки проходят таможню рядом с нашим человеком, ещё кто-то рядом вьётся. Но никто никогда не задаёт вопросов, никто не открывает саквояжи, они просто сходят с парома, садятся в машину — и едут. И документы у них настоящие, на настоящих бланках, с настоящими печатями, с настоящими подписями. Они действительно приезжают, приплывают в Монреаль из своей Европы. А дальше уже карусель начинает крутиться.

— Ладно, Винни, я тебя услышал. На этом, пожалуй, всё.

Я уже собирался было встать, но тут Террано добавил последнюю фразу:

— Я бы на вашем месте поторопился, агент Фуллер. Потому что мне-то ничего в этой богадельне не будет, а вот слушок о том, что я говорил с вами, за стены тюрьмы пойдёт очень-очень быстро. И никаких девок вы там уже не застанете. Как и моего приятеля Риццо.

— Насколько быстро, Винни? — резко спросил Пейн, который наконец-то прекратил кривляться и превратился в нормального агента.

— Очень быстро, агент Пейн. У вас даже дня нету. Да что там дня — у вас и полдня нет. Часа два-три, максимум. И там уже будут знать, что ко мне приезжал очень меткий агент Фуллер. О чём мы тут с вами разговоры разговаривали, там, конечно, не узнают, но сам факт этого разговора тайной ни для кого не будет.

— Ладно, Винни, я тебя понял. Пошли, — кинул я Пейну. — Нам действительно надо торопиться.

* * *

Времени согласовывать что-то не было. Мы с Пейном успели сделать всего один звонок в контору — сообщить Баркеру, что едем в Канаду, и едем прямо сейчас. Возможно, спешка была и не нужна, но, с другой стороны, а что если Террано действительно прав и никаких женщин в той квартире уже через несколько часов не будет, как не будет и его земляка Рицо, и вот эта вот ниточка окажется навсегда обрезанной? Здесь всё-таки нужно было поторопиться. Лучше поспешить, чем потом локти кусать.

Чтобы взять с собой в Канаду оружие, у нас с Пейном и мысли не было. Это совсем другая юрисдикция, там на милые шалости агентов со стволами смотрят совсем иначе, да и вообще — устрой стрельбу в Канаде, и вот он, международный скандал. Как ни крути, а сейчас это британский доминион, часть всё ещё Великой Империи, да и, если уж на то пошло, другое государство. Поэтому нет. Оружие, которое мы и так не брали в тюрьму, остаётся там, где оно сейчас, — в сейфе, в Бюро. Если нам понадобится огневая поддержка, то в Канаде с ней будет всё точно так же, как должно быть и в США: Баркер, пока мы будем добираться, обещал созвониться с полицией Виндзора, и там нас встретят местные полицейские, с которыми мы уже и отправимся по нужному адресу.

Паром «Lansdowne» отходил от детройтского причала в час двадцать пять. Старый