Развод с холодным драконом. Хозяйка Снежной долины - Светлана Романова

— До сегодняшнего дня был только у меня.

— Как неудобно! — придерживаю ворот халата, чтобы мужскому взгляду не открылась часть тела, непредназначенная для его наглых глаз. — Нужно составить график посещения. Не хотелось бы, чтобы вы пришли в самый, хм, ответственный момент.

— Через день вас устроит? — в голубых, даже ледяных глазах промелькнули смешинки.

Ему ещё и весело! Вот же, гад!

— Кстати, о вашей лошади, о которой вы так благополучно забыли, я позаботился. Можете не переживать.

— О, Боже, Дудка! — схватилась за голову. — Голова моя дырявая. Бедное животное! Она в порядке?

— Отвел её в стойло. Напоил, накормил. Нельзя же так с животными, госпожа! — магистрат так осуждающе качает головой, что мне нестерпимо захотелось настучать по этой самой голове, а ещё и за бороду его густую оттаскать, чтобы знал гад ползучий.

Вместо этого поблагодарила мужчину за помощь и ушла. Что же это получается, он может в любой момент войти в мой дом через источник? Так не годится! Не доверяю я ему. Какой-то он странный. Вполне может оказаться извращенцем.

Осматриваю резную дверь. Слава Богу, щеколда имеется. Вполне крепкая. Можно спать спокойно. Проверяю входную дверь. Открыта. Ругаю себя за беспечность и задвигаю крепкую щеколду.

Как же тут холодно! Спешу в теплую спальню. Томас сидит возле камина, о чем-то крепко задумавшись. Бедное дитя, сиротка. Даже представить не могу, как тебе одиноко. Сажусь рядом, обнимаю ребенка, и он так доверчиво льнет ко мне в поисках ласки, что мои глаза невольно слезами наливаются.

За окном воет метель, рядом в камине потрескивают поленья, а мы так и сидим обнявшись. Две одинокие души, которые нашли друг друга в этом чудном мире. Не знаю, сколько мы так просидели, наверное, долго. Метель за окном, кажется, сходит с ума. Она стучится в окно, играет со ставнями.

Глаза слипаются. Пора спать. Кажется, в сундуке видела простыни. Открываю, роюсь. Так и есть. Белоснежная, ни на тон не пожелтела. Точно магия!

Застилаю перину, вместо подушек кладем под голову найденные в сундуке вещи, накрываемся одеялом Беба и вмиг погружаемся в сладкий сон.

* * *

Выспалась чудесно. После того как мы с Томасом спали на досках в кибитке, начинаешь особенно ценить сон в мягкой постели. Поставила кастрюлю с рыбной похлебкой возле камина и принялась приводить себя в порядок. Волосы вчера так и не расчесала.

Около часа распутывала длиннющие локоны. Заплела их в тугую косу и твердо решила их состричь. До плеч будет в самый раз.

Доедаем с Томасом оставшуюся похлебку. Что дальше делать, ума не приложу. Могла бы убирать дом потихоньку, но за пределами этой комнаты холодно. Смотрю в окно. Метель отступила, но зато снега навалило не то, что по колено, с высоты кажется, что по самое горло.

Из раздумий меня вырывает настойчивый стук в дверь.

— Госпожа! Вы ещё не покинули нас? Госпожа!

Накидываю на плечи свой дырявый красный плащ и иду открывать дверь. Как же холодно! Томас греется у камина, иногда выглядывая в окно, чтобы полюбоваться снегом.

— Не ушли ещё? — Дора пытливо смотрит мне в глаза, будто ищет подтверждение своим словам.

— Я не уйду, Дора. Мне некуда идти. Теперь здесь мой дом.

— Вот и хорошо! — весело защебетала румяная женщина. — Боб сейчас вам котел наладит, в доме тепло будет. Тогда можно и уборку глобальную устроить, а то не гоже госпоже в таких условиях прозябать. Сейчас бабоньки прибудут. Поможем, что уж тут. Госпожа у нас теперь. Да ещё и уходить не собирается. Теперь то заживем!

От её слов мне как-то не по себе становится. Может, они думают, что у меня денег куры не клюют? Хотя, учитывая, в каком виде мы с Томасом сюда прибыли… Я имею в виду отсутствие верхней одежды у ребенка и свой донельзя поношенный плащ. То становится очевидным, что мы голь перекатная.

— Что вы имеете в виду под словами «Теперь-то заживем»?

Решила сразу прояснить, чтобы вопросов не оставалось ни у меня, ни у окружающих. Потому что на данный момент я ничего не могу предложить этим людям.

— Ну как же! Магистрат Дан говорил нам неоднократно, что когда у Снежной Долины появится истинный хозяин, который не испугается холода и останется, тогда наступит благодать.

— Ох! — только и могу сказать.

Но мой тихий возглас теряется на фоне гомона, который охватывает мою новую и всё ещё холодную гостиную. Женщины, имен которых, как ни старалась, но всех запомнить не смогла, быстро заполнили пространство. Каждая несла что-нибудь в руках: тиговые поленья, несколько корзин с едой и ещё куча всего, наверняка нужного, не могу разглядеть.

Оказывается, в доме имеется отопление, водяное. Котёл, который работает на тиговых дровах, нагревает воду, и она циркулирует по медным трубам. А я сразу их и не заметила.

Через некоторое время в доме становится терпимо, но всё ещё не тепло. Накидку не снять. Решили сегодня привести в порядок гостиную и кухню. Пока воздух в помещении нагревается, убрали мусор, в изобилии валяющийся в гостиной и кухне. Боб, дородный рыжий мужчина с густой и длинной бородой, закончив с котлом в цоколе, приступил к починке повреждённой мебели. Отремонтировал диван с надломленными ножками и практически отвалившиеся дверки у кухонных шкафчиков.

Одна из женщин активно выбивает большой палкой пыль с дивана. Я заметаю большой мусор, найденной в коморке возле кухни метлой.

Томас тоже спустился помогать. Поручила ему собирать мусор, какой найдет, и складывать его в тряпичный отсыревший мешок, найденный все в той же коморке, полной всякого хлама.

Все было хорошо, пока в мой дом не залетела белокурая краснощёкая девушка с воплями:

— Дракон! К нам летит дракон!

Все ринулись на улицу. Я тоже не исключение. Только Томас остался дома. Строго-настрого запретила ему выходить. Верхней одежды нет, простудится ещё. А как лечиться здесь, Бог его знает.

Выскочить-то я выскочила. В туфлях, да по сугробам! Непередаваемые ощущения! Через пару шагов сложилось впечатление, что я и не обувалась вовсе. Будто босая по снегу иду.

Поднимаю взгляд в небо, и открываю рот. Я видела дракона недавно, но он летел слишком высоко. А этот так низко… Так близко… Его размашистые крылья как лазурь в полуденном солнце. Чешуя переливается всеми цветами радуги, от насыщенного изумрудного до яркого карминного. С каждым взмахом крыльев воздух вокруг сотрясается, создавая мощные вихри, которые путают волосы, потому что капюшон уже давно спал. Снег, встревоженный силой ветра, летит в лицо, ненадолго