Адвокат для Демона - Аврелия Скай

Я поставила кружку. Он не отводил взгляда. В его золотых глазах не было ни лукавства, ни расчета. Только тихая, непривычная для него решимость.

– Ладно, – сказала я. – Что ты предлагаешь?

– Гулять, – ответил он так, будто произносил иностранное слово впервые. – Я видел, как люди в вашем мире это делают. Они идут рядом. Медленно. Без цели. Иногда останавливаются и смотрят на воду. Это... это и есть «свидание»?

Я улыбнулась.

– Это и есть свидание, Ксандр.

Мы пошли пешком. Не в парк «Дубки» – подальше, к набережной канала, где в будний день почти никого не было. Октябрьский воздух пах мокрыми листьями и дымом от чьего-то костра.

Ксандр шел рядом, засунув руки в карманы джинсов. В новой черной куртке (купленной на деньги Петровича – двойной тариф, благослови его Маршал) он выглядел почти как обычный мужчина. Почти. Если не считать того, что прохожие невольно обходили его стороной, как обходят стороной большую собаку – не из страха, а из инстинктивного уважения к чему-то, что больше тебя.

– Ксандр, – я подняла воротник своего пальто. – Расскажи мне что-нибудь. Про Пятый круг. Не про войну и не про пытки. Что-нибудь... обычное.

Он молчал так долго, что я решила – не ответит. Потом заговорил.

– Там есть река. Не из воды – из чего-то другого, тяжелого и густого. Она течет через весь Круг, от стены до стены. По ночам – если можно назвать это ночью, когда небо просто становится темнее – река светится. Не фиолетовым, нет. Мягким, белым светом. Единственный белый свет во всем Аду.

– Красиво, – тихо сказала я.

– Я ходил к ней, когда хотел побыть один, – продолжил он. – Три тысячи лет. Один на берегу светящейся реки. Звучит поэтично, да? На самом деле это было... пусто. Я не знал, что это – одиночество. Думал, так устроен мир.

Он остановился у перил набережной. Канал внизу лениво нес мутную воду, в которой отражались облака.

– А потом я оказался на твоем кухонном столе, – он усмехнулся. – Среди крошек от печенья и неоплаченных счетов. И ты сказала мне «слышь». И мир перестал быть пустым.

Я стояла рядом, глядя на воду. Ветер трепал мои волосы, и я чувствовала его тепло – он всегда излучал тепло, даже когда ничего не делал.

– Ксандр...

– Лена, я хочу, чтобы ты знала, – он повернулся ко мне. – Контракт. Дарственная. Жатва. Это все... это стало неважным.

– Что? – я подняла на него глаза.

– Я больше не хочу забрать у тебя Пятый круг и вернуться обратно. Нет, я хочу вернуть свой трон – это мой долг, моя война. Но если после всего этого... если после суда и Жатвы ты скажешь «уходи»... – он замолчал, и я увидела, как дрогнул мускул на его челюсти. – Я не уверен, что смогу.

Ветер. Канал. Облака в мутной воде.

– Ксандр, – сказала я, и мой голос звучал ровно, хотя внутри все тряслось. – Мы знакомы пять дней.

– Пять дней, – согласился он. – Для демона, который прожил три тысячи лет, это как одно мгновение. Но в это мгновение поместилось больше, чем во все предыдущие.

Я хотела ответить. Хотела сказать что-то умное, едкое, адвокатское – чтобы снять напряжение, чтобы не тонуть в его золотых глазах, чтобы не признавать, что чувствую то же самое.

Но не успела.

Ксандр резко дернулся. Его рука метнулась к моему плечу, толкая меня за парапет. В ту же секунду воздух там, где только что была моя голова, рассекло что-то черное и острое.

Я упала на мокрый асфальт, ободрав ладони. Подняла голову.

На набережной стояли пятеро. Не трое, как раньше. Пятеро. Серые костюмы, безликие лица. Но эти были другими – массивнее, плотнее, и от них несло не пеплом, а чем-то кислым и жгучим, как расплавленный металл.

– Элитный отряд, – процедил Ксандр, вставая между мной и Посланниками. Его куртка задымилась и лопнула по швам, когда татуировки полыхнули фиолетовым. – Ваал прислал Палачей. Он больше не играет.

– Ксандр, их пятеро!

– Я вижу.

– Ты не можешь драться с пятерыми! Ты же сам говорил – после каждого боя тебе нужна подзарядка!

– Значит, сегодня я буду экономить. Беги к машине!

– Нет, – я поднялась, чувствуя, как адреналин сжигает страх. – Я не бегу. Где «Лада»?

– Лена, в этот раз их пятеро! Машина не...

– Где. «Лада».

– За углом. Но...

Я уже бежала.

За спиной раздался грохот – Ксандр столкнулся с первыми двумя Палачами. Земля под ногами задрожала, фонарный столб рядом лопнул, как спичка.

Я добежала до «Лады», рухнула за руль и завела мотор. Руки дрожали, но голова работала ясно. Пять дней назад я сбила одного Посланника. Сегодня их пятеро. Машина не поможет.

Но машина – не единственное, что у меня есть.

Я схватила телефон и набрала номер.

– Лейтенант Соколов? Это Маркова. На набережной канала драка. Пять человек в серых костюмах нападают на моего помощника. Да, того самого. Нет, не пьяные. Вооружены. Приезжайте быстро.

– Мы будем через семь минут, – отозвался Соколов.

Семь минут. Мне нужно было дать Ксандру семь минут.

Я вырулила на набережную. Картина, которую высветили мои фары, была из кошмара. Ксандр дрался с тремя Палачами одновременно, двух он уже вывел из строя – серые кучки пепла дымились на мокром асфальте. Но оставшиеся трое были быстрее и злее. На его плече виднелась длинная рваная рана, из которой сочился не кровь, а густая, фиолетовая жидкость.

Один из Палачей отделился от схватки и двинулся к машине. Ко мне.

Я включила дальний свет и врубила клаксон. Непрерывный, оглушительный вой «Лады» разорвал ночную тишину. Окна в ближайших домах начали загораться.

– Ментальный фильтр, Ксандр! – заорала я через открытое окно. – Люди видят «драку»! Чем больше свидетелей – тем сложнее Посланникам действовать!

Ксандр, отбиваясь от двоих, успел обернуться. И я увидела – он понял. Он усмехнулся окровавленными губами и рявкнул что-то