Дорога Ведьм - Кейт Эллиот

— Пошла ты нахрен.

Он вышел из умывальной комнате, оставив ее с тазиками холодной воды и лампой, фитиль которой начал оплывать. Она подлила в лампу еще масла, чтобы поддержать пламя, но это было все, на что она была способна. Потом она села в углу и занялась чисткой ботинок — самым успокаивающим занятием, которое она знала. Остальные пришли, умылись и ушли, не заговорив с ней.

Последней пришла Лувиара, которая спросила:

— Помощница-курьер, вы идете в столовую?

При мысли о гневе Кема у нее словно комок застрял в горле. Элен не хотелось есть, но она никогда не отказывалась от предложенной еды.

— Конечно.

Она проводила Лувиару со двора хостела. Фулмо стоял у двери хостела, как часовой, совершенно неподвижно.

— Разве он не пойдет с нами? Здесь не нужна охрана.

— Он не такой, как мы. Он питается звездным светом.

— Что?

Лувиара лукаво улыбнулась и направилась вслед за остальными, Элен последовала за ней.

— Эта история началась в деревнях на границе Запустения. Все гагасты, которые служат во дворце, вышли из Запустения. Я путешествовала по приграничным районам и записала все сведения, которые мне удалось собрать.

— Вы сомневаетесь в правдивости истории? Я имею в виду, о поедании звездного света.

— Истории сложны. Если бы мне пришлось делать предположения, я бы сказала, что это поверье возникло из-за привычки гагастов стоять ночью в полной неподвижности, обратив лица к небу. Можно подумать, что они поглощают звездный свет.

— Вы спрашивали Фулмо?

— Гагасты не говорят ни на одном из человеческих языков. Некоторые из них умеют читать и писать, что кажется мне любопытным. Вы, наверное, заметили, что у Фулмо на руке всего один большой палец и три обычных, но у него нежные прикосновения и исключительная ловкость рук, несмотря на его массивные размеры и неуклюжие на вид ладони. Возвращаясь к вопросу о языке, говорят, что айвуры могут общаться с гагастами при помощи света.

Они шли по дорожке с колоннами. Ипис отстала от передовой группы и, казалось, прислушивалась.

— Каковы айвуры на самом деле? — спросила Элен. — Кажется, вы встречались с ними в своих путешествиях.

— Так и есть.

— Это люди, которые потерялись, когда опустилась Пелена, и которые были превращены во что-то большее и в то же время меньшее, чем люди, с помощью колдовства?

— Так утверждается в Хрониках Зимнего Поэта. Вы читали эту книгу?

— В архиве интенданта. Да.

— Мне интересно узнать, что еще вы читали. Большинство интендантов не предоставляют помощникам-курьерам доступ к своим архивам.

Элен проигнорировала эту вопиющую попытку что-то из нее выудить и ответила на более безопасный вопрос.

— Ну, в пьесе Яркий, как Цветок, Восход Солнца айвуры изображены как мирный и красивый народ, который из поколения в поколение живет в больших деревьях-городах на далеком юге. Они никогда не едят мяса и не прибегают к насилию. Естественно, что молодой человек влюбляется в одну из их благородных придворных. Поэтому кажется, что айвуры всегда жили в этом мире. Но, по словам дочери интенданта, которая путешествовала со своим супругом по востоку, «айвур» — это просто название злобных Кровавых Волков и безжалостных Морских Волков. Она говорит, что они родились в Пелене, поэтому Пелена не может причинить им вреда, и именно поэтому их нужно сжечь. Как Споры.

— Мир не дает нам простых ответов. «Айвуры» — это официальное название, которое историки используют для обозначения народа, который очень похож на нас, людей, но обладает силами и обаянием, превосходящими обычные человеческие. Многие действительно верят, что айвуры вышли из Запустения семьдесят лет назад. Также верно, что набеги Морских Волков и нападения Кровавых Волков и их гигантских пауков на востоке начались только после появления Запустения. Но неясно, вышли ли они из самого Запустения, или только кажется, что они это сделали. Запустение было лишь одним из многих признаков изменений в стране, таких как голод, чума или шокирующе разрушительное землетрясение, как во времена правления императора Орхидеи.

— Как и сам подъем Пелены, — сказала Элен. — Хотя подъем произошел примерно за тридцать лет до появления Запустения.

— Вот и я о том же. Древние хроники предполагают, что айвуры всегда были здесь и жили на своей собственной родине, отдельно от людей. Например, в обширных южных лесах на протяжении многих поколений обитало таинственная и редко встречавшаяся популяция айвуров. Что-то в поднятии Пелены заставило айвуров обратить свое внимание на нас.

— Они люди или нет? — настойчиво спросила Элен.

Лувиара улыбнулась, удивленная этим вопросом.

— Вы думаете, я знаю?

— Я хочу услышать ваше ученое мнение, Ваше Достоинство.

— А. Хорошо. Из всех разумных народов мира айвуров легче принять за людей, чем сволтеров, гагастов или фрегиров. Или, очевидно, драконов. Но, по моему глубокому убеждению, они, как и остальные четверо, не люди. На самом деле, они не называют себя людьми. Мы никогда не должны совершать ошибку, думая, что они похожи на нас или хотят жить в гармоничном сообществе с нами, независимо от того, насколько они похожи на нас внешностью или очарованием их улыбок, а под очарованием я подразумеваю колдовство.

— Колдовство? Я думала, мы согласились, что практика колдовства была искоренена по приказу императора. Или, судя по стихотворению Последний Увядающий Цветок, была стерта с лица земли после падения королей-колдунов, много лет назад.

— Значит, мы должны надеяться, — мягко согласилась Лувиара. — Это больше, чем я хотела бы сказать, но люди не могут владеть магией, не жертвуя для этого собственной жизненной силой.

— Но теургистам не обязательно делать это, с их магией?

— У вас много вопросов, помощница-курьер. Но вы не аколит Храма Сердца, чтобы получать ответы. А, вот мы и пришли. Еда пахнет так аппетитно.

Хранитель держал лампу у открытой двери, которая вела в очаровательную комнату, отделанную деревянными панелями, с теплой кирпичной печью и длинным столом, уставленным блюдами.

У стола не было стульев, только скамьи по обеим сторонам. Стражи заколебались. Очевидно, скамьи стояли вне дворцового протокола. Элен спросила себя, что бы сделал принц Гевулин, окажись он здесь. Оказался бы он человеком, способным к адаптации, или нет?

Но, конечно, его здесь не было. После недолгого раздумья призрак уселся на середину одной из скамей и жестом пригласил Симо и Лувиару сесть по обе стороны от него. Джирви, Ксилси, Ипис и Кем сели напротив. Элен колебалась, пока хранитель не указал на скамью рядом с Лувиарой, которая кивнула. Таким образом, Элен оказалась за одним столом с принцем, хотя на самом деле он был призраком.

Хранитель прочистил горло. Это был пожилой человек, седовласый и жилистый.