Маг воды. Том 6 - Саша Токсик

Она снова прикусила нижнюю губу, затем посмотрела на дверь, за которой ждала очередь.

— Я знаю, что ты прав. — она грустно усмехнулась. — Но как я выйду к ним и скажу: «Простите, добрые люди, я ухожу есть пирожные, а вы постойте тут ещё пару часов»? Они и так с утра на ногах. Некоторые приехали из пригородов, им ещё обратно добираться.

— Я знаю, как это решить, — сказал я. — Доверься мне.

Надя обернулась ко мне. В глазах её мелькнуло любопытство, смешанное с надеждой.

— Что ты задумал? Только не говори, что собираешься лечить их вместо меня. Ты, конечно, многое умеешь, но медицинского образования у тебя точно нет.

— Не собираюсь. Я собираюсь организовать очередь так, чтобы ты могла спокойно пообедать, а пациенты при этом не чувствовали себя брошенными. Скажи мне: сколько человек ты в среднем принимаешь за час?

Надя задумалась.

— Четверых, если случаи средней сложности. Иногда пятерых, если приходят с чем-то простым, вроде насморка или ушиба. Иногда двух-трёх, если что-то серьёзное.

— Возьмём четверых как среднее. Отлично. — В голове уже складывался план. Тому, кто когда-то управлял системой, где тысячи посланцев ждали аудиенции у врат Лазурного Свода, организовать очередь из нескольких десятков пациентов было задачей уровня утренней гимнастики. — Дай мне бумагу и ножницы.

Надя достала из ящика стола стопку чистой бумаги и протянула мне вместе с ножницами.

— И что ты собираешься с этим делать?

— Систему, — ответил я, беря ножницы.

Бумага была плотная, хорошего качества. Я начал нарезать её на небольшие карточки, примерно с ладонь размером. Ножницы были острые, резали ровно и чисто.

— Систему? — Надя наблюдала за моими действиями с любопытством, склонив голову набок. — Какую систему?

— Систему распределения пациентов. Смотри, ты принимаешь четверых в час. С двух часов дня, после обеда, до конца приёма, скажем, до шести вечера, у тебя четыре часа. Четырежды четыре, получается шестнадцать человек. Это те, кого ты примешь сегодня.

Я отложил первую стопку карточек и начал резать следующую.

— Шестнадцать карточек на сегодня. Ещё шестнадцать на завтра. И ещё шестнадцать на послезавтра.

— Подожди, — Надя нахмурилась. — На завтра шестнадцать? Но завтра у меня полный день, я могу принять больше.

— Принять можешь, а вот заранее назначать больше половины не стоит. Завтра придут новые люди. И послезавтра тоже придут. Если ты раздашь все карточки на завтра сегодняшним пациентам, для новых не останется места. Они придут, увидят, что запись закрыта, и либо уйдут к другим врачам, либо будут толпиться у двери и создавать хаос. Нужен запас.

Надя медленно кивнула.

— Логично. Но как мы решим, кому давать карточки на сегодня, а кому на послезавтра? По порядку очереди?

— Нет. По срочности.

Я взял перо с её стола и начал писать на карточках даты. На первой стопке сегодняшнее число. На второй — завтрашнее. На третьей — послезавтрашнее.

— Не все случаи одинаково срочные, — продолжал я, не отрываясь от работы. — Тот рабочий с рукой, которого ты только что приняла, он не мог ждать. Ещё день, и началось бы заражение. Но тот приказчик, которого я видел в очереди, выглядел совершенно здоровым. Готов поставить десять рублей, что он пришёл за больничным листом, чтобы не ходить на работу.

Надя невольно фыркнула.

— Скорее всего, ты прав. Игнат его зовут, он приходит каждый месяц с какой-нибудь новой болезнью. В прошлый раз у него была мигрень. До этого слабость в ногах. Я ему каждый раз говорю, что он здоров как бык, а он каждый раз обижается и требует справку.

— Вот, Игнат может подождать до послезавтра. А лодочник с отёкшим лицом, которого я видел у двери, ждать не может. У него, судя по всему, серьёзные проблемы с почками. Ему нужна помощь сегодня.

Я закончил писать даты и разложил карточки тремя стопками.

— Принцип простой, срочное сегодня, менее срочное завтра, остальные послезавтра. Ты врач, ты определишь, кто есть кто.

Надя смотрела на карточки с выражением человека, который только что увидел что-то очевидное, но не догадался до этого сам.

— Это… это блестяще. Просто и гениально. Почему я сама не додумалась?

— Потому что ты была слишком занята лечением людей, чтобы думать об организации.

— Но как я определю срочность прямо на улице? — спросила Надя. — Мне что, каждого осматривать? Это займёт столько же времени, сколько полноценный приём.

— Есть способ быстрее?

Надя подняла со стола диагностический артефакт, который лежал среди её инструментов. Внутри мягко светился голубоватый кристалл.

— На полный осмотр уходит минут пять, — сказала она, задумчиво глядя на артефакт. — Но для первичной сортировки хватит и беглой проверки. Зелёный цвет означает, что пациент здоров. Жёлтый показывает небольшие проблемы. Оранжевый загорается, если что-то серьёзное. Красный говорит о том, что состояние пациента критическое Несколько секунд на каждого.

— Ну вот и отлично.

— А если кто-то будет возмущаться?

— Я разберусь.

Очередь была на месте. Несколько десятков человек вдоль стены клиники и дальше по переулку. Солнце пекло вовсю, разговоры смолкли, когда появилась Надя.

Зинаида стояла ближе всех к двери, скрестив руки на груди, и сверлила меня взглядом.

— Доктор! — заголосила торговка с корзиной. — Доктор, скажите, долго ещё? Я с восьми утра стою, ноги уже не держат!

Сейчас я проведу сортировку очереди — громко сказала Надя, и голос её был твёрдым, уверенным. — Каждый получит талон с датой приёма. Тем, у кого срочные проблемы, будет оказана помощь в первую очередь.

По толпе пробежал ропот.

— Это как так? — возмутилась Зинаида, выступая вперёд. — Я тут с семи утра торчу, а меня значит в сторону?

— Пока не знаю, — спокойно ответила Надя. — Для этого и нужна сортировка. Позвольте?

Она подняла диагностический артефакт и поднесла к Зинаиде. Кристалл внутри мигнул и засветился ровным зелёным светом.

— Зелёный, — констатировала Надя без тени удивления. — Вы совершенно здоровы, если хотите, приходите послезавтра.

Я протянул Зинаиде карточку с послезавтрашним числом. Она смотрела на неё так, будто я вручил ей таракана.

— Здорова⁈ Да у меня голова каждый день болит! И в боку колет! И сердце иногда как прихватит!

— Могу дать вам травяной сбор для