Идеальный мир для Химеролога 12 - Олег Сапфир

Монстр уже распахнул челюсти, чтобы захлопнуть их ровно на моём туловище.

Я просто поднял голову навстречу летящей на меня смерти и очень недобро усмехнулся.

Короткий эфирный импульс Прародителя сорвался с меня, как удар хлыста. Удар был точечным, ровно по мозгам этого недоразумения.

Пасть химеры с клацаньем захлопнулась в полуметре от меня. В глазах твари кровожадность сменилась такой чудовищной паникой, что она истерично замахала крыльями в обратную сторону. Её буквально снесло вбок, она потеряла аэродинамику, закрутилась в воздухе и, скуля, как побитый щенок, шарахнулась прочь.

— Ну и чего ты? — я хмыкнул ей вслед. — Ты же хотела кусь сделать? Давай, подлетай. А, страшно? Ну так и лети отсюда в свои норы, раз кишка тонка. Чего ты тут вообще напрягалась?

Пегас подо мной фыркнул, словно подтверждая мои слова, и уверенно продолжил курс на запад.

Я откинулся назад и посмотрел на далёкие огни пригородов столицы, где-то впереди виднелось пятно моего Чёрного озера.

Дела там творились абсолютно ненормальные. То, что сейчас лезло со дна на береговую линию, было уже не просто дикой фауной. Там работала мощнейшая старая биомасса. И, честно говоря, я вообще планировал оставить разборки с этим озером на потом. Думал сначала раскачать клинику, нарастить ресурс, набрать личную гвардию потолще.

Я здраво оценивал свои нынешние кондиции в этом теле. Да, я Прародитель. Мои знания безграничны, но физическая оболочка этого тела пока не потянет затяжную рубку на истощение с высшими сущностями. Были в этом мире вещи, которые пока не по моим зубам — объекты, чья плотность магии или физическая сила просто раздавят мои щиты из-за банальной нехватки личного запаса маны.

Будь я сейчас в своей пиковой форме, я бы вообще не страдал всей этой политической вознёй и прятками с аристократами. Какой в этом смысл? Я бы просто пришёл во Дворец Императора. Выбил бы с ноги двери в тронный зал, бросил на персидский ковёр парочку оторванных голов древних драконов, плюхнулся бы в кресло и вежливо представился. И если бы местные генералы или Канцелярия решили бы, что могут заставить меня работать на них…

Ну, я бы не стал стирать в порошок Империю. Зачем? Это негуманно. Я бы просто вырастил прямо под их столицей неубиваемый костяной панцирь и изолировал бы этот мир от внешних поставок энергии, пока они сами не принесли бы мне ключи от города на золотом блюдечке. Я нашёл бы десяток способов доказать свою доминацию так, чтобы моё имя они вписывали в конституцию красными чернилами и больше никогда, ни при каких условиях меня не трогали.

Но мы живём в реальном мире. Силы восстанавливаются, но медленно. Так что пока работаем скальпелем, а не ядерной бомбой.

Пегас плавно пошёл на снижение, пробивая кромку ночного тумана.

Я посмотрел вниз и поморщился. Прибрежная территория вокруг Чёрного озера, на которую я заботливо оформил документы через Агнессу, выглядела как после ковровой бомбардировки. Берег был изрыт кратерами, повсюду валялась искорёженная техника имперского образца. Армейские бронеходы, превращённые в груды смятого шлака, торчали из грязи. Там же виднелся разбитый армейский лагерь.

Блин, это же моя законная территория! С одной стороны, бумаги оформлены на графиню, у которой есть полное право стягивать сюда любые ЧВК и гвардию. С другой стороны — мне всё это восстанавливать. А разгром тут был эпичный.

Светиться с неба я не стал. Дал ментальную команду скакуну, и мы плавно спланировали в густую рощу в километре от основного берега. Я спешился.

Пегас коротко заржал и взмыл обратно в темноту.

Итак, пора решать вопросы. Как это сделать, имея против себя озеро с неустановленным количеством донных мутантов, я пока точно не знал. Но решать было надо.

Я вышел из-за деревьев к самой кромке чёрной, как мазут, воды, в которой кипела жизнь.

Ну ладно, играем на максималках.

Я подошёл вплотную, засунул правую руку по самый локоть в воду и закрыл глаза, разворачивая сенсорную сеть.

— Ах ты ж… — прошептал я, прогоняя информацию через мозг.

Озеро кишело, пробудившись. Мелочь, крупные хищники, слепые мутанты и какие-то пульсирующие сгустки разумной плоти. Вода буквально гудела от их голода и ярости.

Вся эта масса сейчас напряглась, почуяв мою живую плоть, погружённую в их среду.

— Пора спать, — тихо сказал я.

Я сжал кулак под водой и высвободил усыпляющий импульс. Ударная волна чистой ментальной статики разошлась по дну.

В воде начали гаснуть мелкие огоньки. Тысячи рыбин и водных червей мгновенно обмякли, провалившись в глубокую летаргию. Но далеко не все. Снизу попёрло ответное сопротивление — жирные сигнатуры химер, подстёгнутые общим психозом, ударили своей энергией, отказываясь отключаться.

Я открыл глаза. Вода у моих ног забурлила, из глубины к берегу потянулись тёмные силуэты.

— Нет, ребята, вы меня не поняли. Я сказал вам спать!

По чёрной глади побежали волны, а поверхность стали массово усеивать белые животы всплывающих в отключке тварей. Лишь какая-то крупная особь метрах в двадцати от берега рискнула выстрелить в меня водой.

— На дно! — вспыхнувшая фиолетовым светом энергия сорвалась с пальцев прямо в водоём. — Вы все должны спать!

Последние очаги сопротивления стремительно угасали, но внезапно в самом центре озера вздыбился водяной холм. Буквально в нескольких метрах от моей позиции поверхность плавно разъехалась в стороны. Из темноты абсолютно беззвучно поднялась пасть таких габаритов, что внутри без труда припарковался бы целый автобус. Роль зубов там выполнял кривой частокол длинных костяных клинков. Морда, усеянная фосфоресцирующими шипами и старыми, заросшими шрамами.

Змеевидный левиафан вынырнул на поверхность, разинув пасть в паре сантиметров от моего лица. Тварь не спешила нападать. Она просто зависла над берегом, выдыхая запах застоялого речного ила.

Я посмотрел с усмешкой прямо в жёлтые немигающие глаза размером с канализационный люк и спокойно просканировал структуру монстра. Нужно было оценить масштабы и плотность чужого эфирного ядра. Хорош, чёрт возьми.

В голове раздался скрипучий ментальный голос:

«Человеккссс… Вторгссся в мои владенияссс… За это можно и поплатитьссся»

Шипящие звуки на концах фраз свистели наподобие вырывающегося из труб пара. Передо мной та разумная химера, которую я однажды разбудил в надежде, что она зачистит весь водоём.

Я невозмутимо отозвался:

— Вторгся, не поспоришь. Вот только скажи мне, ящерица перекормленная… А ты уверен,