Мятежная жена Злодея. Феникс против дракона - Элис Карма

«Так вот, значит, что он делал там?!» — проносится у меня в голове.

Руки предательски дрожат. Я просматриваю остальные чертежи, но перед глазами всё начинает плыть. Приходится покинуть комнату, а впоследствии и дом господина Ю. Мысли мечутся в голове хаотично. Нужно предупредить сяньши и императора. Но что именно сказать? Я ведь не уверена, что запомнила все места из планов. И потом кто сказал, что эти чертежи действующие? Не думаю, что господин Ю и глава настолько беспечны, чтобы оставлять столь ценную информацию на виду. Думай, Янью, думай! Должен быть какой-то выход.

Каждая часть моего тела напряжена. Я пытаюсь отвлечься и забыться на время, чтобы просто дать разуму отдых, но ничего не выходит. Всё вокруг напоминает мне о непростом решении, что я должна принять. Долгие недели поместье Фэнхуан было для меня безопасным приютом. Но теперь я не чувствую себя здесь в безопасности.

Я перебираю в голове всё, что узнала за последние дни. Тайный план мести. Дюжины глиняных сосудов, полных взрывчатки. Я знаю, что это может унести жизни многих невинных людей, если я промолчу. Моя совесть кричит, что я обязана передать эту информацию сяньши клана Лун и императору. Я должна остановить это безумие, пока ещё не поздно.

Но другая часть меня, что сосредоточена на выживании, шепчет: «А что потом?» Если я предам главу Шэна, куда мне идти? Он пусть и не идеален, но мне он не делал дурного. (Если не считать, что из-за него меня обвинили в супружеской измене.) Я не могу вернуться в императорский дворец, ведь меня считают преступницей, а после слухов о моём браке с главой клана феникса меня вполне могут обвинить и в государственной измене. Я помню по прочитанным книгам, что Лун Гуан наказывал своих наложниц и за меньшее. Боюсь, что второй раз избежать казни у меня уже не получится.

Из глухого оцепенения меня вдруг вырывает до боли знакомый голос. Глава Шэн появляется передо мной, заставляя вздрогнуть. Я не слышала, как он вошёл. Всматриваюсь задумчиво в его лицо и с удивлением понимаю, что он в приподнятом настроении. Никогда прежде я не видела его в таком радостном возбуждении. Он выглядит… счастливым. Словно другой человек. И даже блеск в его глазах не кажется опасным.

Медленно до меня доходит, в чём причина его радости. Должно быть, всё дело в том, что всё в его плане мести идёт как надо. Мне вдруг становится дурно от этого. Я поднимаюсь с кресла и спешу увеличить дистанцию между нами. Однако глава Шэн ловит меня за руку. Я замираю, не имея ни сил, ни решимости сопротивляться.

— Пожалуйста, выслушай меня, Янью, — шепчет он, рывком заключая в объятия. Его губы почти касаются моей щеки, дыхание щекочет кожу. — Я люблю тебя. Забудь про наш уговор. Просто будь моей женщиной. Моей женой. Настоящей.

Сердце вздрагивает и начинает быстро биться в груди. Он меня любит? Я была уверена, что его чувства лишь притворство, что он использовал мою доверчивость, чтобы добиться своих целей. Осознание этого разбило мне сердце. И всё же я приняла такую реальность. Но сейчас в сердце снова затеплилась глупая надежда. Я смотрю в его глаза, пытаюсь найти в них хотя бы след притворства, хоть что-то, что поможет мне оттолкнуть его и сохранить самообладание. Но тщетно. Я снова поддаюсь на его чары и позволяю ему поцеловать себя.

Его губы горячие, настойчивые. Пальцы скользят по моей щеке, зарываются в волосы. Я отвечаю на поцелуй, и последние сомнения тают, словно остатки тумана в утреннем свете. Ладони Шэна скользят по моей спине, прижимая меня ближе. Я ощущаю его желание, его взволнованную дрожь, горячее дыхание. И я тянусь к нему всем своим естеством. Поддаюсь его рукам, расправляющимся с узлом на поясе.

Голову кружит от сумасшедшей нежности и обжигающей страсти. Я прикасаюсь к нему смело, позволяя себе забыться и на мгновение стать не фиктивной женой, не беглой наложницей императора, не узницей обстоятельств, а просто женщиной, которую обнимает её возлюбленный. Он внезапно подхватывает меня на руки и несёт к кровати. Опускает нежно и бережно на шёлк простыней. Его губы касаются моей шеи. Дыхание становится глубоким и тяжёлым. Его горячие пальцы скользят по коже, освобождая её от одежды. Я прикрываю глаза и тону в ощущениях, в его запахе, в голосе, шепчущем моё имя.

Он осторожен, будто боится меня напугать. Каждое прикосновение как признание. Каждый поцелуй как обещание. Возможно, завтра я пожалею об этом. Но сейчас я просто здесь. В его объятиях. За окнами ночь, тёмная и безмолвная. Она словно бы наблюдает за нами, ожидая развязки. А я прижимаюсь к его груди, слушаю его сердце и не знаю, как быть дальше...

Я сижу на краю постели и всматриваюсь в темноту. Моё тело ещё ощущает на себе ласки Шэна и его поцелуи, сердце всё ещё быстро бьётся в груди. Но что-то тяжёлое и болезненное появляется внутри. Пытаюсь вдохнуть глубже, но воздух вдруг начинает казаться приторным и вязким, будто патока. Я должна что-то сделать. Я хочу остаться рядом с главой Шэном, но если он доведёт свой план мести до конца, то император Лун Гуан сотрёт клан феникса с лица земли. И тогда не останется уже ничего. Ни Шэна, ни меня, ни тем более моих чувств к нему.

— Я знаю, что ты собираешься сделать, — произношу, наконец собравшись с духом. — Ты собираешься взорвать императорский дворец, так?

Глава Шэн не отвечает. Только гладит меня по спине. От прикосновения его прохладной ладони по коже пробегает дрожь.

— Ты обрекаешь на гибель множество невинных людей, — продолжаю, заглядывая ему в глаза. — Прошу, откажись от этой идеи.

Его рука на моей коже замирает, и я ощущаю, как тревожный холодок начинает расходиться по телу. Глава Шэн сжимает моё плечо нервно. Мне хочется верить, что это происходит бессознательно, и на самом деле он не желает причинить мне боль. Я страшусь его, несмотря на свои чувства, несмотря на пламя страсти, что всё ещё не угасло в наших телах.

— Давай не будем говорить об этом, — наконец произносит он. — Если продолжим, то можем поссориться. А я не хочу ссориться с тобой, Янью.

Он поднимается и уходит. В ночной тишине я слышу его удаляющиеся шаги.