Золотая тьма. Том 2 - Игорь Валерьевич Осипов

Шарлотта упала на колени, принялась разгребать руками листву и веточки, пока не обнажилась желтоватая, слегка песчанистая земля.

Она достала кинжал и провела по земле кончиком, оставляя штрих.

— В самый раз, — проронила юная волшебница и начала расчищать дальше.

В какой-то момент она увидела халумари, замерших рядом, а потом они тоже встали на колени и принялись помогать.

Листва шуршала долго, но вскоре собралась в похожие на муравейники кучи немного в стороне. Руки испачкались. Несколько раз кожу порезало до крови, но это не останавливало.

Когда было готово, Шарлотта встала.

Вот это уже было похоже на ведьмин круг. Не грибной, какой сам собой возникает на лесных проплешинах, а настоящий рукотворный, добрый десяток шагов в поперечнике.

Шарлотта сделала глубокий вдох, стиснула кинжал и снова упала на колени, начав чертить острой сталью многограммы, писать формулы заклинаний и рисовать витиеватые изгибы флюкций и флюэнций.

— Отдохни, дочка, — послышался за спиной голос барона, и на землю рядом с книгами заклинаний опустился блестящий поднос, на котором был большой кубок с чем-то горячим, цвета тёртой коры, смешанной с молоком. И кусок пирога.

А чуть поодаль стоял пришлый с волшебным зеркалом, и зеркало держал так, что оно оказывалось между его лицом и девушкой. Пришлый словно смотрел сквозь него, хотя то было непрозрачным. И держал осторожно, чтоб зеркальце не дрожало и не тряслось, будто чашу с дорогим отваром, который мог расплескаться.

— Ми омни перфеци. У меня уже всё готово, — проговаривала Шарлотта вместо ответа и положила грязные ладони на колени, по-прежнему сидя на земле.

Исцарапанные пальцы болели, а нож затупился о мелкие камушки, которые приходилось откидывать в сторону. Но главное — септограмма была завершена.

— Всё равно настаиваю выпить этого чудесного напитка, — произнес барон и пояснил: — Он придаст бодрости. И потом окинуть взглядом содеянное ещё раз. В моих землях есть поговорка: поспешишь — людей насмешишь.

Шарлотта ухмыльнулась и проговорила вспомнившуюся ей фразу:

— Спеши медленно и весомо. Благодарю за напоминание, ваша милость, — сделала глубокий кивок девушка и встала.

Она осторожно, чтоб не затопать начертанное, вышла из ведьминого круга. Халумари с волшебным зеркалом повернулся, следуя взором за девушкой. А ещё тихо потрескивала коробочка на поясе барона.

— Ваша милость, я сейчас создам чары волшебной тишины. Чары сродни тем, что создавала по указке её могущества Николь-Астры. Но они не для звуков и голосов, не для пения и шума, а для внутренней тишины. Мелкие твари не смогут меня учуять. Но сама я смогу прислушаться и услышать всех, кто рядом, — проговорила Шарлотта и откинула упавшую на лоб чёлку. От усердия вся спина была мокрая от пота, будто в речке искупалась, не снимая одёжки.

Барон кивнул и глянул на пришлого с зеркалом. А Шарлотта вспомнила, что и сам пришлый заставлял своё зеркало запоминать увиденное.

Девушка вздохнула и достала из чехла палочку, а следом из кошелька хрустальный шарик.

Шарлотта сжала палочку обратным хватом, как кинжал, потом направила в сторону, противоположную центру круга, и палочка сейчас работала как громоотвод, на случай, если чары изольются не так, как хотелось. А вот шар, напротив, осторожно кинула в серединку.

Хрустальная сфера пролетела немного, но земли не коснулась, а повисла в воздухе в одном локте над землёй, неспешно покачиваясь, как лист на речных волнах. И как только качка успокоилась, девушка вытянула руку и громко произнесла:

— Конте́ника!

Коробочка на поясе барона взвыла, словно от боли, и тут же смолкла. А по земле быстро побежали белые искры, наполняя светом нарисованные узоры, письмена и септограмму. И линии, как только налились светом, принялись медленно отрываться от серо-жёлтой почвы и взмывать в воздух. А кончик палочки затлел избыточной силой, выравнивая наполнение.

Через несколько моментов посреди леса колыхалась призрачная фигура, сплетённая из светящихся звёздным серебром ниточек, а шар поднялся на высоту человеческого лица и там медленно заколебался, быстро вращаясь вокруг себя, словно волчок.

— Твою мать, — восхищённо протянул на своём языке Стаканишт, заставив Шарлотту едва заметно улыбнуться, ибо высшая магия наводила трепет на очень многих, и, бездна их побери, это было приятно.

Девушка стиснула пальцы, и вся громадная, как амбар, конструкция почти мгновенно и совершенно беззвучно сжалась в точку, уместившись внутри хрустального шара.

Шарлотта развернула руку раскрытой ладонью вверх, и сфера неспешно подплыла поближе, осталось ее только поймать, что и было сделано. А затем юная волшебница зажмурилась и стала медленно очерчивать палочкой круг, центром которого была она сама. И кончик палочки оставлял в воздухе медленно тающий белёсый след.

— Ты записываешь? — буркнул барон на пришлого с зеркалом.

— Так точно.

— Убью, если не записал, — снова выругался барон.

— Записал, товарищ генерал, — протараторил в ответ халумари.

Шарлотта слушала их только краем уха, а сама сосредоточилась на ощущениях, возникающих от потоков волшебных сил. И ведь действительно, вокруг стояла тишина, в которой можно различить биения и журчания лесных духов, скрип и свист разной магии и далёкий-предалёкий мерный гул храма, словно колокол после удара.

Внезапно пальцы защипало, послышался хор нестройных писклявых голосов.

Девушка открыла глаза и посмотрела в ту сторону, куда указала палочка — в лес, почти у самого берега реки.

— Туда, — коротко проронила она и медленно двинулась вперёд, обходя стволы деревьев и густые колючие кусты. Под ногами захрустели веточки, и зашуршала трава. Над головами пели птицы. А Небесная Пара уже стояла в зените, благословляя этот мир своим живительным светом.

— К оружию, — проронил приказ барон на своём языке и добавил: — Заряжать серебром. Брать по четыре магазина!

— Есть! — понеслось по цепочке, и за девушкой последовал топот тяжёлых солдатских сапог. Залязгало железо снаряжения.

Но Шарлотта старалась не обращать внимания. Она двигалась к ближайшему месту, издающему волшебный шум.

И голоса становились всё сильнее, хотя никого не было видно. А когда шум внезапно стал отдаляться, девушка даже немного растерялась.

Она замерла, прислушиваясь обычным слухом, и стала бегать глазами, не двигая головой.

Потом сделала шаг.

Но нет, не показалось. Волшебный шум действительно стал отдаляться.

Но как же так?

Шарлотта сделала глубокий вдох и с нажимом, но без крика произнесла:

— Десекрето!

— Внимание! Воздух! — закричал на своём языке ближайший халумари.

— Занять позиции! — проорал второй.

Пришлые кинулись врассыпную, прячась за стволами деревьев. Причём в середине круга оказалась Шарлотта, а скорострельные мушкеты зверомужей были