Даша+Саша. Часть 1 - Павел Сергеевич Иевлев
— Я тебе не говорила, но у меня получилось не только подглядывать в воспоминания Сианды, но и немного пускать её в свои.
— Нахрена? Ну вот на-хре-на? Реально, Саш, я не раздупляю! Крутится там эта мелефитка в своей петле одного дня, никого не трогает, и ей зашибись, и тебе зашибись. Работает — не трогай! Она же там счастлива, так?
— Да, это, наверное, лучший день её жизни — вернулся отец, они отправились в круиз. Всё, как она мечтала.
— И тут ты такая: хопа, девчуля! А глянь-ка сюда! Сюрпри-и-из! Ты сдохла! Твои мамка с папкой сдохли! Ваш дерижопель пизданулся! Все сдохли! Мелефитов стопятьсот тыщ лет никто не видел, они, наверное, тоже сдохли! А ещё я живу в твоей голове и ем в неё всякую гадость… Хотя не, это я зря, рыба была офигенная. Жаль, что я ей проблевалась. Но всё равно — зачем ты ломаешь девчонке загробный кайф? У неё там типа почти рай, идеальное посмертие…
— Даша, не сердись.
— Я сержусь? Да я, глядь, в ярости! Мне аж почти не больно стало! Сашхен, ты же с огнём играешь, да? Я правильно отдупляю, что эта твоя Сианда может распаковаться из архива, если захочет?
— Не уверена. Скорее всего, для этого требуется внешнее воздействие.
— Типа влезающей в её суточный закольцованный рай девочки с дурацкими идеями?
— Я осторожно.
— Ну да, конечно! «Я очень осторожно поковыряюсь в этой бомбе… Красный или синий? А, нахрен, режем оба… Ой, почему моя жопа улетает от моей головы?»
— Даш!
— Чо «Даш»? Скажи, не так?
— Не так. Я правда очень осторожна, поверь. Чуть-чуть, по полшажочка, даю Сианде понять, что я есть. И уже довольно далеко продвинулась, она приняла меня как игру. У мелефитов очень много ментальных игр, это их основной досуг. Она ещё немного удивляется, что не помнит, как начала в меня играть, но в этот день столько счастливой суеты, что это не кажется ей важным. Сперва я как бы подкидывала ей ситуации, она их обдумывала, выдавала варианты решений, я подкидывала уточнения, так у неё потихоньку рисовалась картина мира, в котором я живу. Складывалась из кусочков, как мозаика. Так же, как я складываю из кусочков её мир. Для Сианды это было что-то вроде сказки, которую она сочиняет в голове. Обычное развлечение мелефитов, для которых вся жизнь — это книга, которую они пишут собой. Так у Сианды появилась сказка про Сашу, живущую в странном мире. Дочь двух мам и одного отца, сестра Даши-Разрушительницы и так далее. Я делилась с ней нашими приключениями, она увлекалась всё больше, но всё равно, когда первый раз посмотрела моими глазами, был шок. Я даже испугалась, что она больше не захочет…
— Этого ты, глядь, испугалась? — Даша схватилась за голову. — Сашка, ты сдурела совсем? А если бы она допёрла, что это всё реально? Что она сраный архив на флешке, а ты захватила её башку? Лично я бы первым делом пинком выкинула тебя нахрен и перехватила руль! Потому что какого хрена, глядь! Так бы и сделала, клянусь!
— Сианда не такая, как ты.
— И не такая, как ты! Ты с ней вообще знакома один день! Её день! Хрен ты угадаешь, как она поступит, когда догадается! Это для неё, глядь, вопрос жизни и смерти, между прочим! Даже самые няшные зайки в таком раскладе кусаются!
— Мне кажется, мы поймём друг друга.
— А если нет? Что тогда?
— Даш, я готова рискнуть.
— На-хе-ра?
Даша уже орёт, правда шёпотом, но очень эмоционально.
— Послушай пару минут спокойно, ладно?
— Спокойно, глядь… Ну охренеть теперь… Ладно, постараюсь тебя не убить. Так и врезала бы по железной тупой башке!
— Даш, мы ищем мелефитов в том числе и для того, чтобы у меня появилась возможность сменить тело, так? Я эмоционально переросла третий возраст, он ограничивает моё развитие.
— Да, мы это уже перетёрли, помню, хотя и звучит дико. Допустим, и что?
— При смене тела на следующий возраст меняется головной модуль. Этот слишком маленький. Личность переписывается в чистый, следующего размера. Вообрази: мы находим нужное оборудование и материалы… Я не знаю, как всё устроено, у Сианды таких воспоминаний нет, так что просто представь себе — вот лежит тело с чистым головным модулем, вот мы подключаем к нему меня, идёт перезапись… Кто откроет новые глаза в новом теле? Я или Сианда?
— Кто?
— Не знаю, Даш. Но если я ничего не сделаю — это будет кто-то один…
* * *
— Доброе утро всем! — закричал Ингвар в коридор. — Продирайте глазки, молодёжь!
— Ну вот нахрена так орать? — из двери высунулась недовольная Даша. — Я уснула час назад! Мне снилось, что мамка сдохла, и я не успела этим сном насладиться!
— Подъём! Мудень, побудку!
— Гав! Гав! Гав!
— Саша приготовила завтрак на всех, не дайте ему остыть! Джен, пихни в бок Пацана, ему орать бесполезно. Жду всех на кухне! Выезд через час!
Последней к завтраку вышла растрёпанная неумытая Даша, бледная до синевы, с тёмными кругами под глазами.

— Жрать не могу, — сообщила она мрачно. — Хреново мне. Тошнит и пузо крутит. Почти не спала, только под утро срубилась, и тут вы орёте… Уехали бы молча, я б, может, ещё поспала…
— Ты едешь с нами, — сообщил ей Ингвар. — Так что потрудись хотя бы умыться. Из педагогических соображений, чтобы не подавать дурной пример детям, а именно Пацану, который и так не любитель умывания.
Мальчишка скорчил рожу, Ингвар погрозил ему пальцем.
— Серьёзно, старикан? — удивилась Даша. — Это тебя Сашка уболтала? Сашенция, ты гений коммуникации!
— В сравнении с тобой это несложно. Ингвар согласился отвезти нас в Чёрный Город!
Глава 17
Команда единомышленников
Пикап тесный, жаркий, пыльный и изрядно вонючий. Неизвестно, что на нём возили караванщики, перед тем, как продать Ингвару, но оно, похоже, успело хорошенько протухнуть. Возможно, это и послужило причиной продажи машины. Задний диван, где уселись Даша, Саша и Пацан, узкий, с прямой тонкой спинкой; сбитые коленки длинноногой Даши упираются в переднее сиденье. Её это бесит почти так же, как необходимость периодически толкать Ингвара в спину, требуя