Побег - Евгений Аверьянов

— А слухи о продаже откуда?

Аркадий пожал плечами.

— Слуги болтают, писцы пьют, кредиторы тоже не всегда умеют держать язык за зубами. Если в деле замешано достаточно людей, рано или поздно что-нибудь да всплывает.

— Но доказательств нет.

— У меня? Нет.

Я снова взялся за топор.

Получалось странно. Старый барон по уши в долгах, потом внезапно исчезает, а его место занимает племянник, у которого откуда-то находятся деньги на всё сразу.

На стены. На инженеров. На оружие. На турниры.

Слишком удачно.

— И что он сделал первым?

— Стену начал строить. Практически сразу. Народ сначала не верил, что дело вообще доведут до конца. Камня требовалось море, кристаллов тоже, мастеров собирали со всей округи. Но основные участки подняли меньше чем за год.

Я присвистнул.

— Неслабо.

— Потом уже городом занялись. Дороги, мастерские, склады. Работы стало много, сюда потянулись инженеры, торговцы. Охраны тоже прибавилось. Патрик тогда хорошо платил.

— А деньги?

— Вот это все и обсуждали. Кто-то говорил, что нашли старые запасы древних. Другие кивали на столицу. Были и те, кто шептался про иноземцев. Только дальше слухов дело не шло.

— А дирижабль?

Аркадий впервые за весь разговор заметно оживился.

— Его позже привезли. Не целиком, частями. Основу корпуса нашли в старых руинах, остальное восстанавливали уже здесь. Для города тогда это было настоящее событие. Потом вокруг парк сделали, народ начал приезжать посмотреть.

— Удобно.

Аркадий глянул на меня.

— Что именно?

— Всё сразу. Развлечение для горожан, приманка для приезжих. И при этом рядом мастерские, материалы, инженеры и древний механизм, с которым можно возиться сколько угодно, не вызывая лишних вопросов.

Он нахмурился.

— Ты думаешь, барон строил всё это не ради парка?

— Думаю, если человек тратит столько денег на стены, оружие и инженеров, дирижабль у него вряд ли просто красивая игрушка.

Аркадий ничего не ответил.

Внизу, за деревьями, начинался более густой хвойный лес. Тёмный и неприятно спокойный. Оттуда тянуло сыростью и холодом. Между стволами почти не было видно земли, только серые тени и тёмная зелень. Я связал первую нормальную охапку сухих веток и отложил в сторону.

— У соседних баронов тоже есть долги? — спросил я.

— У кого-то есть. У кого-то нет. Это обычное дело.

— А странные смены власти?

Аркадий нахмурился.

— Не слышал. Хотя я не всё знаю.

Я поднял вторую связку и потуже затянул верёвку. Вот только теперь из головы не шёл барон Зак. Потом вспомнился Марк, человек в капюшоне и вся та история с заговором. Наверное, всё это ещё можно было списать на совпадение. Только слишком уж дорогое получалось совпадение. Со стенами, баронствами и древними механизмами.

— Похоже, ребята играют вдолгую, — пробормотал я, взялся за следующее сухое деревце и срубил его в несколько ударов.

Оно упало, рассыпав с веток мелкую сухую хвою. Пока я рубил следующее деревце, мысли сами полезли дальше. А что, если Стоун не единственный? Тогда дело уже не в перевороте какого-то одного барона. Сегодня они посадили своего человека здесь, завтра — ещё где-нибудь. Один строит стены, другой собирает оружие, третий переманивает инженеров. А потом в какой-то момент оказывается, что воевать уже почти не с кем: всё нужное давно принадлежит нужным людям.

Хотя, может, меня уже понесло. Вдруг старый барон действительно просто избавился от долгов, племяннику повезло родиться богатым и предприимчивым, а люди в капюшонах здесь вообще обожают тайные ходы и разговоры о заговорах. Почему бы и нет.

— О чём задумался? — спросил Аркадий.

— Что в ближайшее время лучше держаться подальше от баронов. От всех сразу.

В итоге дров набралось столько, что я уже начал жалеть о собственной хозяйственности. Ветки, несколько тонких стволов, кора, хворост — всё это ещё предстояло тащить наверх. Зато второй раз за дровами идти точно не придётся. Если, конечно, мы не решим отапливать половину горы.

Я опустил взгляд ниже, туда, где начинался хвойный лес. С такого расстояния он выглядел почти заманчиво. Там наверняка были более толстые стволы и больше древесины.

Аркадий заметил мой взгляд.

— Туда лучше не спускаться, маловероятно, что этот лес спокойный и мирный.

— Думаешь, всё настолько плохо?

— Горы за стеной не патрулируют. Люди сюда не ходят. Животные здесь не пуганые. И старые руины тоже могут быть. Не такие, как возле города, но всё равно. А ещё туман с моря иногда поднимается так быстро, что обратно дорогу не найдёшь. И главное — зачем? Сырые деревья нам сейчас не нужны, а сухих дров мы набрали достаточно, чтобы костёр горел не один день.

— Ладно, — сказал я. — Сначала костёр. Потом всё остальное.

Аркадий явно обрадовался, что спорить не пришлось.

Обратно к дирижаблю мы шли медленнее. Связки цеплялись за камни, ветки кололи руки, ветер пытался вырвать из пальцев самые лёгкие прутья. Зато, когда огромный корпус снова показался над нами, я почувствовал почти облегчение.

Правда, дирижабль всё ещё выглядел паршиво. Раненый воздушный зверь, севший между скалами и пытающийся не развалиться раньше времени.

Мы не стали разводить костёр прямо у гондолы. Отошли немного в сторону, за каменный выступ. Там скалы закрывали площадку от ветра, а дым должен был подниматься не прямо к повреждённой оболочке. Место оказалось удобным: несколько плоских камней, небольшая ниша, сухая земля под навесом выступа.

Аркадий сбросил свою связку и тут же сел на камень.

— Если мне когда-нибудь снова предложат проводить экскурсии, я буду брать доплату за непредвиденные работы.

Прежде чем развести костёр, я сложил камни, чтобы огонь не разбежался. Потом мелкий хворост, кора, сухая хвоя. Аркадий нашёл у себя в кармане огнивную коробочку, и после пары неудачных попыток огонь всё-таки ухватился за растопку, а вскоре костёр ожил, потрескивая и жадно облизывая сухие ветки. Я протянул к нему руки и понял, что всё это время мёрз сильнее, чем мне казалось.

Через несколько минут из гондолы вышла Кристина. В руках она несла сумку и выглядела уже чуть более собранной. За ней лениво следовал Барсик. Он сразу устроился с подветренной стороны костра, всем видом показывая, что огонь развели лично для него.

— Я проверила запасы, — сказала Кристина. — С голоду мы не умрём.

— Вот это звучит лучше, чем большинство новостей за сегодня.

Кристина поставила сумку на землю и начала вытаскивать наши богатства. Пара сухих пайков, остатки хлебцев, вяленое мясо. Сыр выглядел так, будто ещё день-два — и разговаривать с ним придётся