Город богов и монстров - Кайла Эдвардс

– Извини… – промямлила Лорен.

– Я был бы признателен, если бы ты не строила догадок на мой счет, Калла.

– Похоже, не одна я их строю.

Он дернул чернильно-черной бровью, согласившись:

– В самом деле.

Лорен почти доедала, когда Дарьену позвонили. Извинившись, он приглушенно бросил в трубку «Да» и скрылся в библиотеке.

Борясь с желанием вылизать миску дочиста, Лорен выскребала из нее все остатки, а потом соскочила с табурета и сунула вилку с миской в посудомойку.

И когда уже закрывала ее, дверь распахнулась. Вскинув голову, Лорен увидела, как в дом входит Ивиана Кассель, стуча высокими каблуками черных сапог до колена. Она бросила ключи в деревянную чашу на столе в холле, развернулась, взмахнув темными волосами, и замерла, заметив Лорен у кухонного островка.

Лорен открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, но не издала ни звука. Выглядела она наверняка как рыба, выброшенная на берег, и уже не в первый раз за этот вечер.

– О-о! – Ивиана заморгала, ее густые ресницы казались темнее в контрасте с глазами голубовато-стального оттенка, как и у ее брата. – Ты, должно быть, Лорен.

Уверенной и грациозной походкой Ивиана вошла в кухню. Лорен была наслышана о ней, как и о других шести Дьяволах, и большинство этих слухов были настолько жуткими, что волосы вставали дыбом. Ивиана внушала страх не только потому, что приходилось сестрой-близнецом Дарьену. Невозможно быть мракоумертвителем, а тем более Дьяволом, не обагрив руки кровью, чтобы заслужить этот титул. Но Ивиана оказалась такой красивой, тонкой и грациозной, что Лорен с трудом могла представить, как она совершает все то, что приписывали ей слухи.

Приблизившись, Ивиана протянула руку.

– Приятно познакомиться.

Лорен ответила на ее дружеский жест, рука мракоумертвительницы была слегка прохладной после улицы, а пожатие – на удивление твердым.

– А ты, наверное, Ивиана, – сказала Лорен. – Мне тоже приятно с тобой познакомиться.

– А с остальными ты уже виделась?

Лорен кивнула.

– Да, – она прочистила горло. – Все они были очень… любезны.

Судя по улыбке Ивианы, она точно знала, какого рода была эта любезность.

– Понадобится немного времени, но я уверена, что ты здесь прекрасно приживешься, – и она окинула Лорен взглядом, но совсем не таким, как Лейс. Более… пытливым. Как будто заметила в ней то, чего не видели другие. – Каждый, кого привозит в Адские Врата мой брат, здесь более чем желанный гость.

– Спасибо, – отозвалась Лорен.

Ивиана улыбнулась.

– Понимаю, слишком краткий получился разговор, но я вымоталась, так что прошу меня простить.

Лорен снова прокашлялась.

– Ничего.

Ивиана улыбнулась и направилась к лестнице.

– Спокойной ночи, Лорен. Здесь ты в безопасности, – и она взбежала по ступенькам прежде, чем Лорен успела ответить.

В ожидании, когда вернется Дарьен, Лорен бродила по кухне и разглядывала оживленные магией снимки, примагниченные к холодильнику. На снимках семь умертвителей, живущих здесь, занимались самыми обычными делами. Ездили на мотоциклах, играли в покер в столовой, позировали перед памятниками.

Лорен перешла к фотографиям в рамках, развешанным у входной двери. Максимус был снят на кухне с набитым ртом, Дарьен и Ивиана – в кабине вертолета с авиационной гарнитурой на голове, Лейс, Дарьен, Тревис и еще два парня – Лорен предположила, что Таннер Атлас и Джек Стил, – позировали на заснеженной вершине горы в сноубордистском снаряжении.

Изучив снимки, Лорен незаметно для самой себя вернулась к одному из первых, с Дарьеном и Ивианой. И лишь когда Дарьен, закончив телефонный разговор, вернулся из библиотеки, Лорен поняла наконец, почему не могла оторвать взгляд от этого фото: все потому, что на нем Дарьен улыбался по-настоящему. А не как сегодня с ней, когда он отделывался полуулыбками. Когда он вошел на кухню, ей в глаза бросился контраст: его лицо на снимке и в реальности отличались как день и ночь.

Понимая, что это ее не касается, она все же задумалась: что за тайны он скрывает, если они сделали его таким, каким она сейчас видит его.

Проснувшись на следующее утро, Лорен обнаружила, что Дарьен уже уехал.

Перед домом вообще не было ни одной машины. И хотя Лорен понимала, что Дьяволы могли оставить их и в гараже, однако, пока она завтракала на кухне (где сегодня, хвала Звезде, домовиком и не пахло), ее не покидало ощущение, что в этом огромном и красивом доме она совсем одна. И поскольку Дарьен не соизволил предупредить, что бросит ее одну, уехав ни свет ни заря, она решила, что поступит с ним так же.

Закончив завтрак, она сполоснула миску с ложкой и вернулась к себе в комнату.

Она запихивала вещи в чемодан, даже не стараясь аккуратно сложить их и удивляясь, как может все то, что она упаковала лишь вчера, теперь в тот же чемодан упорно не вмещаться. За окном уже защебетали птицы, когда она с трудом затолкала на место сумку с туалетными принадлежностями и застегнула молнию.

Если во всей этой неразберихе она хоть что-нибудь понимала, то лишь одно: она здесь лишняя. А Дарьен, несмотря на вчерашнее предложение, не спешил помогать ей. Она отказывалась сидеть здесь сложа руки, пока Сабрина находится в заложниках у пары психопатов.

Ясное утро уже перешло в облачный и душный день, когда Лорен, одетая в серые легинсы, белый топик и джинсовую куртку, открыла входную дверь и покинула Адские Врата.

Она почти добралась до чугунных ворот, от магического барьера которых незримо вибрировал воздух, когда их створки распахнулись, впуская машину Дарьена.

Лорен продолжала идти, даже когда Дарьен притормозил рядом с ней, опустил тонированное стекло и взглянул на нее поверх темных очков.

– И куда это ты собралась, – он не спрашивал, а скорее упрекал ее за неверное решение.

– Я ухожу.

Он сдавал задним ходом, двигатель взрыкивал.

– И чего ты рассчитываешь добиться своим уходом? Конечно, кроме того, что тебя прикончат.

– Думаю, разберусь, когда придет время, – ей удалось ответить ему достаточно дерзко, но она все же невольно замедлила шаг. Под ее кроссовками похрустывал гравий.

Дарьен прибавил скорости и вывернул руль так, чтобы машина перегородила ей путь.

– Ты ведь знаешь: стоит тебе выйти за эти ворота, и те, кто следят за тобой, узнают, где ты, – напомнил он. – И не только ты сама подвергнешься опасности, но