Измена, месть, или Вторая попытка Виолки - Тиана Альтер

Оставшись один, Рейнер посмотрел на пустующую кровать Лиры и стиснул зубы.

Эта мелочь… Помимо того что спасла ему жизнь, рискуя собственной рукой, она ещё и доказала, что скверна обладает собственным разумом. Или, как минимум, волей. Если верить её словам, конечно, а Рейнер верил.

Куратора злило, что в момент, когда Алькор был ей нужен, он оказался бесполезным и беспомощным. Что именно ей пришлось спасать его. Что Лира оказалась в смертельной опасности, а Рейнер ничего не смог сделать.

Больше никогда не допущу такого. Не позволю ей рисковать собой. Особенно после того, что было в пещере.

Вспоминая их слова, Рейнер закинул руки за голову и уставился в потолок. Он был искренне рад этому разговору. Теперь они могли быть вместе не по принуждению, не из-за отсутствия у него магии, а потому что оба этого хотели.

А он, вдобавок ко всему, сможет наконец сдать экзамен и доказать отцу, что является настоящим магом. Всё начало налаживаться. И вся его жизнь так кардинально изменилась именно в тот момент, когда в ней появилась Элира.

Рейнер задумался и вдруг нахмурился. А ведь у них ещё не было ни одного нормального свидания. Только вынужденные тренировки и стрессовые ситуации.

Ладно.

Куратор улыбнулся краешком губ. Сейчас их выпишут из лазарета. Потом он сдаст ректору отчёт об этой ситуации, и сможет организовать ей настоящее свидание. Даже до экзамена получится выкроить время и провести его вместе.

Рейнер мечтательно перебирал в голове варианты, куда можно было бы её отвезти, и не заметил, как задремал.

Проснулся, когда Элира вошла в комнату. Алькор тут же сел, проморгался и спросил:

— О чём говорили с ректором?

— Он спрашивал про скверну. Правда ли она живая. Действительно ли я переманила её на себя, — протянула Лира скучным тоном. — Потом уточнил, не вру ли я. Я сказала, что не вру. — Она села на кровать. — Ну вот как-то так.

— В следующий раз пусть лучше занимаются изучением этой дряни, — сжав зубы, процедил Алькор, — а не позволяют студентке в стрессовой ситуации выяснять такие важные факты.

Медсестра снова вошла в лазарет с огромным подносом, и Рейнер встал с кровати, чтобы помочь.

— Не стоит, не стоит. Лежи. Я тут врач. Ты — больной, — возмутилась она, но куратор не послушал.

Они быстро расставили по тумбочкам тарелки с дымящейся кашей, сверху которой лежали ягоды и кусочки масла. Затем выставили большую стопку тостов и две кружки с травяным чаем.

Забрав поднос, медсестра кивнула на кровать, и Рейнер тут же сел, повинуясь её строгому взгляду.

— Всё съесть. Вам нужны силы и отдых. Поняли? Потом приду, проверю. И всё, быстро отдыхать.

Она хлопнула дверью и выключила основной свет, так что осталась только лампа на тумбочке, заливающая палату тёплым, приглушённым сиянием.

Рейнер взял тарелку и отправил в рот ложку тёплой сладкой каши с клубникой.

— А знаешь, — сказал Алькор, жуя, — мне даже может понравиться болеть. Ещё бы массаж и баня, и я бы не отличил это от курорта.

Элира улыбнулась и взяла свою порцию.

— Не знаю, — ответила она. — Я никогда в таких не была. Но если там неплохо кормят, то звучит заманчиво.

Логично, подумал Рейнер, стараясь сдерживать мысли, чтобы они не проскочили к Лире в голову. Значит, вот туда и вырвемся на пару дней. Был же хороший отель с баней и нормальными горячими источниками недалеко от города. Надо будет забронировать номер и договориться с ректором о выходных!

Дорогие читатели, очень нервничаю, но вынуждена сообщить вам, что мне нужно изменить график публикации, и главы будут выходить не каждый день, а через день. Связано это с тем, что мы с вами приближаемся к заключительной части книги, и по воле сюжета мы будем проживать очень тяжёлые и эмоциональные сцены, на создание которых у меня уходит много сил, времени и эмоциональных ресурсов. Я искренне надеюсь на ваше понимание, а также хочу поблагодарить каждого, кто дочитал до этого момента, за интерес к этой книге и вовлечение в судьбу героев. Я изо всех сил стараюсь радовать вас качественным текстом и буду надеяться на ваше понимание.

Элира

— Не помешала! — громко откашлялась медсестра, и я вздрогнула, отлипая от губ Рейнера. — Рада, что вы идете на поправку. — Она постояла в дверях, давая нам возможность отстраниться друг от друга. Рейнер быстро встал с кровати, заслонив меня, чтобы я успела пригладить растрепанные волосы.

Ну хоть просто целовались и дальше не зашли. И это в лазарете! Я приложила холодные ладони к пылающим щекам.

Мы уже второй день лежали в палате и достаточно восстановились. Благодаря стараниям медсестры рана быстро затянулась и почти не беспокоила, и теперь самым невыносимым было лежать рядом с Рейнером, слышать его мысли, находиться в сантиметрах друг от друга и при этом сдерживаться. Хотя удержаться всё равно не получилось. Хорошо, хоть медсестра не пришла чуть позже.

— Сегодня я вас выписываю! — радостно объявила она, подходя ближе. — Элира, можешь идти, а вас, господин Алькор, ректор просил зайти как можно скорее. — Она кивнула Рейнеру и протянула мне склянку с всё той же жёлтой шипящей жидкостью, от которой меня уже подташнивало. — Попейте для иммунитета. Если что-то будет беспокоить, сразу ко мне, — серьёзно добавила она.

Молча приняла пузырёк и почувствовала укол волнения. Было ясно, что ректор ещё не раз будет расспрашивать о случившемся в пещере, но вся эта ситуация казалась неразрешённой и очень беспокоила меня. И то, что скверна оказалась живой, и то, что этот факт либо скрывали, либо не знали, и то, что уже два дня нас совершенно не трогали, давая поправиться, всё это давило томительным ожиданием. Что-то в нашем последнем разговоре с ректором смущало и настораживало, хотя я не понимала, что именно. Вроде бы и вопросы обычные, и предостережение никому не рассказывать о случившемся понятное, но всё равно что-то было не так.

— Иди к себе. Я и сам собирался к ректору, а после увидимся, — Алькор положил руку мне на плечо, нежно погладив большим пальцем.

— Может, пойду с тобой? — я нахмурилась, не желая отпускать его одного.

Кончики губ Рейнера дрогнули в лёгкой улыбке:

— Иди, отдохни. Я скоро буду.

Я вышла из лазарета первой и поплелась к своей комнате, стараясь не смотреть на студентов, которые откровенно пялились. То, что про нашу историю уже все знают, было очевидно. Но в каких подробностях? Знают