Наследник $$$ уровня 4 - Андрей Еслер
— Вы совершенно правы, сеньор директор, у меня очень красивые ноги, как и мозги. Жаль, у вас нет ни того, ни другого. Да, изменения не зарегистрированы. Только касается это исключительно работников. А вот руководитель обязан исполнять решения владельца с момента их принятия, не дожидаясь никакой регистрации.
Она выпрямилась и положила перед ним раскрытый том. Потрёпанный, с карандашной чертой вдоль нужной статьи.
— Я даже выделила вам нужный параграф.
Директор молча уставился в книгу. Губы его шевелились, перечитывая строки, а пятна со щёк расползались уже к ушам.
Ева дошла до дверей, взялась за ручку и обернулась.
— Да, чуть не забыла. В зелёной папке бухгалтерские расчёты за два минувших года. Закупочные цены там ощутимо расходятся с конечными… Хм. Удивительно. Закупками ведь занимались именно вы, верно?
Ответа она дожидаться не стала.
Каблуки простучали по пустому коридору, внизу хлопнула входная дверь.
Седан ждал у ворот. Босс на заднем сиденье листал утренние сводки.
— Ну как, это то, чего ты хотела? — он отложил бумаги.
Ева устроилась рядом и с чувством глубокого удовлетворения расстегнула верхнюю пуговицу блузки.
— Люблю обламывать таких мужиков.
Хавьер вырулил со двора, и «Кларитас» скрылась за поворотом.
* * *
Сводку по оптике Тайрону принесли поздним вечером, когда особняк уже затих и в кабинете слышался лишь мерный ход напольных часов.
Манёвр с камерами он провёл две недели назад и считал его образцовым. Через посредников «Периодика» вышла на производителей микроскопов и предложила за партию цену на треть выше от оптовой. Расчёт был простой: продавец, единожды попробовавший новую цену, уже не возвращается к прежней и задирает её всем остальным покупателям. Для его дома переплата оставалась строкой в смете, одной из сотен. Для компании младшего сына та же строка превращалась в заметную дыру в бюджете.
Под «Перифон» Тайрон тогда же подписал контракт на миллион единиц. По новой цене, разумеется, обезопасив себя от дальнейшего. Разумная плата, если тот, кого душат, действительно задыхается.
Но конкурент, судя по свежим бумагам, задыхаться передумал.
Тайрон перечитал первый лист. Сын скупил все акции лаборатории на госконтракте, занимающейся изучением фракций кристаллов. И все это он умудрился сделать за один день.
Аккредитация, лицензия, действующие госконтракты. К бумаге прилагалась особенно неприятная справка юристов. Аккредитованным исследовательским организациям расходники, исследовательские материалы и приборы отпускаются по научным квотам, по государственной цене, заметно ниже рыночной. А так как производитель микроскопов был крупным монополистом, то отказ в покупке оборудования был просто незаконен.
Дальше арифметика была проста, и с каждым пунктом настроение у Тайрона портилось.
Только теперь сын получает камеры по низкой цене. Ниже прежних своих закупок и ниже закупок самой «Периодики».
А «Периодика» связана контрактом на миллион устройств. По цене, которую Тайрон собственной рукой поднял на треть, чтобы придушить того, кто в итоге заплатит меньше всех.
Он отложил сводку и потянулся к остывшему кофе. Удавка, накинутая на чужое горло, затянулась на его собственном бюджете, и красоты этой схемы не признать было нельзя.
Сам понял или подсказали, привычно шевельнулся в голове старый вопрос. Тайрон прикинул круг советников мальчишки: Молодой Варгас, секретарша, отставной гвард. Нет. До такого тонкого хода мог додуматься только Виктор. Уж слишком тонко он ударил по собственному отцу.
— Сам, — проговорил он вслух, и в пустом кабинете это прозвучало почти похвалой.
* * *
С камерами вопрос закрылся, и на освободившееся место тут же влезла вторая задача. Кристалическая пыль.
Тонкие аккумуляторы Рафаэля собираются из праха кристаллов, и этим материалом нас снабжали переработчики отработанной фракции.
Снабжали, пока отец не прошёлся по рынку с чековой книжкой. Теперь картина выглядела безрадостно: крупные переработчики под контрактом «Периодики», мелкие разводили руками и прятали глаза, а те, кто ещё вчера клялись в вечной дружбе, перестали отвечать на звонки.
Сводка со склада так же не прибавляла уверенности. Материала оставалось на три недели работы. Дальше линия аккумуляторов встанет, за ней сборка, за сборкой прилавки, и весь мой отлаженный конвейер сложится, как карточный домик. Слово коллапс я не любил ещё с прошлой жизни, но другого тут не подберёшь.
Внутри Валентии отец действительно поджал всё, до чего дотянулся. Только это не единственная страна на карте.
Я снял трубку и заказал разговор с Корсой.
— Мария, слушай внимательно. Ищи выходы на переработчиков фракции в Галлии, своя промышленность потребляет едва половину. Будем покупать там. Мне нужен живой канал поставки. Как можно быстрее жду список компаний и прайсы. Необходимо заключить с ними договора как можно быстрее.
Мария переспросила только объёмы, записала и отключилась.
Канал в Галлии закрывал дыру, но оставлял осадок. Таскать фракцию из-за границы, когда она горами лежит в получасе езды, удовольствие сомнительное, но вариантов не оставалось. Значит, за это удовольствие кто-то должен заплатить. Хотя бы репутацией.
Я полистал ежедневник и нашёл номер редакции «Эвенто». Издание вечно голодное до громких тем, и, что важнее всего, по влиянию не уступает ни «Периодике» ни «Мундо».
Приожив трубку к уху, настроился на приятный разговор.
— Добрый день. Вас беспокоит Виктор дэ Фуэго. У меня для вас материал который вам понравится.
На том конце повисла короткая пауза, после чего, девушка довольно затараторила. Я почти услышал скрип придвигаемого стула.
Суть я изложил за пару минут тезисами, готовыми хоть сейчас в статью. Молодой производитель совершает революцию в мире устройств: телефон, с большим цветным экраном и понятный ребёнку, толпы в магазинах, тысячи довольных покупателей. И вот этого производителя тихо и методично душат. Большие компании отказываются продавать ему сырьё, то, что годами продавали всем подряд. Материал, без которого не собрать ни одного устройства, приходится покупать в другой стране, наполняя их казну. Почему такая несправедливость к каждому новому делу? Кому в нашей стране мешает молодость и талант? Что же это такое делается, господа?
Имён я не называл, и в этом была своя прелесть. Обвинишь отца напрямую, получишь встречный иск и войну формулировок. А безымянные большие компании подставляться не запрещают: каждый читатель сам догадается, кого имели в виду, после чего сделает соответствующие выводы. Заодно и легенда для рынка сложилась: если кто-то удивится, отчего «Вифон» возит материалы из Галлии, ответ уже был на страницах газет. Не от хорошей жизни, добрые люди. Меня обижают.
Редакция вцепилась в тему обеими руками, и выпуск пообещали послезавтра, первой полосой.
Я вернулся к текущим бумагам. Жалость публики, конечно, не сырьё, в аккумулятор её не зальёшь. Зато она отлично конвертируется