Как приручить Снежинку - Татьяна Лаас

— Это кокон с переваренными останками, — пояснил Игнат.

— Твою же ма… — Эрки снова успел вовремя остановиться. — Вот только в подобном еще не копались.

— Всё бывает в первый раз! — заявил Вигго. Даже Игнат поморщился вслед за Эрки — орка и его жизнерадостность по утрам было трудновато переносить.

У машины их терпеливо ждал незнакомый эльф в камуфляжной одежде, сливавшейся с местностью. Только голова и была видна — защитный капюшон парень все же скинул, обозначив себя. Обычный хрупкий, неземной эльф из тех, кого хрен убьешь, потому что тонкокостность у него ложная. Он стоял, прислонившись к боку «Индрика», и что-то беззаботно насвистывал. Ядвига Феллимовна оказалась куда быстрее в расследовании, чем Игнат. Это злило, если честно. Заметив их приближение, эльф отключил маскировку, сурово сдвинул брови и высокомерно заявил:

— Эльфаук — наш. Его не трогать ни при каких обстоятельствах. Его местонахождение не выдавать. Бумаги от императора об операции особой секретности вам уже направлены. Хоть слово об эльфауке просочится из полиции — пожалеете.

Игнат отрешенно спросил:

— А если это драук?

Эльф смерил его гневным взглядом:

— Не беспокойтесь. Если по результатам ДНК окажется, что это ваша тварь, уничтожим без сожаления. Нам не привыкать давить подобных тварей. Как вы сегодня, не облажаемся.

Он неуловимым жестом натянул на голову капюшон и был таков. Только пустота вместо мира подсказывала, где эльф перемещался, прыгая, как белка, с дерева на дерево. Ни одна ветвь не шелохнулась и не выдала его. Не летела кора на снег, не сыпались иглы. Неуловимый высокомерный… эльф.

— Твою… Его эльфийскую мать! — выругался Эрки. Он был невежлив со всеми негномами, но неуважения к себе терпеть не мог. — Ну что, я созрел для изучения кормежки эльфауков.

— Одну секунду…

Игнат достал из кармана умфон и позвонил Эмилии Семеновне. Был девятый час утра, так что она уже точно не спала. Уже должна была быть на службе и во всю прикрывать опаздывающего Баева. Просьба Игната опять покормить кошек её не обрадовала, это точно. Канцеляристка кисло поинтересовалась:

— Больше ничего вам не нужно?

Пришлось снова просить — женщина же, имеет право капризничать:

— Эмилия Соломоновна, я буду бесконечно вам благодарен, если вы все же направите хоть кого-то из патрульных ко мне домой.

— Я вообще-то не об этом.

Игнат напрягся:

— Что-то случилось в городе?

Только этого сейчас не хватало. Эмилия Соломоновна по-прежнему кислым тоном отмахнулась от него:

— А что у нас может случиться? Маньяк затих, так что всё спокойно. Но вы точно…

Он её оборвал — Вигго до сих пор выглядел плохо и нуждался в помощи после яда:

— Эмилия Соломоновна, у меня трещит голова, я буду крайне признателен, если вы выволочку устроите чуть позднее. Что случилось?

— Вам список от Прокопа тех, кто интересовался ядом нужен?

Игнат тут же подобрался:

— Как он к вам попал? Впрочем, неважно. Можете мне скинуть?

— Конечно, Игнат Нилдинович. Только боюсь, он вам не понравится. И еще… Роман Федорович запрашивает в суде ордер на обыск… — Она замолчала, а потом все же выдавила из себя: — … кризисного центра Деминой и её квартиры.

— И моей тоже? — понял все Игнат.

Эмилия Соломоновна тихо подтвердила:

— И вашей тоже, Игнат Нилдинович.

Она, что… волнуется за него? Странно. Такого от нее Игнат не ожидал. Он поднял голову вверх, мысленно выругался и всё так же спокойно сказал:

— Хорошо, кормежка котов отменяется — не хочу, чтобы кого-то из вас обвинили в сокрытии улик.

— А они…

— Эмилия Соломоновна, я дроу.

— Поняла, улик нет и не будет. Это хорошо. Я как-то к вам уже привыкать начала. Вы едете сюда?

— Нет. У меня есть свои дела тут. Может, к вечеру вернусь. Пусть Баев сам совершает свои ошибки. Список мне не скидывайте — еще не хватало, чтобы вас обвинили в пособничестве.

— Но как…

— Просто скажите: фамилия Зои Михайловны была в списке?

— Да.

— И Ядвиги Феллимовны?

— Да. А вы её подозреваете, да?

— Её подозревает Снежина. Спасибо вам за всё.

Оставалось надеяться, что у Баева, кроме слов Прокопа, еще что-то есть, иначе полетит его голова… Только кому надо оговаривать Зою? Снежина-то понятно — она безумна в своих размышлениях. Для чего подставляют Зою? В её виновность он не верил.

Эмилия Соломоновна неожиданно для гномки взволнованным голосом сказала:

— Игнат Нилдинович, я помню — я обещала позаботиться о ваших кошках, но не так скоро, вообще-то.

— Не берите в голову… Спасибо и до свидания.

— До свидания, Игнат Нилдинович, — из её уст это прозвучало крайне обиженно. Эмилия Соломоновна старалась, волновалась, а от неё просто отмахнулись. Игнат потом перед ней извинится.

Он прервал звонок, проверил все входящие на предмет пропущенных, потом прошелся по всем текстовикам-курьерам, вдруг Зоя написала, но ничего не было. Он набрал её номер и долго вслушивался в длинные бесконечные гудки. Как-то не вовремя они вчера поссорились… Совсем не вовремя.

Игнат убрал умфон в карман куртки. Испытывающему взгляду Вигго его не усовестить, и уже тем более раздраженному гномьему. Последний вообще можно проигнорировать — просто не опускать глаза и все. Эрки Орьевич пусть хоть запрыгается.

— Игнат Нилдинович…

— З-з-зараза белобрысая, что еще случилось?

— В машину, иначе брошу тут, — только и сказал Игнат. Ему надо все обдумать без гномьего ворчания и подколок Вигго.

До штольни добрались только после двенадцати часов. Фургон криминалистов еле прорвался по заносам. Впрочем, его пришлось бросить у самого склона.

Прожектора и дизельгенератор перевозили на квадроциклетах, а потом долго устанавливали их в тесноте штольни.

Эрки Орьевич ругался, Олежек страдал, фотограф то и дело выскакивал из штольни — подышать свежим воздухом, пока срезали и опускали коконы. Олежек не иначе как с дуру открыл один и чуть не задохнулся от вони — от медведя остались только куски шкуры и вонючая жижа. Остальные коконы было решено перевезти в Синеярск и изучать уже там.

Игнат прошел на всякий всю штольню вплоть до каменного завала, заворачивая в очередной карман — ночью ему было не до того. Под сводом пещеры висел еще один кокон. Свежий. Который Игнат не видел. Из паучьих нитей торчали восемь кончиков лезвий. «Паук».

Вигго, помогавший таскать тяжелые коконы, замер рядом.

— Опа… Наш маньяк? Так эльфаучок на