В огне чужого мира - Кирилл Юрьевич Шарапов

оставшийся световой день он мотался по точкам, указанным на карте полковником Горецким, и ни в одном из мест не обнаружил присутствия врага. Это было очень странно. Всего пару раз он замечал единичных оскверненных, но это никак не напоминало полномасштабное вторжение, и, если бы не атака зверодухами, он бы решил, что его дурят, и противник просто ушел.

Вернулся Бельский, когда черное солнце Духова мира уже опустилось за горизонт. Горыныч приземлился на площади прямо возле засыпанного котлована. Пока он летал, кто-то подсуетился и приказал избавиться от ямы. Ну и правильно, зачем она нужна посреди города? Вообще, Михаил очень плохо понимал противника, тот имел все возможности для проникновения в тыл и выхода на оперативный простор, но нет, он этим не пользовался.

Горыныч отправился в ловушку, а Бельский легко взбежал по ступеням дома, в котором разместился его высочество с дядькой и свитой.

— Вас ждут, князь, — произнес гвардеец, скрывающийся под маской. — Его высочество уже трижды спрашивал, не вернулись ли вы?

— Ну, тогда веди, — согласился Михаил, — не стоит заставлять наследника престола ждать.

Доклад много времени не занял. Тот же зал, в котором он был утром, только полковники отсутствовали, за столом остались Александр и его дядька.

— Ну-с, князь, как полетали? — с интересом спросил наследник, глядя на Бельского, исполняющего церемониальный поклон.

— Неплохо, ваше высочество. Вот только новости у меня для вас странные. Нет противника, нигде не видел, десяток оскверненных, шатающихся сами по себе, не в счет. Если бы меня спросили, я бы сказал, что и нет никакого вторжения. Либо оно не здесь.

— Вот как, — задумчиво произнес Александр, вставая и набивая трубку. — Плохо это, — прикурив и выпустив густое облако дыма в сторону, наконец, произнес он. — Одержимые, захваченные вами ночью, говорят, что там, за рекой, огромная сила ждет приказа двинуться на нас, при этом не только местные, там еще и другие народы, которых демоны поработили и сейчас сюда переправляют. Прячут они их, Михаил Иванович, под искусными иллюзиями, которые могут творить некоторые одержимые. И, видимо, ваш зверодух, несмотря на уникальность, не смог под них заглянуть. Ладно, оставим это. Что еще видели, князь?

— Колонны видел, которые заражают все вокруг. Пока насчитал шесть. Возле одной из них был атакован летающими зверодухами, Горыныч их в три минуты уничтожил, сам не пострадал. А еще туман, черно-зеленый словно скверна, плотный, огромное пятно в сотню километров. Он начинается прямо за горами, в руинах того самого городка, который мне полковник Горецкий велел проверить, где изначально аборигены призвали демона.

— Про него мы уже знаем, — подал голос Георгий Глебович, до этого момента он только внимательно слушал. — Там, где-то в нем, открыт проход в один из миров демонов, откуда они получают ресурсы и подкрепления. Что скажете, Михаил Иванович, есть у вас мысли, как нам пробиться туда, закрыть проход и уничтожить демонов? Вольцы пали жертвой своей ненависти и неосторожности, заигравшись с силами, которых не понимали. Теперь этот мир принадлежит империи без всяких ограничений. Но нам нужно понять противника, а поняв его, мы сможем справиться с вторжением.

— Есть идея, светлейший князь, — немного подумав, ответил Бельский, глядя на брата императора. — Одержимые, которых вы допрашивали, не знают, сколько у нас времени?

— Нет, — покачал головой Георгий. — Все они низовые демоны, в основном четвертое колено народа Шиар, двое были из третьего и один из второго, который как раз и гнал орду оскверненных в атаку. Наверное, поэтому вам, князь, удалось справиться с ними. Причем в плен угодили только четвертые и третьи, второго, который мог что-то знать, вы прибили. Так какой у вас план?

Михаил задумался, говорить или нет, потом все же рискнул.

— Я могу выжигать скверну своими способностями, это помогло мне одолеть одержимого, в котором сидел демон из первого колена. Так вот, завтра, отдохнув, я быстро слетаю к туману и попробую его выжечь, вдруг удастся все решить одним ударом. Это, как на мельницах, если в воздухе мучная пыль, достаточно одной искры, чтобы произошел взрыв. Сегодня не стал этого делать, решил узнать, что думает по этому поводу его высочество.

— Даю свое соизволение, князь, — немного подумав, произнес Александр. — Не мне вам советовать. Если выйдет, награжу. А не выйдет, что ж, не везде можно добиться успеха, будем думать. Какие у вас планы, князь Бельский?

— Ну, ваше высочество, вы же просили меня устроить охоту на духов, черных, золотых и серебряных, вот и займусь, если, конечно, у Екатерины Федоровны найдется то, что мне нужно. Ловушки и накопители.

— Мы ей в помощь еще пару артефакторов нашли, они уже учатся делать ловушки для черных духов. Так что вскоре на них начнут охоту и обыкновенные ловцы. Документация по ним была отправлена в Столенград, здесь в мертвый город только вы, Михаил Иванович, попасть можете, а там в нашем распоряжении целые руины. Вот только нам нужны черные духи уже сейчас.

— Я услышал вас, Ваше высочество, сегодня выясню у Екатерины Федоровны, чем я могу располагать, и выдвинусь на охоту.

— Хорошо, князь, а теперь ступайте, вам нужно отдохнуть, а нам подумать.

Михаил поклонился и направился к выходу.

— Князь, — окликнул его наследник престола, когда он был уже у дверей.

— Вы можете разрушить колонну? — поинтересовался Георгий.

Михаил отрицательно покачал головой.

— Я же рассказал вам, светлейший князь, как она влияет на все вокруг. Я и на две сотни метров к ней приблизиться не смог, я стал терять контроль над Горынычем, а у меня жутко заболела голова. Для атаки мне нужно подойти меньше, чем на сотню метров. Скорее всего, это меня убьет с гарантией, так как защиты от воздействия колонны у меня нет.

— Я услышал вас, князь, — произнес Георгий. — Но как время будет, подумайте, как справиться с этой напастью.

Михаил кивнул и вышел, уже через десять минут он переступил порог дома, где был встречен Клавдией, которая забрала у него плащ и треуголку.

— Княгини в столовой, ваше сиятельство, — доложилась она, — ужин будет подан, как только вы спуститесь.

— Хорошо, — ответил Михаил. — Дайте мне привести себя в порядок, пот смыть.

Ужин вышел тихим и спокойным, а вот ночь, наоборот, бурной.

— Миш, а Миш, — закинув ногу ему на бедро и