Побег - Евгений Аверьянов

Седобородый усмехнулся.

— За козлов ты уже ответил, но приятно слышать, что не забыл.

— Такое забыть сложно.

Староста обменялся с Раданом коротким взглядом и что-то сказал на местном наречии. Радан ответил, после чего повернулся ко мне.

— Начнём с простого. У нас есть водный камень. Инженеры называли его очистителем. Он делает морскую воду пригодной для полива и хозяйства. Для еды и питья мы берём воду из горных ручьёв, но сады и огороды без очистителя жили бы хуже. Последние месяцы он даёт мало воды.

— Показывайте. — улыбнулся я.

Механизм находился в нижней части деревни, ближе к морю. Мы прошли между домами, спустились по каменным ступеням и оказались у площадки, где стояли несколько больших ёмкостей. От моря к ним тянулся грубый деревянный желоб, дальше вода попадала в металлический корпус с древними вставками, проходила через ряд закрытых отсеков и выходила уже в другой резервуар.

Сам корпус был невысокий, вытянутый, с округлыми боками и несколькими панелями на защёлках. Сбоку тускло светился небольшой питающий кристалл. Древняя система явно была встроена в более позднюю обвязку. Выглядела система грубо, но разумно. Горцы не понимали всего устройства, зато умели приспособить его к жизни.

Я положил ладонь на корпус и интерфейс отозвался новыми надписями:

[Обнаружен модуль очистки воды.]

[Тип: опреснитель малой производительности.]

[Состояние: работоспособность снижена.]

[Питающий кристалл: 41 %.]

[Основная неисправность: засорение фильтрующих элементов.]

[Пропускная способность: 18 % от номинала.]

[Рекомендуется очистка фильтрующих блоков.]

Я едва не рассмеялся. После дыр в дирижабле, боевых големов, разряженных кристаллов и козлов-альпинистов получить неисправность уровня «забились фильтры» было почти подарком судьбы.

— Здесь, скорее всего, проблема в фильтрах, — сказал я. — Они забились, но система работает.

Радан нахмурился.

— Мы промывали каменные каналы.

— Каналы чистые. Значит, проблема дальше.

Я постучал пальцами по ближайшей панели.

— Снимать будем вот это.

Аркадий сразу подошёл ближе. Кристина уже стояла возле инструментов, которые мне выдали местные. Защёлки открылись без особых проблем, но не сама крышка. Я потянул сильнее, но это не помогло.

— Конечно, — пробормотал я.

Пришлось поддеть край и несколько раз пройтись по нему киянкой. После второго удара внутри что-то хрустнуло, после третьего панель наконец сдвинулась. Изнутри сразу пахнуло морем, болотом и чем-то давно протухшим.

Я заглянул внутрь.

— Ну вот и оно.

Фильтры угадывались с трудом. Пористые пластины были покрыты солью, песком и водорослями, а между ними висела неприятная серо-зелёная слизь.

Аркадий тоже заглянул и поморщился.

— Это вообще должно выглядеть так?

— Очень надеюсь, что нет.

Я присел ближе и показал на кассеты:

— Попробуем почистить, только сетки не порвите. И порядок запоминайте.

Кристина уже расстилала рядом ткань.

— Тогда снимаем по одной.

Первая кассета вышла только после того, как мы потянули её вдвоём. Со следующей возились уже меньше. А вот ещё одна решила остаться внутри навсегда. Я потянул её на себя, но это не помогло. Я попробовал раскачать, но это не помогло.

— Подержи здесь. — кивнул я на деталь.

Аркадий упёрся обеими руками в корпус, а я дёрнул ещё раз. Однако эффект был прежним.

— Она точно снимается? — спросила Кристина.

— Сейчас узнаем. — пробормотал я.

Пришлось сунуть скребок в щель и понемногу пройтись по краю. После этого кассета вдруг вышла сама, да так резко, что я едва не сел вместе с ней на землю.

— Снимается, — сообщил я.

На ткани осталась куча мокрой зелени и соли. Мы счистили основную грязь и промыли пластину в пресной воде, но в одном месте налёт всё равно оставался. Я провёл скребком, но интерфейс продолжал подсвечивать участок красным. После нескольких попыток из углубления выпал плотный комок соли, песка и водорослей. Я посмотрел на него.

— А вот это уже явно лишнее.

Горцы сначала держались подальше, но вскоре начали подходить. Когда вода после промывки стала почти зелёной, Радан покачал головой.

— Мы думали, что камень испортился.

— Камень ни при чём. Фильтры забились.

Он посмотрел на грязную воду, потом снова внутрь механизма.

— И это всё?

— Очень надеюсь, что всё. — кивнул я.

Последнюю кассету я задвинул на место и несколько раз проверил, до конца ли она села в направляющие. Меня устроило то, как всё выглядело и я закрыл крышку.

— Можно пробовать.

Один из горцев открыл подачу. Вода снова побежала по желобу и скрылась внутри механизма. Я прислушался. Первые пару секунд ничего не изменилось, затем под панелью послышался знакомый гул.

— Работает? — спросил Аркадий.

— Сейчас увидим.

Мы одновременно посмотрели на выходной канал и там показалась вода, сначала тонкой струёй, потом заметно сильнее. Вокруг сразу заговорили. Кто-то из горцев подошёл к резервуару и сунул руку под поток.

Я же смотрел на интерфейс.

[Пропускная способность: 76 % от номинала.]

[Работоспособность восстановлена частично.]

[Рекомендуется плановая очистка фильтрующих кассет через 300 циклов.]

Следом появилось ещё одно сообщение.

[Практическое взаимодействие с технологическим объектом завершено.]

[Доступный функционал интерфейса расширен.]

[Текущий доступный функционал: 8,2 %.]

Я перечитал последнюю строку ещё раз.

Кристина заметила мой взгляд.

— Сработало?

— Да. — ответил я.

— Насколько?

— Недостаточно.

Она кивнула на механизм.

— Значит, ищем следующий.

Я посмотрел на солнце.

— У нас впереди ещё целый день.

Радан всё это время стоял у резервуара, потом повернулся ко мне.

— Инженер.

— Что?

Он усмехнулся.

— Если тебе нужны ещё старые механизмы, ты пришёл в нужное место.

Интерлюдия.

Командир понял, что проводник соврал, уже на первом подъёме. Обещанная тропа быстро закончилась. Дальше пошли мокрые камни, корни и узкие уступы, на которые лошади даже смотреть не хотели. Животных пришлось оставить ниже, как и часть груза. Остальное люди потащили на себе. Ругались люди всё тише. Не потому, что смирились, просто сил оставалось всё меньше. А ведь им стоило немалых усилий перекинуть лошадей через стену.

Стоун в горы не пошёл, а остался у стены с инженерами и свежими отрядами. Командиру и без объяснений было понятно, почему первым отправили именно его людей. Быстро идти они умели. Лишних вопросов обычно не задавали. А после разговора с бароном командир и сам предпочитал не возвращаться с пустыми руками.

Чем выше они поднимались, тем холоднее становилось. Море то исчезало за каменными гребнями, то снова появлялось серой полосой далеко внизу.

Понимание куда нужно идти, исчезло давно. Дирижабль видели у берега, дальше — ничего. А берег здесь был такой, что искать можно до зимы: бухта, скала, ещё одна бухта, очередной подъём. С земли даже большой корпус легко пропустить. Помощник догнал командира