Гамбит мёртвого бога - Александр Андреевич Лобанов
- Юрий, то, что ты умён, силён и способен на невозможное – в этом никто не сомневается, - примирительно заметила Варра. – Но у тебя есть недостатки. Один из них: ты неспособен вести людей за собой. Ты эгоист, который практически всех вокруг себя презирает, считая слабейшими. Ты не доверяешь никому, кроме себя и пары друзей, что считаешь достойными. И пусть ты понимаешь низменные помыслы людей, тебе на них плевать, ибо ты пытаешься достичь чего-то высокого за гранью их понимания. А в этом твоём действии отец увидел, что ты способен не только использовать людей, но и вести за собой к лучшему.
- Похоже, ты знала его лучше меня, - с ноткой зависти заметил я.
При этом захотелось доказать… не отцу, мертвецам уже на всех плевать, но хотя бы себе, что отец мог мной воистину гордиться. Что я могу работать на его уровне: разрабатывать многоступенчатые комбинации! Я раскрою дело Социалистов. Но прежде, я поймаю Ундерка… и сделать я должен красиво.
Я рывком поднялся. Аккуратно выбил докуренную трубку. Оправил костюм. И двинулся к Варре, бросив на ходу:
- Для скорби ещё настанет время. А сейчас пора приниматься за дело. Где наши пленники?
- В медицинском отделении, - перехватив мой вопрошающий взгляд, звероподобная недовольно огрызнулась: - Что? Мы пленных раньше не брали… врагов просто убивали. Вот камеры и не привели в порядок, они используются как склады. А в медицинском отделении есть несколько хорошо укреплённых комнат для буйных. Да и мисс Эльдерей им не одолеть.
Я кивнул, принимая объяснение, и мы с Варрой шагнули в открывшийся Пробой. Вотчина Последней со вчерашней экскурсии по базе, да и сегодняшней доставки отца не изменилась. Светло. Просторно. Прохладно. Оборудование неприятно блестящее полированными боками. Немного неуютно от запаха дезинфекции. Ну и тело отца, прикрытое простынёй на каталке, тоже не добавляло настроения.
Мисс Эльдерей чуть в стороне вела приём малышки лет шести, весело болтающей ногами. Судя по обрывкам разговора, что-то о зубной боли и сладостях.
Мефи крутится возле корзинки с Туо. Норка после побоев представителя СДО очень плохо себя чувствовала и не двигалась, а мелкий белый прохвост не находил себе места, пытаясь то лизнуть, то потереться о подругу. А когда его усилия вновь оказывались тщетны, то едва слышно поскуливал.
Рейм и Лорн сидели с другой стороны помещения, у нескольких массивных дверей с прорезями для подачи еды и окошечками для наблюдений – новоявленные казематы. Рейм после купания в океане совсем расхворался и сейчас пил горячий настой, то и дело покашливая в кулак. Именно к ним я и направился.
- Рейм, госпожа Лорн? Уже удалось что-нибудь выяснить?
- Мы ждали тебя, друг мой, - Рейм улыбнулся. Сочувствующе.
Я скрипнул зубами от бешенства. Чувствовать слабость – очень неприятно. Это раздражало что-то в глубине сознание и души. Это заставляло действовать. Но если кто-то другой обращал внимание на твою слабость и пытался “поддержать” или “помочь” без просьбы на то – это вызывало раздражение во сто крат сильнее. И действие обычно выражалось в бешенстве и гневе, дабы показать, что “слабость” не мешает быть сильным.
Но в этот раз я сдержался, ибо друзьям приходилось спускать некоторые моменты. Кроме того Лорн, как эмпат, уловила моё настроение и поспешила исправить ситуацию.
- Полагаю, ты захочешь отвлечься допросом? Иммунный очнулся с полчаса назад и теперь буйствует. Из него будет весело выбивать ответы, - улыбка понимающая, чуть с отблеском хищничества.
- А что со вторым? Доктор. Раб.
- Проснулся почти сразу, как прибыл, друг мой. Мисс Эльдерей его осмотрела и выявила истощение. Его освободили от цепей и накормили, и он теперь счастлив. Даже жаль его…
Я был полностью солидарен. Когда мы находились под прикрытием в Юнион, то работорговля была крайне отвратной, но всё же альтернативой убийства многих неугодных Юнион. И теперь несколько десятков душ, что были проданы в СДО, всегда будут на моей совести. Кроме этой…
- Я поговорю с ним, - решившись, я направился к цели, заметив: - Когда мисс Эльдерей освободится, то пусть просканирует сознание второго пленника. Сравним данные.
Последние, с их возможностью проникать в помыслы и чувства разумных, могли бы стать великолепными дознавателями. Их даже порой привлекали для этого… вот только соглашались они крайне редко. Только в вопросах государственного значения, где цена ошибки – сотни и тысячи жизней, или когда имелась опасность осудить невиновного, и тот сам был готов подвергнуться чтению памяти и мыслей. Жаль, что в своё время доктор Лембер не попросил подобного для себя… Но сейчас во время войны опасность массовых жертв должна сподвигнуть мисс Эльдерей помочь нам.
При ближайшем рассмотрении и в белом больничном халате бывший доктор выглядел ещё хуже, чем показалось изначально: впалые глаза, ссадина и синяки, кожа обтянула скелет словно у мумии, частично выпали волосы. Но при этом человек улыбался, словно и не попал в плен… хотя, по сравнению с рабством, что лучше – это вопрос. Однако улыбка сползла с лица врача, как капля дождя по стеклу, стоило появиться мне.
- Лучше убейте, я туда не вернусь, - тихо, но непреклонно заметил доктор, невольно сжимаясь на мягких нарах, словно перед ударом.
- Я и не прошу, - стараясь показать своё миролюбие, я уселся прямо на пол у закрытой двери. – Я пришёл к вам извиниться. Как представитель Империи, Пространственник Юрий Сломов, - я чуть оттопырил ухо, демонстрируя серьгу Пространственника. – Вы невольно стали частью операции по уничтожению организации Юнион. И в этом моя вина.
- Я Фирин Пакр. Практикующий хирург… по крайней мере, был, – доктор чуть расслабился, хотя и не полностью. – Так вы от властей Империи?
- Не совсем… - я замялся. Я не вру. Мне это претит. Но и говорить правду – значит спугнуть человека. Поэтому я выбрал промежуточный вариант: - Я сейчас автономен, ищу предателей Империи. И во время сегодняшней операции, где мы спасли вас от СДО, главной целью являлась именно охота на них.
- Та парочка безумных Пространственников, что хотела заключить договор с СДО? – в голосе старика прорезались нотки злобы. – Они не посмотрели