Проклятие - Кассандра О'Доннелл
– Возможно… Здесь настоящий лабиринт, – ответила она.
– И мы никого не встретили, – вздохнул Ориэль.
Силанс согласилась с ним. В особняке явно было много прислуги, и от этого знания тишина, царившая не только в коридорах, но и во всем доме, ощущалась еще сильнее.
– О, раз уж ты об этом заговорил, – сказала она, напрягая слух, – мне кажется, сюда кто-то идет.
Ориэль повернул голову в противоположную сторону. Они услышали чьи-то шаги, затем еще, но никого не увидели.
– Что происходит? Я ничего не понимаю, – удивился Ориэль.
– Вероятно, эти шаги доносятся из другого коридора, – объяснила Силанс. – Это старый дом, и из-за множества труб в стенах звук эхом разносится по…
Ориэль открыл рот, собираясь сказать, что шаги определенно доносятся не из труб, как вдруг услышал глухой стук в стене.
– Может, у них тут какие-то ремонтные работы? – предположил он.
– В это время суток? Сомневаюсь.
– Если только это не проблема с сантехникой, протечка или…
В тот же миг по всем стенам прокатился глухой стук, словно кто-то колотил по ним изнутри или они вот-вот готовы были взлететь на воздух. И вдруг Ориэлю показалось, что он увидел движение в дальнем конце коридора. Он сделал несколько шагов вперед и понял, что это тень… тень, медленно расползающаяся по стенам и потолку. Он смотрел на нее секунду-две, желая убедиться, что это не сон, а затем сработал инстинкт:
– Нам нельзя здесь оставаться!
– Что?
– Бежим! – крикнул он, схватив сестру за руку, и побежал.
– Ориэль! Что ты делаешь? – воскликнула Силанс, не понимая, что на него нашло.
– Нам нужно уходить отсюда! – бросил он, увлекая ее в боковой коридор.
– Но почему?
Ориэль никогда не рассказывал об этом Силанс, но в детстве у него часто возникали пугающие предчувствия. Он помнил только самые яркие, например, как однажды отпустил руку матери и перебежал на другую сторону улицы, чтобы заставить ее следовать за ним, а в следующее мгновение огромные строительные леса рухнули на тротуар, где они стояли всего несколько секунд назад. Или как однажды он почувствовал, что сосед с пятого этажа хочет причинить ему вред, и начал кричать, чтобы привлечь внимание соседей. Тогда он был слишком мал, чтобы анализировать свои действия. Он просто чувствовал опасность и реагировал инстинктивно, не задумываясь. То же самое происходило и сейчас: Ориэль не рассуждал, не пытался понять. Он ощущал приближение угрозы и действовал без колебаний.
– Может, хоть раз в жизни ты поверишь мне на слово и не будешь задавать вопросов? – рявкнул он дрожащим от паники голосом.
– Ладно-ладно, не нужно так кричать! – ответила Силанс.
– Быстрее! Быстрее! – подгонял ее Ориэль, пока они бежали по длинному коридору.
– Стоп! Вот оно! Это детская! – запыхавшись, крикнула Силанс, остановившись перед двойными дверями.
Ориэль тут же бросился внутрь, потянув за собой сестру, быстро закрыл дверь и еще долго прислушивался к происходящему снаружи.
– Я… я думаю, все будет хорошо, оно» за нами не последовало, – сказал он спустя некоторое время.
– Что? О чем ты говоришь? – недоуменно спросила она.
– О тени.
– Ладно, э-эм… ты немного странно себя ведешь. Ты уверен, что с тобой все в порядке? – спросила Силанс.
Ориэль посмотрел на нее, ничего не ответив.
– Знаешь, если тебе так не хватает пробежек по стадиону, то за городом есть большой парк. Ни в чем себе не отказывай, – добавила она в шутку.
Ориэль закатил глаза.
– Нет худшего слепца, чем тот, кто видеть не желает.
– И что это значит?
Он пожал плечами.
– Это значит, что тебе следует избегать вопросов, ответы на которые ты не хочешь знать.
– Порой мне бывает очень трудно тебя понять.
– Да, я знаю, – ответил Ориэль, прежде чем направиться в ванную, включить лампу и посмотреть на свое отражение в зеркале над раковиной.
За последние шесть-семь лет у него ни разу не было такого ужасающего предчувствия. Этот дар ослабел с возрастом, а затем и вовсе исчез. По крайней мере, Ориэль так думал. Но после того, что произошло всего несколько минут назад, он уже не был так уверен. В детстве все происходило как в тумане, и он не понимал, что настолько развитая интуиция – это ненормально. Тогда он не видел в этом ничего удивительного, но сейчас все было совершенно иначе. Да, теперь Ориэль понимал, насколько это странно, и это пугало его. Он невольно задумался, не связано ли внезапное возвращение его дара с этим местом. С особняком. И с теми опасностями, которые таились в его стенах.
– Ориэль, поторапливайся, я бы хотела умыться и почистить зубы перед тем, как лечь спать! – проворчала Силанс из-за двери.
Закатив глаза, Ориэль толкнул задвижку и открыл дверь ванной комнаты.
– Ох, наконец-то! Ты тут застрял на целый час!
Ориэль опешил. Час? Да этого быть не могло.
– Ты шутишь? Я только что вошел!
– Ну да, конечно. За это время я успела прочесть как минимум восемь глав и…
Она резко осеклась и выпалила:
– А ты до сих пор полностью одет и даже еще не принял душ!
Ориэль нахмурился. Силанс не лгала и не подшучивала над ним – он видел это по озадаченному выражению ее лица. Проклятье! Что за чертовщина тут творится? Неужели это с ним что-то не так? Он так погрузился в свои мысли, что не заметил, как пролетело время? Или дело в Силанс? А может, в самом особняке? И где все это время блуждали его мысли?
Глава 12
– Ты это видела? Похоже на нечто среднее между ужасным особняком и не менее ужасной церковью, – пошутил Ориэль.
Силанс подняла взгляд на огромное здание, возвышающееся в конце подъездной дороги. Академия Крошмор, как и поместье их семьи, стояла на холме, откуда было видно весь город. И, надо признать, выглядела она весьма своеобразно: центральный корпус с треугольными пристройками по бокам, черные каменные стены, серые мраморные арки над окнами, цветные витражи и выступающий фасад со стрельчатыми сводами.
– Строго говоря, в Уиспер-тауне нет церкви, сэр, – внезапно заявил Фрэнк Барнетт, припарковавшись неподалеку от входа. – Ни церкви, ни храма, ни мечети.
Силанс и Ориэль обменялись ошеломленными взглядами.
– М-да… весьма необычно. Чтобы в городе не было ни одного места для богослужения, молитвы или собраний – это