Всадник дракона - Таран Матару

– Мои братья мертвы, – процедил Джай сквозь стиснутые зубы. – И я прошел через ад. Так что извини, я не стану с тобой тут оставаться и умолять о доверии. Можешь путешествовать со мной, если хочешь. Но я не собираюсь стоять здесь и терпеть подобные оскорбления!

Он затаил дыхание и отбежал, чтобы оказаться вне досягаемости ее клинка, но тут же остановился.

Потому что там, перед ним… был второй дракон.

Джай застыл на месте. Он не мог пошевелиться, глядя на душераздирающее зрелище, открывшееся его взору.

В дракона принцессы попало более дюжины арбалетных стрел, их оперенные концы торчали из изумрудного туловища. Раны были открыты; кровь на земле загустела, превратившись в красную кашу от судорожных движений зверя.

Вблизи Джай был потрясен его размерами. Даже хиро показался бы карликом рядом с этим огромным существом: дракон был длиной и шириной с две повозки, от носа до хвоста. Как он забрался так далеко в лес, Джай не знал. Но знал, что зверь умирает.

Изумрудная грудь поднималась и опускалась так незаметно, что сначала юноша подумал, будто дракон уже скончался. Лишь движение желтых глаз и кровь, пузырившаяся из ноздрей, говорили о том, что он все еще жив. Теперь Джай знал, кто сбежал на спине дракона.

– Йормун унесла меня так далеко, как только могла, – прошептала Фрида за его спиной. – Но ее силы иссякли. Скоро за ней придут.

Она всхлипнула и упала на колени рядом со зверем.

– Ты можешь ее исцелить? – спросил Джай.

Фрида провела пальцами по боку зверя, и дракон издал низкое, печальное рычание.

– Я пыталась, но ее состояние уже не поддается лечению. У меня почти не осталось маны, чтобы облегчить ее боль.

Джай почувствовал укол вины, задаваясь вопросом, не потратила ли она свою ману на него так же, как Балбир. Но ран у дракона было слишком много. Невозможно было исцелить их все.

Лоб Фриды был мокрым от пота; ее тело сотрясала дрожь. Это было странно. Почему она так страдала? У нее не было ни единой травмы – во всяком случае, Джай ничего не заметил. Она был связана душой, поэтому холод наверняка на нее не влиял. Может, ее отравили, как Ивара?

– Нет, – прошептала Фрида, опускаясь на землю и кладя рогатую голову чудовища себе на колени. – Нет, пожалуйста, будь сильной, любовь моя!

Джай опустился на колени рядом с девушкой. Он не знал, что сказать, и не понимал, какая связь существует между служанкой и драконом ее госпожи, но не хотел, чтобы Фрида проходила через это в одиночку.

Дракон испустил долгий вздох. Огромный бок поднялся – и замер. В глубине леса стало тихо. Казалось, даже ветер перестал шуметь.

Фрида закричала, и ее крик отчаяния казался бесконечным. Когда Джай приблизился, чтобы утешить ее, положив руку ей на плечо, девушка упала навзничь. Ее глаза смотрели невидящим взглядом, а изо рта пошла пена. Фрида скрючивалась и извивалась всем телом, барабаня пятками по земле. Джай лишь придерживал ее голову, чтоб она не билась ею о землю.

– Фрида! – позвал он, подняв девушку. Ее кожа была ледяной.

Это было не отравление – нечто другое. Зрачки Фриды расширились, превратившись в два темных круга, так что синева радужек едва виднелась. Лицо девушки было искажено страхом, неестественно кривилось в беззвучном крике, будто она видела что-то ужасное, но не могла отвести взгляд.

Затем она обмякла. На лице появилось некое подобие спокойствия, хотя оно оставалось изможденным и измученным.

– Фрида, – прошептал Джай. Он шлепнул ее по щеке, и девушка уронила голову ему на колени. – Фрида!

Никакого эффекта. Лишь поднеся пустую коробочку с трутом к ее носу и увидев, как от поверхности поднимается слабый пар, он понял, что Фрида еще жива.

Джай попытался понять, что произошло. Все случилось сразу же после смерти Йормун, и это не походило на простое совпадение. Была вероятность, что девушка отравилась, но теперь Джай понял: с Йормун была связана Фрида, а не Эрика.

Означало ли это, что принцесса не была связана душой? В этом был какой-то странный смысл. Связь со зверем и в лучшие времена была достаточно опасной. Возможно, Ивар решил не рисковать жизнью единственной наследницы ради соблюдения традиций – и устроил так, чтобы вместо Эрики душой с драконом связалась служанка.

Как бы то ни было, смерть дракона опустошила девушку как физически, так и душевно. Джай понятия не имел, что с ней будет теперь. Он не осмеливался ее тронуть, лишь развел костер, чтобы согреть ее холодное тело.

Теперь Фрида выглядела маленькой и хрупкой. Ее потемневшие от пота волосы прилипли к лицу, и Джай убрал их. Кожа девушки стала такой же бледной, как чешуя его дракона, а тени леса сделали резкие черты ее лица более глубокими.

Джай почувствовал пульсацию нити в своем сознании. Чувство… беспокойства. Он ощутил взгляд детеныша на своем затылке.

– Выходи уже, – позвал Джай.

Он не знал, почему произнес это, – малышка-дракон наверняка не понимала речи. Однако о смысле этих слов она догадалась.

Джай услышал топот лап и почувствовал внезапную тяжесть на плечах. Чешуя детеныша была горячей на ощупь, как теплая фарфоровая чашка. Юноша прислонился головой к боку зверька. Малышка радостно заурчала в ответ на его внимание, и это расслабило тело Джая, но не его разум. Столько всего произошло, что у него едва было время подумать. Что для его плана значила Фрида?

Сердце Джая бешено заколотилось. Будь он умнее – оставил бы девушку здесь. Скоро стражники Гвардии грифонов явятся за ней (или, скорее, за ее драконом). Джай подозревал, что Фрида прожила так долго лишь потому, что большинство грифонов и чамрошей разлетелись по уголкам империи, оповещая правителей, губернаторов и генералов о грядущей войне. Кроме того, мужчины были заняты тем, что насиловали и убивали половину слуг и пленников в Лациуме, лишая жизни всех степняков и свидетелей зверств, происходивших там.

Будут набраны легионы, укреплены границы. И великий монстр, которым была Сабинская империя, находящаяся в состоянии тотальной войны, вот-вот пробудится ото сна.

Не будь дракон Фриды смертельно ранен и не будь она простой служанкой, за ней гнались бы десятки стражников! Джай помнил, что его детеныш нашел Йормун и Фриду лишь по запаху. Ученик Гвардии грифонов в одиночку выследит их