Восхождение Морна. Том 14 - Сергей Леонидович Орлов

— А ты, стало быть, за эти годы вообще не изменился?

— Разумеется, изменился, — парировал старик без малейшей паузы. — Раньше я хотя бы делал вид, будто мне интересно участвовать в твоих специфических розыгрышах…

Мозырь на секунду замер, после чего хрипло и негромко рассмеялся, качая головой.

Я тоже невольно усмехнулся, наблюдая за пикировкой двух ветеранов. За десятилетия совместного выживания в этом змеином клубке они выработали идеальный баланс взаимной иронии, под которой скрывалось железобетонное, проверенное годами доверие друг к другу.

Тем временем Лука окончательно потерял интерес к лежавшей на столе железке. Он с легким вздохом откинулся на высокую спинку кресла и сложил сухие, покрытые возрастной пигментацией ладони на подлокотниках.

— Ну что ж, Артём, — произнес он, переведя на меня тяжелый, цепкий взгляд. — Рад, что нам наконец-то удалось выкроить время и спокойно поговорить без посторонних ушей. Давно надо было это сделать… А то за последние полгода я получил столько донесений о твоих «подвигах», что пришлось заводить на тебя персональное дело.

Я хмыкнул, чуть склонив голову:

— Надеюсь, оно еще не переросло в многотомное издание?

— Пока ещё нет… но боюсь, что с каждым месяцем эта папка становится всё увесистее, — невозмутимо парировал старик. — Особенно в последнее время. Ты ведь, насколько я погляжу, физически не способен сидеть на месте и не ввязываться в крупные неприятности?

— Есть немного, — признал я. — Но, справедливости ради, далеко не всегда неприятности начинаются по моей инициативе.

— Разумеется, — с самым серьёзным видом согласился Лука. — Они просто сами тебя находят. Причём с завидным постоянством.

— Вот! — Я даже развёл руками. — Наконец-то встретил человека, который меня понимает!

Мозырь тихо хмыкнул, а на губах Луки появилась едва заметная улыбка.

Впрочем, долго предаваться шуткам старик не стал. Его взгляд вновь сделался внимательным и оценивающим, а выражение лица приобрело ту сосредоточенность, с которой он совсем недавно изучал ржавую железку.

— А ведь ты действительно сильно изменился, Артём, — задумчиво произнёс он. — Помню тебя ещё на Церемонии Пробуждения. Полгода прошло, а разница весьма заметная.

Я слегка приподнял бровь.

— Надеюсь, в лучшую сторону?

— Во всяком случае, ты возмужал, — ответил Лука, внимательно меня изучая. — Раздался в плечах, лицо стало жестче. Но дело даже не во внешних переменах. Ты теперь и держишься совершенно иначе. Спокойнее… увереннее, что ли. И на окружающих смотришь совсем не так, как в нашу первую встречу.

Он ненадолго замолк, словно сопоставляя нынешнего меня с тем парнем, которого видел всего полгода назад.

— Помню, как ты стоял перед собравшимися после получения Дара, — продолжил старик. — День выдался откровенно паршивым, но ты сумел сохранить лицо, хотя по глазам было видно: происходящее для тебя — чистая экзотика, к которой еще попробуй привыкни. Собственно, именно тогда я и решил присмотреться к тебе повнимательнее.

Какой наблюдательный человек. Уже тогда приметил, что я несколько отличаюсь от своих сверстников. Только вот истинной причины он явно не знал. Ну а откуда ему знать, что я пятидесятидвухлетний мужик из другого мира, который в жизни не видывал никакой магии, и всё происходящее для меня в новинку? Понятное дело, что мне на каждом шагу буквально на всё хотелось орать: «Хера себе, а это как вообще работает⁈»

Но ладно… о таких деталях биографии имперскому оценщику знать точно не стоило.

— И всё это время наблюдали за моими успехами? — усмехнулся я, возвращая разговор в нужное русло.

— Не только за успехами, — поправил Лука. — За ошибками тоже. Иногда они рассказывают о человеке куда больше, чем самые громкие победы.

Я понимающе кивнул.

С этим, пожалуй, спорить не стоило. Тем более что за прошедшие месяцы ошибок у меня тоже хватало. Другое дело, что далеко не обо всех из них хотелось распространяться, особенно перед человеком, который и без того знал обо мне подозрительно много.

— И каковы результаты наблюдений? — поинтересовался я. — Надеюсь, поездка из столицы хотя бы не оказалась напрасной?

— Об этом пока рано судить, — спокойно отозвался Лука, чуть склонив голову набок. — Но определённые выводы я уже сделал. И, должен признать, ты оказался куда интереснее, чем я изначально предполагал.

Он произнёс это без малейшего пафоса. Однако по тому, как цепко старик продолжал изучать меня своими выцветшими, но на редкость ясными глазами, становилось очевидно, что этот разговор значит для него куда больше простой светской беседы.

Я уже собрался вежливо кивнуть и выдать какую-нибудь дежурную вежливость, когда в затылке резко кольнуло, словно внутри черепа кто-то бесцеремонно дернул за тугой нерв. Сначала за левым виском едва слышно звякнуло, следом по мозгам прилетел второй толчок и по извилинам поползла чужая ментальная волна.

Я мгновенно подобрался, мысленно уходя глубже в себя.

Опа. А вот это уже совсем другой разговор.

Ошибиться было сложно: меня банально прощупывали с помощью «Оценки». Причём делали это без торопливости, ювелирно и профессионально — проверяли, каков мой реальный потенциал, сколько сил в резерве и что я вообще из себя представляю.

Я медленно перевёл взгляд на Луку.

Старик как ни в чём не бывало сидел в глубоком кресле, слегка поджав губы в вежливой, абсолютно невзрачной полуулыбке. Ни один мускул на его изрезанном морщинами лице не дёрнулся. Выдавали его только серые, въедливые глаза, прикованные ко мне с мёртвой хваткой.

Вот ведь хитрый дед!

Значит, полугода официальных отчётов и шпионских сводок тебе оказалось недостаточно? Решил лично заглянуть мне под капот и выяснить, что там за двигатель установлен? Ну-ну, посмотрим, что у тебя из этого получится.

Лука между тем продолжал невозмутимо сидеть в кресле, глядя мне прямо в глаза. По его лицу невозможно было догадаться, что он вообще использует какую-либо магию. Ни малейшего напряжения, ни сосредоточенности, ни даже намёка на усилие. Словно он просто вёл обычную беседу, а не пытался меня ментально прощупать.

Тем временем чужая Оценка осторожно коснулась границы моей защиты, на мгновение задержалась, словно изучая её структуру, после чего плавно сместилась в сторону. Действовал старик на удивление деликатно, без грубого давления и попыток силой пробиться внутрь. Он словно проводил пальцами по поверхности незнакомого механизма, пытаясь разобраться в его устройстве, прежде чем решиться что-нибудь повернуть или нажать.

И всё же подобное вторжение мне совершенно не понравилось. Одно дело — добровольно продемонстрировать собственные способности,