Искажение - Евгений Сладков

— Да, собственно, почти по той же причине. Я же в пелену вступил до вас, так что успел заметить, куда вы падали. А Шпиль — ближайшее высокое строение-ориентир, ну и подумал, что вы тоже почти наверняка двинетесь сюда. И опять же, где, как не возле строений, искать пелену обратного перехода? Но, похоже, мы все ошиблись. Причём очень, — теперь уже сам махнул в запретную сторону.

Алтарь.

Вот что там находилось. Неимоверно древний, невероятно омерзительный. Второе, потому как жертвенный — вокруг не просто лежали горки костей, а он был практически погребён под ними. Цвет его даже в местном тусклом освещении прямо-таки кричал о кровавых реках, что весьма щедро когда-то орошали его. Впрочем, главную мерзость вызывало вовсе не это. Присутствовали две других причины.

Первая — руна. В самом-самом верху. Новая. Ранее ещё не встреченная. Но ясная для меня и моего знания.

«».

Значение — «запертые врата». «Тайна» — светлый аспект и «непрощённый грех» — тёмный.

Кого врата могут запирать, не то что представлять не хотелось, но и думать.

Да только делать этого и не требовалось. В чём вторая причина и заключалась.

Там, на стене, между алтарём и руной, находилось Оно. Неизвестное. Неназываемое. Непостижимое. И ещё много всяческих «не-». Но все они говорили об одном. Даже не говорили, а кричали. Причём ёмкую и весьма конкретную фразу: «Бегите, глупцы!».

Побежали ли мы с Флаграной?

Конечно, нет. Ни «от», ни «к». Во-первых, уже поздно, а во-вторых, по-хорошему следовало разобраться во всём здесь и сейчас. Сделать это, находясь на относительно безопасном расстоянии. Что, в общем-то, и пытался.

Созерцая непостижимость, в голове отчего-то то и дело вспоминался Примечательный. Точнее, не он сам, а его слова. Слишком они были… предметными, что ли? Будто специально он сюда пришёл. Причём именно он, а вот Пожиратель — уже так, чисто случайный попутчик. Возможно, я мог бы сказать, что надумал всё. Но, прокручивая все прошедшие мгновения: своё появление, положение участников на площадке, а главное, куда перед растворением в стене тянул свои ручки Примечательный, — обрывочные подозрения упорно желали сложиться в цельную и однозначную картину…

Только толку-то от всех этих умозаключений? Никакого, а потому пришлось отмахнуться от них, упрятав пока что в глубины собственной памяти, да со вздохом облегчения отвернуться от мерзости.

Отвернуться и сказать Амазонке:

— Так вот про эту хтонь. Не знаю, что это. И знать не хочу. Так что ни за что не подойду ближе. И тебе не советую.

— Да у меня и самой такие же мысли. Причём дополненные желанием поскорее убраться отсюда. Но Алкана…

К сожалению, не согласиться с Амазонкой никак нельзя было. Но и достойных идей так и не появилось. Особенно после пристального рассматривания алтаря, рядом с которым вообще ничего и никого оставлять не хотелось. Вариант, чтобы спрятать тело в пояс-хранилище, как сделал ранее с останками Камня Лоз, почему-то в отношении Алканы воспринимался настоящим кощунством и надругательством.

Так пока ничего и не решив, направился к павшей. Подле которой снова присел, вытаскивая нож-артефакт. Да не просто присел, а принял позу для медитации, пояснив Флагране:

— Попробую помедитировать, может, артефакт что-то подскажет. Побудешь пока на страже? Хватит на то сил?

— Да, вполне! — на удивление бодро ответила Амазонка, у которой я как-то позабыл спросить за самочувствие после пробуждения.

— Отлично! — произнёс и постарался отрешиться от реального мира.

Центром своей медитации решил сделать как раз-таки вытащенный нож. Стремился по крупицам воспроизвести все те моменты, когда клинок разрушал ледяные оковы брата Мелы.

Стремился, да только ничего не выходило. Лишь картинки произошедших событий безмолвно мелькали. Мелькали, не даря ни знаний внезапных голове, ни ощущений никаких телу. Чистейшей воды пустота по всем фронтам.

Сколько так пыжился — Предел знает.

В конце концов плюнул да бросил гиблое дело, вернувшись вниманием к реальности, где постарался максимально незаметно достать печатку «ледяных» из хранилища.

За полным отсутствием иных идей хотелось верить, что секрет того ледника-надгробия мог скрываться в кольце. Особенно после недавнего и необычного исчезновения-растворения в руке другой драгоценности, от чего до сих пор передёргивало-потряхивало. Как только Флаграна не услышала мой скулёж, не учуяла запах палёный…

Достал кольцо якобы из кармана и, не обращая внимания на вопросительный взгляд Амазонки, взялся за его изучение-осмысление. Первое разочарование постигло в том, что надписей никаких на драгоценности не виднелось. Всё же надежда таилась, что в прошлый раз пропустил, не обратил внимания, в большей степени занятый мыслями о содержимом письма-послания. Но — увы.

Второго разочарования, однако, уже не последовало. Сперва за причину его отсутствия зацепился палец, а затем и мысли. Хотя «зацепился» не совсем верное определение, скорее — «нащупал». Символ на печатке.

Снежинка.

Искусная работа одного создателя. По сути, такая же работа, как и на клинке. И продолжающаяся вереница размышлений, вившихся вокруг символа, вела к единственному слову.

Кровь.

Когда-то Меланита сказала фразу, что нож мой. Мой по праву крови. Что, если и кольцо «ледяных» прореагирует на красную жидкость? Пусть в моих жилах текла не родственная истинным владельцам субстанция, но на клинок-то она сработала.

Сказано — сделано!

Обильно окропив драгоценность своей кровью, надел на палец. Будучи уже учёным и во избежание неизвестных эффектов, решил на сей раз пожертвовать левой рукой. Впрочем, по-настоящему умный делать это вовсе не стал бы…

Надел, а ничего-то и не произошло. Ни сразу, ни спустя пяток минут.

Подождал ещё.

Ни-че-го.

Расстроился ли я? Естественно!

Стянув кольцо, попробовал заново взглянуть-ощупать его в надежде на изменения… И тоже ноль. Я бы вообще сказал, что абсолютный ноль, коли речь о холоде.

Всех изменений только, что снежинка перемещалась по щитку печатки. От бортика к бортику, следуя за наклоном. Будто… плавала… хм-м-м, в ванне кровавой.

Ну а дальше поступил предсказуемо глупо. Попробовал ногтем подцепить снежинку, ставшую внезапно движимой. Впрочем, сперва, конечно, пытался вытряхнуть её, постучав печаткой о ладонь. Но раз не вышло, то и перешёл к более вандальному варианту — ручному направленному воздействию.

Подцепить удалось не с первой попытки. Но как смог, тогда осторожно потянул символ вверх. А он, зараза, ни в какую сдаваться не желал! Ну, я и поднажал, усилил давление. Вроде бы совсем немножко, да снежинка посчитала иначе. Она треснула.

* Болотная Пиявка: https://author.today/reader/433488/4771628