Мятежная жена Злодея. Феникс против дракона - Элис Карма

Она резко отодвигает стул и выходит из зала, бросив на меня последний гневный взгляд.

— Ох, как же быть? — я вздыхаю, глядя ей вслед. — Кажется, я заставила её смутиться.

Глава Шэн задумчиво молчит.

— Значит, говоришь, выходила за покупками? — спрашивает он с едва уловимым напряжением в голосе. Я вдруг осознаю, что у меня нет денег для того, чтобы покупать что-то самой. Но раз уж я решила играть, то надо идти до конца.

— Да, присматривала разные элементы для своих экспериментов. Но если вы не доверяете мне, то, может, в следующий раз проследите за мной, как Суинь? — произношу кокетливо. — Или же, наконец, оставите свои архиважные дела и присоединитесь ко мне?

Глава Шэн на миг замирает. Я ощущаю, как в его взгляде вновь появляется та самая глубина, по которой я скучала. Он же изучает моё лицо, будто ищет в нём что-то, в чём меня можно уличить. Я думаю о нашей последней ночи, о его ласках и поцелуях. За возбуждением легче спрятать страх. Оно может объяснить всё: и ускоренный пульс, и дрожащие ладони.

— Я постараюсь составить тебе компанию в следующий раз, — наконец произносит глава — Но если вдруг у меня не выйдет, то не езди одна. Это может быть опасно для тебя. Бери хотя бы кого-то из слуг.

— Хорошо, — отвечаю я почти шёпотом.

Щёки вспыхивают. Его забота звучит слишком искренне. В его голосе нет недоверия, только тревога и нежность. Некстати я снова вспоминаю его признание и просьбу стать ему настоящей женой. Меня охватывает чувство вины. Изо всех сил я пытаюсь сопротивляться ему. Я не должна позволять себе жалость, сожаление или тем более вину. Но она уже поселилась в груди, рядом с другим, светлым и тёплым чувством, о котором я запретила себе думать. Я с трудом доедаю ужин, глядя в свою чашку, стараясь не поднимать глаз. Потому что, если я снова встречусь с его взглядом, боюсь, не смогу продолжать врать.

Лёгкий ветерок колышет ветви сливы. Мы с главой Шэном идём по дорожке в саду. Он время от времени поглядывает на меня, заставляя моё сердце вздрагивать. И зачем он снова позвал меня? Раньше он не проводил со мной столько времени. Он что, пытается таким образом контролировать меня?

— Я велел слугам расширить сад, — он смотрит на меня воодушевлённо. — Тебе ведь нравятся цветы, не так ли?

— Полагаю, не найдётся на свете человека, что не восхитился бы их красотой, — отвечаю я уклончиво.

— Я к таким вещам равнодушен, — он смотрит куда-то в сторону. — Но если тебе нравится, то и мне тоже.

Улыбка трогает мои губы. Глава Шэн кажется таким милым сейчас. Ему явно непросто говорить мне всё это. Я немного расслабляюсь. Возможно, за его желанием быть со мной рядом, нет никаких скрытых причин.

— Ещё если ты пожелаешь, я прикажу организовать для тебя алхимическую мастерскую, — продолжает он, покосившись на меня. — Чтобы у тебя было место для твоих экспериментов.

Внутри всё холодеет. Рано я расслабилась. Похоже, он рассчитывает получить от меня ещё какие-то знания. Ну уж нет, второй раз я на это не куплюсь.

— Я подумаю над этим, — бросаю я холодно и делаю шаг в сторону.

Глава Шэн ловит меня за руку и притягивает к себе. Сердце предательски начинает биться чаще, а щёки вспыхивают румянцем. Я повторяю про себя, что не должна вестись на его томные взгляды, но правда в том, что моё тело страстно желает его прикосновений. После своего признания глава Шэн стал более заботливым и внимательным. Его руки всё так же нежны, а в его взгляде — нескрываемое обожание, от которого захватывает дух.

Он склоняется надо мной и целует. Крепко прижимает меня, словно боится, что я могу исчезнуть. И в других обстоятельствах я была бы счастлива, что кто-то дорожит мной так сильно. Но прямо сейчас я чувствую лишь тревогу. Каждое его прикосновение, что должно дарить радость, напоминает мне о моей лжи. Его ласки словно обжигают, и я не могу перестать думать о том, как он будет смотреть на меня, когда узнает правду? Что останется в этих любящих глазах, когда он поймёт, что я его предала?

Я стараюсь держаться и вести себя естественно — улыбаться в нужные моменты, не позволять себе долгих взглядов в пол и суетливых жестов. И всё же внутри я будто тонкая тетива, готовая в любой миг оборваться. Я живу в предчувствии неминуемой бури.

Вечером, когда небо за окнами заволакивают серые облака, а комната наполняется мягким янтарным светом свечей, глава Шэн вдруг садится рядом и спрашивает:

— Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, Янью?

Голос его звучит печально и задумчиво. Но с моей стороны было бы глупо довериться первому впечатлению. Я медленно поднимаю на него глаза.

— Я люблю тебя так сильно, — продолжает он, — что, даже если бы ты решилась предать меня, я бы простил тебя.

Слова ударяют, будто внезапный порыв ветра. По телу проходит озноб. Мысли лихорадочно мечутся в голове: «Он подозревает меня? Или просто проверяет? Ждёт, что я запаникую и признаюсь?»

Я заставляю себя не отводить взгляда. Всматриваюсь в черты его лица, но вижу не подозрение, не холод или злость, а страх.

— Суинь что-то сказала тебе, — произношу я, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Не слушай её. Она просто меня недолюбливает.

Глава Шэн качает головой и отворачивается.

— Суинь ни при чём. Наверное, я просто не могу поверить в то, что кто-то способен полюбить меня. Поэтому мне и страшно, что меня предадут и оставят.

Он говорит это с такой простотой и искренностью, что у меня перехватывает дыхание. Я ощущаю напряжение в его теле. Он придвигается ко мне, словно надеется, что я освобожу его от сомнений. Что скажу слова, которых он жаждет, заверю его в своей любви и преданности. Но я не могу этого сделать. Не могу упасть ещё ниже и поклясться, что никогда не предам его, когда уже это сделала.

Вероятно, Жуань Лэй уже прибыл в столицу. Одинокий всадник должен преодолеть расстояние быстрее, чем обозы с тяжёлым взрывоопасным грузом. Очень скоро император Лун Гуан получит донесение о предстоящей атаке. Перед ним встанет непростой выбор: поверить мне,