Написать Империю 6 - Михаил Усачев

Гурдан, предводитель Каменных Рогов, скрестил руки на груди.

— Тогда говори прямо. Нам и без загадок хватает проблем.

Вейран медленно оглядел всех собравшихся.

— Вы решаете, принимать ли дары Империи. Одни боятся голода, другие — зависимости от людей. Но все вы исходите из одного: будто нам остаётся лишь выбрать, каким образом смириться с собственной слабостью.

— Ты прошёл весь этот путь, чтобы над нами поиздеваться? — спросила предводительница Золотого Ветра.

— Нет. Я пришёл предложить вам другой путь.

Вейран положил ладонь на тёмный амулет на груди.

— Мы должны вспомнить, кем были до того, как начали мерить свою силу человеческими мерками. Вспомнить нашу историю и то, что мы потеряли. Наши предки оставили нам не только рассказы о проклятой земле, но и память о том, кто погиб здесь.

Он выпрямился.

— Мы должны пробудить Истинного Звериного Бога!

На несколько мгновений в шатре воцарилась тишина.

Затем все загалдели, все разом.

Кто-то вскочил, осыпая Вейрана проклятиями. Другой потребовал прекратить этот разговор. Несколько старейшин принялись спорить, не слушая друг друга. Даже те, кто сохранял невозмутимость до этого, теперь смотрели на гостя с нескрываемым прищуром.

Гурдан коротко усмехнулся, но смех его прозвучал натянуто.

— Теперь мы и о богах сказки вспоминаем?

— Не просто о богах, — ответила предводительница Золотого Ветра. — О том, чья смерть превратила всю пустошь в проклятое место.

Серебряная Луна не перебивала. Она смотрела на Вейрана, пытаясь понять, верит ли он сам в то, что предлагает.

— Ты говоришь о боге, который погиб здесь, — наконец произнесла она. — О том самом, чья кровь, согласно вашим преданиям, отравила землю и воду? Ты хочешь вернуть его к жизни?

— Да.

— Почему мы должны верить, что это возможно?

Вейран посмотрел на Тарвека, старейшину, тоже хранившего предания о древней вере.

— Ты помнишь, как именно наши предки упоминали древнего бога?

Тарвек медленно провёл ладонью по седой бороде.

— Они называли его одним из трёх Вечных.

Эти слова заставили собравшихся притихнуть.

— Трёх Вечных? — переспросила Серебряная Луна. — Я слышала это название в старых песнях, но это и впрямь читается так буквально?

— Многие считали это простыми домыслами, — сказал Вейран. — Потому что веками у нас не было ничего, кроме легенд. Наш бог погиб, его святилища опустели, а мы просто скитались по свету и, даже вернувшись сюда, остались загнивать здесь как и его останки. Но теперь появились причины взглянуть на придания иначе.

— Какие ещё причины? — спросил Гурдан.

Вейран перевёл взгляд на собравшихся.

— Неужели вы не слышали, что произошло с племенем Рыгли?

Один из старейшин нахмурился, словно пытался извлечь из памяти давно забытый рассказ. Затем его глаза расширились.

— Великий Пепел…

— Именно, — подтвердил Вейран. — Божество Рыгли, которого считали исчезнувшим, вернулось в этот мир.

По шатру прокатился глухой ропот.

— Ты хочешь сказать, что его воскресили? — спросил отец Серебряной Луны.

— Я хочу сказать, что-то, что мы привыкли считать невозможным, уже произошло раньше.

— И это сделали чужаки! — Серебряная Луна подалась вперёд. — Это не вы сделали, правильно? — Дочь вождя, разумеется, хорошо знала о тех событиях, особенно имея возможность получать информацию из Империи.

Вейран не ответил прямо, но в его глазах мелькнуло удовлетворение.

— Силы, стоящие за ними, сумели вернуть Дух Горы. И для них это было ни то чтобы сложно. Это была демонстрация их могущества.

— Откуда ты знаешь? — резко спросил Гурдан.

— Потому что им нужны не просто божества. Их интересуют Вечные!

Вейран сделал паузу, позволяя совету осмыслить услышанное.

— Наш бог был одним из них. А значит, у чужаков может быть причина помочь нам вернуть его.

— Ты говоришь так, будто они сделают это ради нас, — произнесла предводительница Золотого Ветра. — Почему им вообще должно быть дело до звериных народов?

— А я и не говорю, что они станут делать это для нас.

Вейран впервые улыбнулся, но в этой улыбке не было тепла.

— Они преследуют собственную цель. И именно поэтому у нас появился шанс. Им нужна сила, которую мы сами вернуть не можем. Мы можем помочь им добраться до неё, а взамен получить возможность восстановить то, что было отнято у наших предков.

— Ты предлагаешь нам повиснуть на шее у чужаков вместо Империи? — спросил Гурдан.

— Нет. Империя предлагает пищу и защиту в обмен на нашу магию. Со временем мы можем стать зависимыми от неё настолько, что уже не сумеем отказаться. Я же предлагаю использовать интерес чужаков, не отдавая им право распоряжаться нашим будущим.

Отец Серебряной Луны внимательно смотрел на старейшину.

— Ты говоришь о существе, о котором мы почти ничего не знаем. Ты не можешь обещать, что оно вспомнит свой народ. Не можешь обещать, что оно вообще захочет иметь с нами дело.

— Не могу, — спокойно ответил Вейран. — И не стану обещать того, чего не знаю. Но если мы даже не попытаемся разобраться, то навсегда останемся прокляты! Сколько ещё поколений, столетий, мы будем страдать?

Он обвёл взглядом совет.

— Мы живём на земле, отравленной кровью нашего бога. Поколение за поколением страдаем от последствий его смерти, воюем за скудные ресурсы и боимся людей, чья сила растёт быстрее нашей. Мы привыкли считать это своей судьбой. Но что, если прошлое ещё можно изменить?

Вейран поднял голову.

— Только исправив то, что произошло с нами тогда, мы сможем сами выбрать своё будущее. Иначе мы так и будем страдать от людей — год за годом, поколение за поколением. Будем менять одни цепи на другие и называть это свободой.

В шатре никто не произнёс ни слова.

Серебряная Луна понимала, почему его слова находят отклик. Империя действительно предлагала выход из голода и междоусобиц. Но за её дарами стояла цена. Вейран предлагал рискнуть всем ради возможности, которая пока существовала лишь в преданиях и чужих намерениях.

— Хорошо, — сказала она. — Предположим, ты убедил нас, что возвращение Вечных возможно. Как ты собираешься это сделать?

Вейран убрал ладонь с амулета. Теперь он выглядел осторожнее.

— Это потребует огромных усилий. Уверен, если бы чужаки могли сделать это самостоятельно, то уже покинули бы наши земли. Им нужна помощь, и мы точно сможем на этом сыграть!

Он говорил уклончиво, намеренно