Иван Великий 4 - Михаил Шерр
— Да как я могу обижаться, государь, — Антип возмущенно затряс головой. — Мне моё дело очень нравится. Я даже иногда здесь и ночую.
У Антипа были рядом с Ефросином свои покои, конечно намного меньше, но отдельные и удобные. Но он чаще ночевал в своем рабочем кабинете, проводя всё свое время за редактированием текстов и написанием учебников, его личный план первоочередных книг, почти два десятка 15 века наименований.
— А как обстоит дело с написанием свода наук? — я считал что издание составленного мною свода знаний 15 века очень важная задача.
— С ним сложнее, государь. Если бы я один над ним работал дело бы двигалось быстрее, а тут столько людей этим занято.
— Я попрошу, чтобы Ефросин это дело на контроль взял. Надо это дело ускорить.
— Спасибо, государь, в этом деле помощь мне не помешает. Книг то ведь сколько напечатать надо.
— Это ты прав, и типографий со временем надо больше. Но по щелчку пальцев они не появятся. Надо все делать постепенно.
Вполне удовлетворенный увиденной работой Антипа, я в приподнятом настроении поехал на Яузу.
Пороховая мастерская работала на всю катушку и сразу было видно что больше того, что производит сейчас, уже выпускать не возможно. И расширять производство здесь уже невозможно. Поэтому с пороховым производством надо поступать также как с бумажным: строить новые фабрики и желательно в других городах. Эта работа уже ведется полным ходом в Рязани и Нижнем, поэтому проблемы с производством пороха быть не должно.
Единственное, что надо в этом деле сделать, построить арсенал, где будут храниться запасы пороха и различного оружия, в первую очередь огнестрельного. Их надо будет строить там, где будет производство пороха.
Но на Яузе меня больше интересует положение дел в кирпичном производстве и ход строительства первой настоящей домны и каких успехов добились стекольщики.
Сначала я заехал к стекольщикам. Конечно будет замечательно если на Руси появится своя школа производства муранского стекла и богемского. Причем второе в Европе войдет в моду только в конце шестнадцатого начале семнадцатого века. Это конечно будет замечательно и у нашего государства появится еще один мощный источник дохода. Но меня больше интересуют другие более приземленные успехи стекольщиков: создание технологии производства качественного листового стекла больших размеров и масштабное производство всякой мелкой посуды: колбочек, пробирок и тому подобного, в том числе и трубочек из которых в частности можно будет делать термометры и тому подобное.
Тут прогресс зависел только от меня. Я достаточно подробно знал технологии получения приличного листового стекла методом цилиндрического стекла и литья появившийся в конце 17 века. После некоторых размышлений я решил пойти по самому простому пути: подробно рассказать о них Алексашке. Он как всегда не задал мне ни одного вопроса о происхождении моего знания, и через некоторое время выдал всё это как своё изобретение.
Также я поступил и с созданием технологии создания тонких, равномерных стеклянных трубочек с запаянным концом и капилляром. Тут на самом деле ничего выдающегося не требовалось: только мастерство стеклодувов, но если от них просто требовать такие изделия, то их получение вопрос времени.
А вот пробирки и колбочки это совсем другое дело, особенно колбы. Пробирки на самом деле получать не сложно, главное то же правильно озадачить стеклодувов. А вот колбочки это очень сложно. Для этого надо научиться получать специальное жаропрочное стекло. Его получить очень просто: в состав для получения обычного стекла надо добавить оксид бора.
И вот в этом заключалась главная сложность. Как его получить я знаю: это при прокаливании буры с железным купоросом получается вещество, которое и является этим самым оксидом бора.
Бура уже известна, она очень дорогая, её завозят с Востока и используют как флюс для пайки золота и серебра, а также в ювелирном деле. Именно способность буры «склеивать» металлы при пайке высоко ценится мастерами.
Железный купорос или как его сейчас называют зеленый, вещество очень известное. И вроде ничего мудреного во всем этом нет, но на самом деле уровень объяснения какой-то дикий. С какого-то перепугу, взяли буру с зеленым купоросом, прокалили, что-то получили и добавили в стеклянный расплав. И вуаля у нас стекло, которое выдерживает нагревание в несколько сотен градусов.
Как не удивительно, но это сработало и очень жаропрочное стекло было получено. Брака конечно много, но необходимые лабораторная посуда и полуфабрикат для получения термометров понемногу у нас появляется. Стоимость каждой колбочки и трубочки для термометра конечно огромная.
Стеклодувы, демонстрирующие мне свои достижения, похоже никак не могут сами прийти в себя от изумления что из этой этого совершенно непонятного шаманства получается что-то дельное. И никто не может толком объяснить что получается и почему, но каким-то образом получается.
Я несколько раз думал над тем как будут вывихиваться мозг у историков будущего когда они будут пытаться понять как в 15 веке на Руси из ничего на ровном месте появлялись некоторые технологии и получение такого жаропрочного стекла одна из них.
А вот у кирпичников и металлургов все понятно и логично. В двадцатом веке считается что технология получения клинкера разработана в 18 веке в Дании, но это не так. Кирпич необычайной прочности получали в Голландии еще в 15 веке и ничего мудреного в ней не было. Это просто был побочный продукт пережога обычного кирпича в печах. И только в 18 веке оценили его качества.
Жаропрочный кирпич, вернее шамот, вроде как появился в 17–18 веке. Поэтому создать нашу технологию труда не составило. Тем более провести стандартизацию производства обычного строительного кирпича. Его размеры я установил 310 × 130 × 90 и назову его «государев кирпич». Аристотель Фиораванти, когда будет строить Успенский собор, использует кирпич размером 280 × 160 × 70. Но этот размер больше нигде использоваться ни где не будет.
Крупномасштабное производство только разворачивается на нашем кирпичном заводе на Яузе. И чтобы он удовлетворял потребности одной Москвы выпуск кирпича на нем надо увеличить в разы. И как многое из того, что мы уже научились производить, необходимо производство масштабировать, а уже созданные использовать в первую очередь для подготовки кадров.
Это касается уже оружейного, порохового, стекольного и бумажного производств. А скоро возможно будет еще часовое и печатное.
Заключительным аккордом моей инспекции производств на Яузе был осмотр строящейся домны. Необходимые для этого материалы, то есть самый различный кирпич есть, а самое главное есть люди знающие как это сделать. Сейчас это приехавшие из Германии мастера