Дверь в другой мир - Серебряный_Змей
После этого Кагуя ещё несколько раз прочитала свою речь вслух, затем закрыла глаза и попыталась воспроизвести основные тезисы уже без листов. В нескольких местах сбилась, вернулась к тексту, снова повторила и только после этого признала подготовку удовлетворительной.
Мы отправились в актовый зал.
Наша небольшая группа привлекала довольно много внимания. Впереди шла Кагуя, прижимая к груди папку с текстом выступления. Слева от неё двигался я с максимально невозмутимым лицом, справа — непривычно серьёзная Чика, а немного позади держался Исигами.
Не сказать, что ученики расступались перед нами, как море перед Моисеем, но Кагую явно узнавали. На неё постоянно поглядывали, кто-то здоровался, а группы возле прохода сами собой немного сдвигались, освобождая дорогу.
У входа в актовый зал нас встретила знакомая третьекурсница, занимавшаяся организацией мероприятия. Она работала в аппарате нынешнего президента, но вела себя совершенно нормально: дружелюбно поприветствовала Кагую, показала отведённое нам место за сценой, уточнила время выхода, объяснила, где можно взять воду, и ещё раз напомнила порядок дебатов.
Сначала каждый кандидат выступал с короткой подготовленной речью. Затем начиналась основная часть: кандидаты по очереди задавали друг другу вопросы, на ответ давалась минута, после чего очередь переходила следующему. В конце принимались вопросы из зала — не больше пяти, чтобы мероприятие не растянулось до вечера.
В целом система выглядела вполне понятной и даже разумной.
Через некоторое время третьекурсница извинилась и куда-то ушла, очевидно продолжая заниматься подготовкой. Мы остались одни, и почти сразу я заметил, что Кагуя начала беспокойно оглядываться.
— Что случилось?
Девушка сначала ничего не ответила. Быстро проверила стол, соседний стул, свою сумку, потом ещё раз раскрыла папку.
— Текста нет.
Я приподнял брови.
— В смысле?
— Моей речи. Листы исчезли.
Теперь в её голосе уже отчётливо слышалась паника.
Я быстро осмотрел пространство вокруг нас.
— Ты уверена, что не оставила их в штабе?
— Я держала папку в руках всю дорогу. Здесь положила её на стол, когда нам показывали помещение.
Чика подошла ближе.
— Что случилось?
— Исчезла речь Кагуи.
Фудзивара несколько секунд переваривала услышанное.
Потом её лицо начало медленно меняться.
— Вот же…
А дальше из прекрасных уст госпожи Фудзивара полился настолько впечатляющий поток отборной ругани, что мы с Кагуей одновременно зависли.
Исигами же выглядел искренне впечатлённым.
— Круто…
Я повернул к нему голову.
— Исигами.
— Что?
— Не поощряй её.
Но было поздно.
Чика уже развернулась в сторону выхода с таким выражением лица, словно собиралась лично провести расследование, найти виновного, вынести приговор и немедленно привести его в исполнение.
Пришлось перехватить её за руку.
— Стоять.
— Но они украли её речь!
— Возможно. Но доказательств у нас пока нет.
— А куда она тогда делась?!
— Не знаю. И именно поэтому сейчас ты никуда не идёшь устраивать скандал. Если это действительно подстава, то подобной реакции от нас как раз и могут ждать.
Фудзивара недовольно засопела.
— Но что тогда делать? У Кагуи нет текста!
Я посмотрел на брюнетку.
Вот сейчас ей действительно было плохо.
Проблема заключалась даже не в самой речи. Мы столько раз её переделывали, а Кагуя столько раз повторяла текст, что основные мысли она наверняка могла воспроизвести и без листов.
Но листы были опорой.
Планом.
Гарантией того, что всё идёт именно так, как она подготовила.
А эту гарантию у неё только что отобрали.
Я подошёл ближе и положил руку ей на плечо.
— Кагуя.
Она подняла на меня растерянные вишнёвые глаза.
— У тебя осталось самое важное.
— Что?
— Ты сама.
Девушка моргнула.
— Мы полдня переписывали эту речь. Ты её читала столько раз, что я уже сам половину запомнил. Все цифры ты знаешь. Проблемы академии знаешь. Что собираешься менять — тоже знаешь. Эти листы нужны были только для того, чтобы тебе было спокойнее.
Кагуя несколько секунд молчала.
— Я могу сбиться.
— Можешь.
Она явно не ожидала такого ответа.
— Можешь забыть фразу. Можешь перепутать порядок двух пунктов. Даже остановиться на пару секунд можешь. И знаешь что?
— Что?
— Никто не умрёт.
Чика рядом энергично закивала.
— Точно!
Я слегка сжал плечо Кагуи.
— Ты не читаешь доклад перед советом директоров. Ты рассказываешь ученикам, почему хочешь стать их президентом. Так расскажи им. Своими словами.
Кагуя глубоко вдохнула.
— Без текста?
— Без текста. Выйдешь туда с прямой спиной и раздавишь конкурентов настолько вежливо, что они ещё спасибо скажут.
Уголки её губ дрогнули.
— Очень ободряющая формулировка.
— Я старался.
Чика тут же заключила Кагую в объятия.
— Ты справишься!
— Согласен, — добавил Исигами. — Вся информация у вас есть. Листы ничего не меняют.
Кагуя прикрыла глаза.
Медленно вдохнула.
Выдохнула.
А когда снова посмотрела на нас, растерянности в её взгляде стало значительно меньше.
В этот момент прозвенел сигнал, приглашающий кандидатов готовиться к выходу на сцену.
— Вот и всё, — сказал я. — Мы в тебя верим.
Кагуя ещё раз глубоко вдохнула и коротко кивнула.
— Хорошо.
Она расправила плечи и спокойно направилась к сцене.
И почти сразу стало понятно, куда исчезли листы.
С противоположной стороны сцены шёл её конкурент. Рядом с ним находилась та самая третьекурсница, которая недавно помогала нам устроиться. В руках она держала несколько знакомых страниц.
Слишком знакомых.
На верхнем листе даже отсюда была видна большая зачёркнутая строка возле середины страницы — именно там Чика в последний момент заставила Кагую заменить очередную слишком официальную формулировку.
Девушка встретилась с Кагуей глазами.
И улыбнулась.
Не дружелюбно.
Я медленно выдохнул через нос.
— Ну вот теперь доказательства появились…
Кагуя на секунду остановилась.
Я ожидал злости.
Но она просто посмотрела на листы, потом на соперника и неожиданно улыбнулась в ответ.
После чего отвернулась и продолжила идти к сцене.
Хорошая девочка.
— Исигами, — тихо позвал я.
— Да, Тодзи-сэмпай?
— Узнай потом, в каком клубе состоит эта барышня.
Чика подозрительно посмотрела на меня.
— Зачем?
Я несколько секунд совершенно серьёзно смотрел вслед третьекурснице.
— Просто хочу заранее знать, какой клуб будет первым жаловаться на новую систему распределения бюджета.
Исигами замер.
Чика тоже.
Я выдержал паузу и усмехнулся.
— Шучу.
— Юи жуткий… — синхронно протянули эти два клоуна.
— Вот никакого уважения к старшим.
— Ты старше меня на несколько месяцев, — заметил Исигами.
Я медленно повернул голову.
— Исигами.
— Молчу.
Со стороны сцены объявили первого кандидата.
Веселье закончилось.
Я перевёл взгляд на Кагую.
Теперь оставалось только посмотреть, что она сделает без своих листов.
*****
Выступление началось с речи нынешнего президента.
И вот это меня немного удивило. Я почему-то ожидал, что действующий президент уступит первое слово сопернице. Красивый жест, демонстрация уверенности, возможность показать себя великодушным лидером — в общем, сплошные политические плюсы.
Но, видимо, парень придерживался другого мнения.
Впрочем, уже через пару минут стало понятно, что порядок выступления был далеко не главной его проблемой. Президент читал речь довольно монотонно, практически не расставляя акцентов и не пытаясь работать голосом. Текст был вполне нормальным, местами даже хорошим, но сам парень произносил его так, словно уже победил и теперь просто терпеливо выполнял последнюю обязательную формальность.
Мне даже показалось, что он не столько