В огне чужого мира - Кирилл Юрьевич Шарапов

— Екатерина Федоровна, — меж тем продолжил наследник престола, — уже передала имперскому научному бюро свои наработки, касающиеся поясов и улучшенных артефактов связи, лечения, усиления болтов и доспехов, а также зелье, которое выводит из организма скверну. По оплате соглашение уже заключено. Вскоре будут развернуты производства. Но меня интересуют другие ваши возможности — черные духи и энергия с них, золотые и все, что с этим связано. Как вы знаете, императорский род — это светлый род, и получить возможность развития — дорого стоит. А еще черные зверодухи, ваша последняя схватка продемонстрировала их преимущество на поле боя. Итак, боярин, что вы хотите за ваши знания и помощь?

Михаил слушал Александра с каменным лицом, наследник престола решил плотно сесть на шею. Интересно, что он готов дать взамен? Краем глаза он отслеживал реакцию на слова сына императора отца Екатерины, а заодно и его покровителя, светлейшего князя Георгия Глебовича. Если второй остался внешне спокойным, и только злость в глазах выдавала его истинные эмоции, то первый был в ярости, которую ему удавалось скрывать с большим трудом. Лицо красное, губы сжались в тонкую линию, видимо, он уже имел разговор с дочерью, и та его послала куда подальше, не простила она ему ни ссылку в Духов мир, ни погибшего возлюбленного. А ведь получи он ее наработки, род Долгоруковых стал бы куда богаче и влиятельней.

— Ваше высочество, я верный подданный империи, — начал плести словесные кружева Михаил, — и с первого дня в плену я искал путь домой. Единственный путь, о котором я тогда знал, был под контролем вольцев, местных жителей, и пробиться через него можно было только с боем, так я стал искать силу и нашел ее. Я готов поделиться и информацией, и своими умениями. Но вы правы, все это принадлежит роду Бельских, и я хотел бы знать, что империя готова предложить взамен.

— Во-первых, титул князя для вас, — коротко ответил Александр. — Я сию секунду готов подписать эдикт, который сделает вас князем, и ваш семейный мезальянс обретет гармонию.

Михаил заметил судорогу, которая прошла по лицу князя Долгорукова. Скорее всего, это было одной из основных тем в разговоре с дочерью, вторая — наверняка гибель Ивана — «как ты можешь жить с убийцей своего брата?». Михаил мысленно улыбнулся, представив, что Екатерина ему на это ответила.

— Во-вторых, деньги, — продолжил наследник. — Империя готова щедро заплатить за то, что вы будете отлавливать золотых духов и собирать с них силу, передавая ее императорскому дому. Пятьдесят тысяч злотней за каждый заполненный накопитель. двадцать тысяч за каждый темный. В-третьих, вы передадите императорской семье технологию изготовления ловушек для черных охотников. Так же мы предлагаем миллион за информацию о том, как вы стали чародеем, и десять миллионов, если вся императорская семья сможет перейти на этот уровень. Об усилении остальных светлых родов мы будем говорить отдельно. Так же вы передадите империи всех своих черных зверодухов, каждый будет оценен в двадцать пять тысяч злотней.

Михаил задумался, в принципе, деньги предлагали хорошие. Но отдавать двойника и Горыныча — верх глупости, у него с собой было два десятка боевых и разведывательных черных, еще с десяток у всех остальных — Берга, Ирины, Екатерины и Верда, хотя, скорее всего, у него уже отжали.

— Я согласен на ваше предложение, ваше высочество, — склонил голову Михаил, — но цена за золотого духа и черных меня не устраивает, боюсь, вы плохо представляете, что это вам даст. Увеличьте расценки вдвое, сто тысяч за золотого, пятьдесят за черных.

Александр с минуту обдумывал ценовую политику, потом согласно кивнул.

— Принимается.

— Еще у меня будет два условия, — продолжил Бельский. — Первое — у меня останутся два зверодуха, двойник и дракон, их я не отдам ни при каком раскладе. Я понимаю, что вам нужен дракон, но он не будет так хорош в чужих руках, как в моих, без него я не буду и в половину эффективен.

— Да как ты смеешь что-то требовать? — не сдержался князь Долгоруков, он был в ярости, но ничего поделать не мог, под суровым взглядом наследника он тут же скис. — Прошу прощения, ваше высочество, — поклонился он и отступил на шаг назад.

— Каково второе условие? — спросил Александр.

— Империя не выкупает разработки моей жены, ее сиятельства княгини Долгоруковой, она выкупает лицензию на производства сроком на пять лет, и с каждого артефакта платит в казну рода Бельских процент. По истечении этого срока лицензия может быть продлена или возвращена.

— Принимается, — коротко кивнул Александр. — Но это касается и улучшений, которые будут внесены в дальнейшем.

Михаил кивнул. Надо было видеть лицо князя Долгорукова, его чуть удар не хватил, но жаль, нельзя получить все и сразу.

По велению наследника Михаила освободили прямо там, в зале приемов. Правда, чтобы избавиться от браслетов, пришлось ждать служащего тайной канцелярии с ключом, поскольку у боярина Стужева его не оказалось. Да и откуда? Он попал в сопровождающие совершенно случайно. Пока ждали, Александр, как и обещал, высочайшим соизволением присвоил Бельскому титул князя, осталось, чтобы его отец подписал, такое без императорского дозволения не работало. Долгоруков этого выдержать не смог и с разрешения его высочества покинул зал. А вот князь Белозерский выглядел откровенно довольным, видимо, это была его инициатива, скорее всего, он вместе с императорской семьей снимет все сливки, подвинув конкурента. Георгий Глебович, брат императора и начальник тайной канцелярии, смотрел на племянника с осуждением и только изредка недовольно качал головой, у него были свои планы на Бельского, и племяш их обломал. Вот кто искренне обрадовался, так это Екатерина с Ириной, они вели себя чинно, как и полагается благородным дамам в обществе, стояли себе тихонько у стены и счастливо улыбались. Не будь тут наследника и его дядюшки с князем Белозерским, они бы со счастливым визгом бросились к нему и повисли бы на шее. Но нельзя, кончилась их вольная жизнь в Имперской слободе, возвращение в свет накладывало на них множество условностей. Особенно от этого будет страдать Ирина. Интересно, она сожалеет о том, что покинула остров? И тут Бельский вспомнил об еще одном, ведь ему нужно будет отправить в Имперскую слободу черного сокола, которого он натаскивал на прохождение подземелья. А