Как приручить Снежинку - Татьяна Лаас
— Пойдемте, госпожа Снежина.
Прикасаться к ней он не рискнул. Арина расстегнула куртку, в которой уже было жарковато, и направилась за орком. Лучше за ним, чем за Шенком. Хотя дразнить гоблина оказалось забавно, особенно при Александрове. Он характером чем-то Даньку напоминал. Жаль, что орк. Полуорк. Хотя, если закрыть глаза на его вычурную зеленость… И происхождение… И выраженную маскулинность…
За углом Александров без предупреждения затормозил, впервые при Арине проявляя оркские черты и ругаясь:
— Хрень…
Она, чуть не врезавшись в его широкую спину, тоже выдавила от неожиданности:
— Безумная хрень…
Как вот чего испугался Александров! Сейчас Арина была с ним полностью согласна. Самой стало страшно. Если её заловят, то сорвется сразу все. Альбу будет не спасти. Саму Арину будет не спасти! Уж лучше замуж за того же Релонлея, чем оказаться в безопасном Альбионе под охраной самых лучших эльфов мира.
Шенк, отчаянно чавкая пирогом, что-то тоже добавил… весьма нелестное и абсолютно нецензурное.
Александров осторожно взял Арину за руку.
— Пожалуйста, без взбрыков… Я не опасен для вас…
Она от волнения забыла все слова со слогом «секс». Она потом отомстит. Сейчас широкая теплая ладонь, чуть шершавая от застарелых мозолей, была единственным якорем, который удержит её в Синеярске. До её побега, конечно. Только у него же оркские мозги, слишком податливые для воздействия… Защита из него так себе, наверное. Арина попыталась вырвать свою руку из его ладони. Александров покосился на нее и вздохнул. Очень обреченно. И отпустил её руку.
«Хрень» была эльфийкой, полуэльфийкой. Очаровательная, утонченная, недосягаемая, хрупкая до желания защитить во что бы то ни стало — даже Арину задело её даром, а ведь она совсем не годится в защитницы! За Александрова даже страшно стало — по нему это должно было катком пройтись, прочно вмуровывая в пол. Арина не раз видела, как хмурые, ничем не пробиваемые мужчины на колени падали перед вот такими трепетными ланями далеко за сотню лет поди. Одета лань была в не по погоде тонкое облегающее платье, эффектно фиолетовое, расшитое серебром, — эльфийки, к сожалению, не мерзнут и даже в сугробы не проваливаются.
Только Шенку все было ни по чём. Он усиленно работал мощными челюстями, пытаясь победить пирог.
Арина чуть не умерла от зависти — у эльфийки были огромные, как омуты, фиалковые глаза, правильный нос, прелестные ресницы, обольстительные скулы, как из-под руки лучшего гномьего скульптора, гладкое до статуарности без единой эмоции лицо и убойный дар, кроющий по площадям, а значит, не сильно она им и владела, раз даже Арину проняло. А, главное, у нее были короткие волосы оттенка платиновый блонд. Практические белые. Арина впервые подумала, что зря сразу стала подозревать Зою. Эта эльфийка больше подходила на роль маньяка — сразу нужные пол, прическа и цвет волос. Если еще и за Релонлеем бегает, то тот вообще ничего не понимает в сыскном деле. «И женщинах!» — мрачно добавила про себя Арина. Её он тоже не особо понял.
Эльфийка, грациозно покачиваясь, как ива на ветру, пошла к ним навстречу. Александров громко сглотнул. Шенк подавился пирогом и закашлялся. Это на миг разбило эмпатическую атаку эльфийки. Арина даже благодарна стала гоблину.
— Доброе утро, Вигго Гаррьевич! — Голос эльфийки журчал, как весенний ручеек. Он буквально чувствовался колкими льдинками на языке. Он морозной свежестью дышал в лицо. Перебор с воздействием! Голоса такими не бывают. Они не воздействуют на кожу, они не лезут в сердце, они не воспринимаются на вкус! — Позвольте узнать, что за очаровательная спутница с вами?
Он бросил на Арину умоляющий взгляд и сказал:
— Ядвига Феллимовна, позвольте вам представить госпожу Снежину. Это наш новый временный психолог. Шериф распорядился.
Голос эльфийки был полон печали, но на лице статуи ничего не изменилось.
— Психолог? Игнат Нилдинович не сообщал мне, что в управлении проблемы…
Эльфийка с головы до ног изучающе осмотрела Арину и задумалась. Волны её дара удушливой волной проходились по коже, словно ища брешь в защите. Арина в который раз поблагодарила судьбу, что когда-то на её пути встретился Альба. На Александрова она старалась не смотреть, чтобы еще больше не унизить парня — ему от эльфийки и так досталось.
Как же она ошибалась!
Александров подтолкнул Арину рукой в спину, заставляя шагать в сторону зала. Еще и проворчал при этом:
— Госпожа Снежина, идите уже — не хорошо опаздывать в первый же день! Я все доложу Игнату Нилдиновичу!
Он еще и Шенку придал ускорения. Тому удар пришелся по затылку. Случайно, наверное.
Эльфийка попыталась заступить Арине дорогу, но её за руку перехватил Александров, зарабатывая себе немилосердную смерть. Он совершенно серьезно сказал Ядвиге Феллимовне:
— Игнат Нилдинович не стал вас беспокоить. Он знает, что вы терпеть не можете копаться в наших примитивных мозгах!
Арина, спасаясь от эфирной бури, схватила Шенка за руку и потащила прочь, подкупая его:
— Я тебя сама научу быть метросексуалом…
— Не пойдеть! — возмутился гоблин, смешно подскакивая на каждом шагу. — Это мне Вигго скажет. Чё такое ваш сектант?
Арина не сдержала смешок:
— Объясню!
В спину ей ударила неприкрытая ненависть. Не умеет Ядвига Феллимовна владеть даром. Ей бы с гармонизатором позаниматься.
Арина у спасительных дверей зала оглянулась на Александрова — как она оказывается, ошиблась в парне. Надо будет извиниться. Впрочем, он сам понял, что всё дело в прикосновениях. Интеллект у него человеческий.
Эльфийка приподнялась на носочках, заглядывая Александрову в глаза. Голос её был полон сожаления, которое убивало.
— Зря ты так… Нам было хорошо вместе, но ты должен понимать, что ты одноразовый мальчик, Вигго.
По его виску потекла капелька пота. Больше Вигго ничем не выдал, как ему плохо. Откуда-то из холла донесся ох от Эмилии Соломоновны — даже её зацепило.
Арина не выдержала и дернулась назад, спасать Александрова — ему же мозги так сожгут! На её руке мертвым грузом повис Шенк, в буквальном смысле.
— Не надо! Он сам… Он же этот… Сектант?
— Метросексуал, — поправила гоблина Арина, замирая и заставляя себя вспоминать Альбу. Вигго ей никто. Альба… Тоже не особо кто, но она за него отвечает.
Шенк, одной рукой продолжая удерживать Арину, а второй галантно открывая дверь в зал, прошипел:
— Пош-ш-шли… — Он подумал и добавил: — Он не метро. Он этот… мавлин, который харизму куда не надо пихает…
Арина, отвлекаясь от Вигго и убийственного