Офшорный блюз - Владимир Прягин

Я думал, Синельников повернёт на юг — он ведь вроде бы собирался в ту сторону. Но нет, он по-прежнему гнал на северо-запад, параллельно берегу, прочь от порта.

Кильватерная струя от моторки, пенисто-белая, прорисовывалась на прибрежной воде. Наш катер шёл вдоль неё, набирая скорость.

Гаражи для лодок на берегу закончились. Пару раз мелькнули дома на сваях, затем потянулись заросли. Берег поднимался полого, и в глубине, за деревьями и кустами, виднелись особняки. Я сообразил — мы движемся вдоль той улицы, где я вчера я навещал профессора.

Моторка Синельникова получила фору на старте, но разрыв сокращался. Напарник Игоря, держа руль одной рукой, снял с приборного щитка рацию:

— Преследую подозреваемого, моторная лодка номер…

Мы с Чоном стояли позади него, глядя поверх кабины.

Далеко впереди показался ещё один полицейский катер. Он шёл навстречу нам.

Синельников тоже его заметил и свернул к берегу. Там всё так же росли кусты, а в воду вдавался узкий дощатый пирс.

— Подозреваемый высаживается напротив Соснового переулка…

Моторка, не тормозя, влетела прямо на берег, вломилась в куст. Синельников выскочил из неё. Наш водитель не стал повторять манёвр, а притёрся к пирсу. Мы с Чоном перепрыгнули на скрипучие доски.

Синельников скрылся в зарослях, мы ломились за ним. Уткнулись в забор, метнулись налево — выход в переулок был там.

Беглец опережал нас метров на тридцать, но мы его нагоняли. Оглянувшись на нас, он споткнулся о корень дерева и выронил сумку. Бросил её и, чудом устояв на ногах, вылетел в переулок.

Он сразу свернул направо, пропав из вида. Мы поднажали. Забор закончился наконец-то, заросли тоже. Стало светлее.

Переулок вёл к оживлённой улице. Оттуда неспешно ехал паркетник, иссиня-чёрный, сверкающий свежим лаком. Синельников выбежал на проезжую часть прямо перед ним и раскинул руки.

Машина резко затормозила. Из неё вылез солидный дядя в костюме с галстуком, заорал возмущённо:

— Вы идиот⁈

Синельников отшвырнул его на обочину и прыгнул за руль. Чон выхватил пистолет:

— Выйти из машины! Буду стрелять!

Но нет, Синельников не послушался. Врубил задний ход и быстро покатил таким способом к перекрёстку.

Чон прицелился в колесо. Грянул выстрел. Но слишком уж неудобный был угол, практически нулевой. Пуля чиркнула по асфальту.

С улицы навстречу паркетнику свернул полицейский автомобиль. Они едва не столкнулись, и полицейский рефлекторно вильнул. Синельников — тоже, в другую сторону, на газон.

Паркетник задним бампером долбанулся в забор, несильно. На несколько секунд он оказался к нам боком, но было уже далековато. Чон вскинул пистолет, однако курок так и не спустил. Я тоже не стал стрелять, опасаясь попасть в Синельникова.

Тот снова вырулил на дорогу, теперь уже не задом, а передом, и рванул к перекрёстку. Там горел красный, но Синельников газанул. Движение по поперечной улице было оживлённое, но он проскочил в зазор. Стало ясно, что нам его не догнать.

Мы подбежали к полицейской машине. Водитель вылез, сплюнул в сердцах, а его напарник оповещал по рации:

— Подозреваемый на чёрной «тойоте» движется по Сосновому переулку, от перекрёстка с Тихоокеанским бульваром в сторону Гаваньской…

Коп-водитель сказал, скривившись:

— Вот же везучий гад. Если не дурак, то машину бросит через пару кварталов. Хотя, может, наши и перехватят…

К нам подошёл хозяин «тойоты», всплеснул руками:

— Что здесь творится, господа? Среди бела дня какой-то разбойник угоняет мою машину, на глазах у полиции…

— Приносим извинения, — сказал Чон. — Надеемся, что машина найдётся в самое ближайшее время. На всякий случай, однако, коллеги вам объяснят, как оформить заявление об угоне.

Патрульный обречённо вздохнул.

Достав телефон, Чон позвонил Игорю — коротко сообщил, что беглеца не поймали, но поблагодарил за помощь.

Затем мы вернулись к зарослям, где осталась сумка Синельникова.

Сумка валялась там же, под деревом, где Синельников споткнулся о корень. Чон присел перед ней на корточки и открыл.

Внутри были шмотки, ничего интересного. А вот в торцевом кармане, застёгнутом на молнию, кое-что обнаружилось. Чон вытащил си-ди в прозрачном плоском футляре из плексигласа, а затем ещё и блокнот.

Компакт-диск не имел никаких пометок. Оставалось надеяться, что это не сборник любимых хитов Синельникова, но проверка откладывалась по понятным причинам — компа у нас с собой не было. Зато мы полистали блокнот. Тот был довольном крупным и не влез бы в карман одежды. Неудивительно, что его засунули в сумку.

К моему разочарованию, списка злодейских планов в блокноте не содержалось. Пароли и явки тоже отсутствовали. Блокнот предназначался для зарисовок, а не для текстовых записей.

Синельников оказался неплохим рисовальщиком, как по мне. Он, правда, особо не заморачивался — делал лишь беглые, скупые наброски, в несколько штрихов каждый. Силуэт сопки Верстовой, высотки в центре Новоархангельска, контуры какого-то судна. Блокнот был новый, купленный уже здесь, очевидно, и не заполненный ещё даже на треть.

Я начал листать страницы подряд, надеясь найти что-нибудь полезное. Чон же вновь полез в сумку и через полминуты сказал:

— Смотри, Александр.

Он показал мне сотовый телефон, который был выключен и аккуратно завёрнут в свитер. Я предположил:

— Запасная трубка?

— Возможно. Сейчас проверим.

Чон включил найденный мобильник. Пока тот загружался, я перелистывал страницы блокнота. И наконец-то у меня тоже появился улов.

Под пейзажным наброском Синельников наскоро записал телефонный номер. Городской, местный, судя по всему. И даже имя указал — Валентин.

Я похвастался Чону. Тот, в свою очередь, показал мне список контактов на телефоне, вытащенном из сумки. Собственно, список этот содержал единственный номер. Абонент был обозначен как «Икс», стояла соответствующая латинская буква.

— Конспирация, батенька, — сказал я. — А Икс — случайно не Валентин?

— Нет, абоненты разные, — сказал Чон. — У Икса номер — мобильный. Причём это явно не повседневный контакт, иначе Синельников держал бы трубку включённой. Вариант на экстренный случай? Или для связи в строго определённое время.

Чон позвонил в отдел, дежурному технику, и попросил проверить, кому принадлежат оба номера. Насчёт Икса нас сразу же обломали — предоплаченный номер, купленный за наличные анонимно. Такое здесь широко практиковалось, вполне легально.

Тогда Чон попытался позвонить Иксу напрямую, с телефона Синельникова. Но увы — абонент оказался вне зоны доступа. А чтобы отслеживать его трубку, когда он соизволит её включить, требовалось оформить отдельный ордер. Об этом нам напомнили в техподдержке.

— Ладно, будем надеяться, что в сеть он вернётся, —