Снежный Декабрь - Лиана Аманик

Медведь довольно зарокотал в груди. Вот же морда мохнатая! Он уже ковриком готов стелиться.

— Пахнет вкусно, — добавила она и подошла ближе, заглядывая мне через плечо.

— Овсянка, — пожал плечами, стараясь выглядеть буднично. — Не самое изысканное блюдо, но сытное.

Она кивнула и отошла к стулу, на котором я оставил её сумку. Положила на неё руку и постояла так несколько секунд, а потом подошла к столу и села за него, поджимая ноги под себя и укутываясь посильнее в одеяло.

Алёна замолчала, будто погружаясь в свои мысли, а я начал прокручивать в голове всё, что она спросила.

Каша приготовилась быстро. Я достал масло, мёд, орехи и сухофрукты. Всё поставил на стол, разлил кашу по тарелкам, поставил одну перед Алёной, вторую взял себе и сел напротив.

— Спасибо, — тихо ответила Алёна, обводя стол взглядом. И всё вокруг слишком неожиданно наполнилось тоской и болью.

Зверь внутри заскулил от таких неожиданных эмоций, заставляя и меня напрячься.

— Что‑то не так? — спросил, заглядывая в глаза Алёне.

— Всё так, — ответила она, но в голосе проскользнула боль. — Просто всё это напомнило мне о дедушке. Он тоже любил так есть кашу. Говорил, что это самая лучшая еда.

Невероятным усилием воли заставил себя усидеть на месте, чтобы не подхватить Алёну на руки и не начать утешать.

«Она просто человек, Кирилл! Не забывай!»

Ещё одна грустная улыбка коснулась её розовых губ. Алёна, добавив мёд и орехи, начала есть.

Поели мы в полной тишине, и только потрескивание огня в камине и печке разбавляло эту тишину. Но если моя человеческая часть впервые за много лет жизни наслаждалась всем, что происходит, то медведь не мог усидеть на месте.

Его будто что‑то звало. Хотя до полнолуния ещё несколько дней.

Наши миски опустели почти одновременно. Я молча поднялся, забирая и Алёнкину. Быстро помыл тарелки, всё время чувствуя на себе её взгляд.

Сказать, что внутри начала разливаться весна, — ничего не сказать! И снова зверя будто что‑то подстёгивало к обороту.

«Ты чего? Совсем перестал себя контролировать, что ли?» — попытался я образумить зверя, но тут услышал тихий голос Алёны:

— Как тебя зовут?

— Декабрь, — ответил я и присел подкинуть поленья в печку.

— А твои братья — одиннадцать месяцев? — нервно прыснула Алёна, и я улыбнулся её сравнению.

— А я Алёнка, — добавила она сквозь улыбку.

— Я знаю, — ответил я и повернул к ней голову, всё так же сидя у печки.

Алёна замерла от моего взгляда, будто пытаясь что‑то разглядеть.

— Твои глаза… — начала говорить она, а я понял, что зверь подобрался слишком близко, проявляя себя.

Нужно что‑то сказать, но сердце пропускает удар, когда я перевожу взгляд ей за плечо, замечая, как за окном, над лесом, поднимается луна.

— Рано же, — нервно говорю я и становлюсь во весь рост.

Вот почему зверь внутри бушует!

— Алёна… — разворачиваюсь к застывшей девушке, но громкий стук в дверь заставляет напрячься.

— Ты маньяк? — тихо спрашивает Алёна, но я не слышу страха вокруг. А вот запах, что доносится из‑за двери, нервирует.

Его я точно не ждал!

Глава 5

Я замер, прислушиваясь. Стук повторился — на этот раз громче, настойчивее. Алёна вздрогнула, инстинктивно подтянула одеяло к подбородку и поднялась из‑за стола.

Посмотрел на неё, быстро подошёл, взял за руку и повёл в комнату. На удивление, Алёна сразу пошла за мной, даже не сопротивляясь.

— Сиди тихо, — бросил я, заводя её в спальню и направляясь к двери.

Перед тем как распахнуть её, глубоко вдохнул, ещё раз убеждаясь в том, что мой гость за дверью один. Знакомый терпкий аромат хвои и железа. Дядя.

Распахнул дверь и уставился на стоящего на пороге Григория. Его седые волосы припорошило снегом, а в глазах плясали отблески луны.

Луны, которая сегодня взошла раньше срока! А такого не было…

— Ну и видок у тебя, — хмыкнул он, переступая через порог и отодвигая меня внутрь. — Будто медведя за хвост поймал и не знаешь, что с ним делать.

Я сдержал улыбку, но протянул руку, обхватил его выше кисти и притянул к себе, соприкасаясь плечами. Дядя всегда умел разрядить обстановку парой фраз, даже когда воздух вокруг буквально звенел от напряжения.

— Ты зачем пришёл?.. — начал я, но он лишь махнул рукой.

— Чувствуешь? — Он втянул воздух и нахмурился. — Тьма сгущается. Уже не просто бродит по окраинам — подбирается ближе. И знаешь, что самое забавное? — Он покосился в сторону комнаты, где сидела Алёна. — Она её тоже чувствует. Даже не понимая этого.

Я невольно сжал кулаки и молниеносно сделал шаг в сторону Григория, становясь так, чтобы он не прошёл дальше. Знаю я способность дяди вываливать всё на голову, не разобравшись.

— Она ничего не знает, — начал я и почувствовал, как зверь подступает слишком близко. — И не должна. По крайней мере, не сейчас.

— О‑о‑о, — протянул дядя, снимая тяжёлую куртку. — Романтика, значит? «Я таинственный незнакомец, а она — невинная душа, попавшая в мой мир»? Не сказал ей ничего ещё?

— Не смешно, — буркнул я.

Да и как я должен рассказать девушке, что чувствую её? Что не маньяк я вовсе, а обычный медведь!

Но Григорий лишь рассмеялся, прошёл вглубь дома и сразу же приступил к заглядыванию в кастрюли.

— Да ладно тебе, племянник. Я же чую тебя. И что с твоим зверем происходит, тоже чувствую. И ты чувствуешь, — он ткнул в меня пальцем, — что она — последний кусочек паззла, который ты всю жизнь искал.

— Перестань, — резко оборвал его я. — Это не то, что ты думаешь. Да и сам прекрасно знаешь, что не осталось в нашем мире уже такой магии.

На сердце становится тяжело, а зверь зло фыркает и начинает бить лапой. Ненавидит мой медведь враньё!

— Конечно, конечно, — дядя поднял руки в примиряющем жесте. — Ты просто спас девушку, привёз в свой дом, кормишь овсянкой и теперь готов рвать глотку любому, кто приблизится к ней. Чисто по‑дружески, да?

Я промолчал. Дядя знал, как поддеть. И я уже собрался вступить в новую перепалку,