СССР. Книга 7. Калейдоскоп миров. - Анатолий Бурак
«Короче, тема такая, братаны»! — Подобно героям «сериалов про девяностые», так и захотелось пиздануть мне. То есть, простите великодушно, подробно и доходчиво информировать всех заинтересованных товарищей. — «Сейчас ломанём клад! После чего везём все ништяки к Смотрящему. И, „слив кассу и получив мазу“, берём под крыло, крышуем и доим, выделенную под нашу руку землю».
Шутка.
Так как изображать блатного и строить из себя клоуна — это последнее, что приведёт к нормальной рабочей атмосфере и хоть какому-то взаимопониманию.
— Для начала просто попрошу мне поверить. — Раздавая оружие нахохлившимся и, то и дело бросающим на меня очень недружелюбные и весьма плотоядные взгляды, сотрудникам «девятки», заявил я. После чего вытащил из межпространственного кармана, долгое время валявшийся без дела плазменный излучатель. И пояснив происхождение девайса. — Одна из разработок моего времени. — Принялся вырезать ход к хранящиеся «за семью печатями» сокровищам.
Краем уха отметив отданный Андроповым приказ «опустить оружие». А так же, отодвинув на периферию сознания все, сопутствующие моим телодвижениям, удивлённые и разноголосые, шепотки.
Долго ли, коротко… Но, с помощью задействованной мною техники из Содружества, телекинеза, пополам с работой силовыми щупальцами, а так же, помогающей в любом без исключения деле «такой-то матери» я, наконец, справился.
Причём, сделал всё практически в одиночку. Так как давать в руки кому-то ещё один, невиданный, не то, что в «семьдесят втором», а являющийся недосягаемым и футуристическим образцом даже в двадцать первом веке, инструмент, не посчитал нужным. Ну и, целесообразным, до кучи.
Да и отволакивать в сторону, брызжущие раскалёнными каплями, разогретые до температуры магмы, куски породы, пришлось тоже мне. Так как тратить время на «естественное» охлаждение было жаль. А никакой техники, или же, просто мало-мальских, облегчающих труд приспособлений, вроде цепей и тросов и прочих тягловых механизмов мы с собой не взяли.
Ну а, голыми руками оттаскивать куски пышущего жаром камня — то ещё «удовольствие».
Но я не в обиде. Ведь, в конце-концов, сам предпочёл выдвинуться за драгоценностями вот в таком, ни с кем не согласованном, можно даже сказать, «авральном», порядке. Так что, работайте «Ваше Высочество». Пожинайте, так сказать, плоды, поспешных решений и не пытайтесь свалить на кого-нибудь ответственность за свои собственные, «лично упоротые», косяки.
К слову, плазмомёт работал вполне себе исправно. «Твёрдый как скала» гранит я резал на вполне себе «сподручные» и комфортные для переноса части. Так что, можно сказать, даже и не запыхался.
Огромные, украшенные затейливой резьбой и замысловатым орнаментом двери не стал вскрывать специально. Дабы, не нарушать «целостность», если можно так выразиться, картины. К тому же восстановить вход до первоначального состояния, после моих варварских действий было бы очень проблематично. А так, заложу проделанную дыру. «Запаяю» на скорую руку. Да и пусть себе стоит. Подальше от греха и на радость людям.
Каким таким людям, спросите вы?
Так нам, любимым. Которые, исключительно благодаря фантастически сложившимся обстоятельствам, пришли сюда первыми. И, «по праву нашедшего», завладевшими, никому пока не известным богатством.
Какое-то время пришлось подождать, пока сделанный мою проход не остынет. И, наконец, стараясь не дотрагиваться до всё ещё пышущих жаром стен недлинного коридора, мы вступили под своды древнего храма.
Где, как вы, наверное успели догадаться, было темно, как у негра в жопе. То есть, простите великодушно, «хоть глаз выколи». Ну, это уж, как кому нравится. Ибо, на мой, не слишком то и просвещённый взгляд, и экскурсия в анальное отверстие к рандомно выбранному представителю чернокожей расы этой Локации, и лишение очень важного для организма органа зрения, в обоих случаях, так себе удовольствие. Я бы сказал «на двоечку с минусом». По любой. Хоть «пяти», хоть «десяти» бальной, шкале.
Правда, сумрак не доставил такой уж неразрешимой проблемы. Так как мы с Мариной и Леськой сразу же зажгли по десятку холодных и, не требующих сколько-нибудь существенных затрат магической энергии, огоньков. Давших достаточно света для того, чтобы раскрыть всё великолепии открывшейся перед нами и поражавшей воображение, картины.
Для начала я, просто из озорства, а не по причине такой уж сильной надобности, хлопнул в ладоши и, сотворив небольшой смерч, сдул пыль с груд лежавших перед нами сокровищ. И, дабы не дышать этой, скопившейся за много веков гадостью, заключил мутное облаков в силовой кокон и, через проделанный мною проход отправил наружу.
А потом все, исключая разве что вашего покорного слугу, застыли в благоговейном трепете перед этим, несметным по меркам обычного человека, богатством.
Всё-таки, есть какой-то маркер в мозгах, обитающих в Мирах-Карьерах, и заточенных под добычу полезных ископаемых и редкоземельных металлов, условно-разумных. Заставляющий замирать в священном трепете и, затаив дыхание, начинать мечтать о несбыточном.
Ну-ну… Пчёлы, они ведь тоже «думают», что добывают мёд для себя, а не для пасечника.
Но это я так… «О птичках»…
И, заложив руки за спину, я принялся мысленно выстраивать логистическую цепочку. Для успешного перемещения «найденного» нами клада и последующей эвакуации.
Ну и придумывать очередную порцию отмазок, куда ж без этого.
Глава 4
К чести, на весьма недолгое время напрочь потерявших дар речи людей, пришли в себя они очень быстро. Да и, глупо было бы думать, что, имеющие недюжинное самообладание и привыкшие действовать в разнообразных стрессовых ситуациях, члены «Совета двенадцати» и сотрудники Комитета, не справятся с ситуацией.
Так что уже через несколько секунд, вслед за осторожным вопросом Пельше, раздалось лёгкое покашливание Леонида Ильича и еле слышная но, так никем и не понятая, произнесённая на грузинском языке реплика Сталина.
Но, поскольку информационного посыла в этих звуках было ноль целых, хуй десятых, я благоразумно промолчал. Извините за мой французский.
А в следующий раз нарушил тишину Юрий Владимирович Андропов.
— И как это прикажете понимать, Ваше Высочество? — Слегка дрожащим но, с каждым произнесённым слогом обретающим всё больше уверенности голосом, обратился ко мне он? И тут же, как полагаю, основываясь на высказанной после феерического исчезновения Мэй Синг, догадке, набычился. — Как полагаю, всё это, — тут он обвёл взглядом лежавшие перед нами сокровища, — вы предполагаете отдать таинственному, «важному» человеку в Китае?
«Ну вот, блин… Сами придумали, сами обиделись»! — Про себя хмыкнул я.
А вслух поспешил успокоить, начавшего слишком уж сильно волноваться, Юрия Владимировича.
— Да нет у меня никакого «человека в Китае». — Отрицательно покачав головой, пренебрежительно фыкрнул я. И, стукнув в сердцах кулаком правой руки в раскрытую ладонь левой, признался. — Но, относительно того, что эти богатства мы используем в качестве подношения, вы целиком